Судья

Литт Мария

Элай покосился в сторону Алварики и снова вздохнул. Что он там планировал — отложить любовь на потом, когда перестанет охотиться на монстров и будет вести мирную жизнь? Ну вот, дооткладывался. События последних дней и близость собственной смерти заставили его по-другому взглянуть на вещи, и Эл понимал теперь, что лучница дорога ему не только как друг. Без нее жизнь была бы такой же серой и унылой, как песок под ногами. Жаль только, что он понял это так поздно. Хотя… наверное, оно и к лучшему. В конце концов, Алва совершенно ясно

сказала ему, что видит в нем лишь друга.

Между тем предмет его мыслей внезапно заворочалась и села, потирая глаза.

— Не спится, — пожаловалась она. — Перенервничала, успокоиться не могу. Да еще жара эта… Эл, давай поговорим.

— Давай поговорим, — согласился он и сел рядом. Алва помолчала немного, собираясь с духом, а потом все же задала вопрос, который мучил ее:

— Зачем ты так поступил с ним? Да, Нанту был тот еще хитрец и пройдоха, но ведь никто не идеален, верно? Я-то уж точно… И он однозначно не сделал бы мне ничего плохого. Что такого он мог тебе наговорить, что ты решил втравить нас во все эти неприятности?

— Да так, ерунду всякую нес, — внезапно смутился Элай. — И я не стану повторять тебе эту чушь, даже не проси.

— Но тогда — зачем, Эл? Зачем ты это сделал? Неужели из ревности? Дурной пример Рона на тебя так повлиял, да? И ты теперь планируешь ото всех моих поклонников избавляться таким вот способом?

— Ничего подобного, — отрезал Элай. — Я не стану лезть в твою личную жизнь. Насчет этого ты можешь быть совершенно спокойна.

Но, вопреки его ожиданиям, лучница не обрадовалась, а почему-то разозлилась.

— Ах, вот ты как? — невольно вырвалось у нее. — Ну и ладно. Тогда заведу себе еще пару ухажеров, вот! — Алва, казалось, совершенно забыла, что буквально четверть часа назад она собралась отправиться в джунгли Котла, где с ухажерами было как-то не очень.

— Да что не так-то?

— Неважно! То есть — нет, наоборот! Очень даже важно! Мало того, что ты вляпался в дерьмо по самые уши — так еще и сделал это не ради меня???

Элай с опаской покосился на возмущенную девушку. Ко второму раунду борьбы в партере и новому водопаду слез он был морально не готов. Но с другой стороны, ему вот только что показалось, что… Да нет, ерунда все это. Нельзя выдавать желаемое за действительное. И все же, надо что-то ответить ей, пока она не взорвалась. Немного помявшись, он неохотно выдавил из себя:

— Я понимаю, это звучит несколько странно и даже глупо для человека со статусом Убийцы, но я не собирался его убивать. Оно само как-то так случилось. Я даже не понял, как.

Закончив фразу, Элай тут же пожалел о том, что сказал. Выглядело это, словно попытка найти себе оправдания там, где никаких оправданий нет и быть не может. Однако, вопреки его опасениям, Алва отнеслась к его словам абсолютно серьезно.

— Непонятно как случилось, да? Если так, то это меняет дело, — повеселев, сказала она. — Тогда дождемся возвращения наших

и устроим мозговой штурм.

— Чем он нам поможет? — удивился Элай.

— Не знаю пока. Может, Тэм что умное скажет — все же он у нас специалист по магии. А может, наша малышка подкинет очередную оригинальную идею. Словом, две головы хорошо, а пять — лучше. Посмотрим, чего нам удастся добиться совместными усилиями. Ну а в крайнем случае… — Алва умолкла на мгновение, рассеянно коснувшись рукой своего медальона, который висел у нее на шее. — Мы в любом случае тебя не бросим, Эл, — уверенно закончила она.

«Этого-то я и боюсь», — мрачно подумал Элай. Он не верил, что мозговой штурм может чем-то помочь в его ситуации. Во всяком случае, статуса Убийцы им точно не снимешь.

Между тем Алварика с подозрением покосилась на него, сидящего рядом, а потом внезапно придвинулась поближе и с довольным вздохом пристроила голову к нему на плечо.

— Звезды, — сказала она. — Красивые, правда?

Элай тут же согласился, что звезды действительно красивые. Ему хотелось обнять ее, но вдруг он опять принимает желаемое за действительное? А кроме того, если сейчас, под влиянием момента, между ними что-то произойдет — ей будет тяжелее пережить, когда его не станет.

— Эл, я тебе совсем не нравлюсь? Ни капельки? — обиженно спросила Алва.

— Нравишься, — признался он. Врать было бесполезно.

— Тогда почему мы сидим и ничего не делаем? — и лучница обняла его и прильнула к его руке — мягкая, податливая… Рука ощутимо напряглась.

— Я боюсь, что ты будешь переживать, если со мной что-то случится, — быстро сказал Элай. Правильным поступком с его стороны было бы отодвинуть ее и отправить спать. Пообижается немного — но зато потом ей легче будет. Но заставить себя поступить правильно внезапно оказалось ой как нелегко.

— Так ты обо мне печешься? — фыркнула от неожиданности Алварика. — А я-то уж было подумала… Так ты поздно спохватился, дорогой мой! Если погибнешь — мне все равно будет хреново. Так же, как тебе когда-то.

— Алва, ты… Почему ты мне раньше не сказала?

— Это я-то не говорила? — от возмущения лучница даже отстранилась от него, вызвав острую вспышку сожаления. — Да я еще тогда… А ты… Какого монстра ты сам ничего не сказал, а?

— Но ты же сама сказала мне, что видишь во мне лишь друга, — растерялся Элай.

— И что с того? Мало ли, чего я там говорила… Могла я передумать, в конце-то концов? И вообще, это — это вам не то! Тут понимать надо!

«И как так вышло, что мы с нею опять ругаемся?» — промелькнуло в голове у Эла.

— Знаешь, я лучше всего понимаю, когда мне говорят словами. Через рот, — уточнил он.

— Хорошо, пусть будет словами, — внезапно согласилась Алварика. — Эл, хватит спорить и поцелуй меня, наконец, — шепотом закончила она, заглядывая ему в глаза.

Дважды просить его не пришлось.