Судьба амазонки
Шрифт:
– С полученными качествами очень тяжело жить, – сочувственно произнесла Архелия.
– Мы едины. Мы одно целое. Нам нечего скрывать друг от друга.
– Чего не скажешь о людях.
– Вы не готовы к Единству. Прячете столько чёрного на душе, что даже боги не хотят вас слышать. Вы и друг друга боитесь, потому убиваете себе подобных. Пора, светает.
Он, не прощаясь, взмахнул мощными крыльями и, на лету выхватив кувшин из воды, исчез в вышине. Просительницы вернулись к отряду и прилегли отдохнуть, но вскоре над горизонтом показался яркий край встающего солнца.
Мир стряхивал ночное
Дочь барона дала знак воительницам быть начеку и продолжала наблюдать за ходом приготовлений. Войско нестройными рядами взяло городок в полукольцо. Готовились длинные лестницы и шесты, тараны из свежесрубленных деревьев обвязывались верёвкой. Лучники натягивали тугую тетиву, они не должны были позволить защищающимся высунуться из-за укрытий. Жизнь внутри городка также кипела. Граф снизошёл до воинственных девиц и самолично прискакал в их стан.
– Твоё средство точно подействует?
– Если не уснут, то ослабнут здорово.
– Смотри-ка! Не хотят за стеной сидеть…
Ворота тяжело открылись, и по полю рассыпались многочисленные всадники. Осаждённые явно предпочитали драться в открытом бою. Архелия заметила среди выстроившихся рядами защитников своего смертельного врага. Он демонстративно скакал перед дружиной и всем видом вызывал противника на поединок. Хозяин искал её глазами, поскольку был предупреждён о присутствии здесь дочери барона. После изгнания Исама его владелец вновь стал первой фигурой среди местных воинов. Его сила и умение сражаться обрастали легендами. Архелия с мольбой посмотрела на графа:
– Можно я?
– Он предупреждён и ждёт тебя.
Одержимость мужественной дикарки пугала Роскви. Граф не ожидал, что Хозяин примет вызов от девушки. Однако он рассудил, что развлечение того стоит. Впервые на его веку против грозного опытного воина выходила амазонка. Роксви наклонил голову в знак согласия, Архелия ринулась вперёд, помахав рукой не прочувствовавшим ситуации подругам. Когда Хозяин заметил приближающегося всадника, то понял, что его вызов тоже принят, и двинулся навстречу врагу. Он издали узнал знакомую невесомую рысь белогривой кобылы.
Остановившись, противники некоторое время молча сверлили друг друга взглядом. Первым прервал затянувшуюся паузу Хозяин:
– Неожиданно. А я тебя повсюду разыскиваю…
– Не стоило! Видишь, я сама пришла.
– Ты серьёзно думаешь, что победишь?
Архелия смерила бывшего господина оценивающим взглядом. Действительно, покрывающая всё его тело броня не давала надежды на быстрый успех. Под железными пластинами спрятаны даже руки и ноги. Дочь барона спокойно произнесла:
– У всех есть уязвимые места.
– А у тебя есть то, что принадлежит
Дочь барона сделала вид, что не поняла Хозяина.
– Запамятовала? Ребёнок, который родился от раба, также собственность господина.
– Это легко поправить. Нет господина – нет раба!
Архелия решительно извлекла меч из ножен. Разъярённое лицо воительницы могло внушить больший страх, чем смертельно опасный металл в её руке. Краткие переговоры были завершены. Хозяин поднял коня на дыбы и с небольшого разгона обрушил всю его мощь на легковесную Бабочку. Лошадь легко ушла от сокрушительного удара и на память укусила наглого вороного напарника врага. Тот шарахнулся. Среди наблюдавших за поединком воинов пробежал смешок:
– Смотри-ка, обе воюют. Кобылы друг друга стоят.
Архелия слилась со своей четвероногой подругой в одно целое. Казалось, что лошадь понимает мысли своей хозяйки и выполняет сложные развороты самостоятельно, позволяя воительнице появиться с удобной стороны. Архи долгое время тщетно наносила многочисленные удары. Те, что и достигали цели, не причиняли особого вреда закованному в надёжные латы Хозяину. Опытный вояка изматывал силы юной женщины, заставляя отбиваться от одной атаки за другой. Дочери барона приходилось несладко, её лёгкие доспехи не мешали манёврам, но заставляли бдительно следить за каждым движением противника. Любой пропущенный выпад мог вывести её из строя. Бой принимал невыгодный для воительницы оборот. Архелия пошла на отчаянный шаг: при очередном сближении она вскочила на спину Бабочки и, со всей силы оттолкнувшись ногами, врезалась на лету во врага, увлекая его за собой на землю. Прежде чем Хозяин понял, что выбит из седла, дочь барона была уже на ногах. При виде опасного трюка подруги Архелии и следившие за боем воины замерли. Хельга вцепилась руками в близко стоящую к ней Ортрун.
– Ты чего? Сейчас мне руку сломаешь.
– Это я её научила прыгать с лошади, но она не очень хорошо наловчилась. Архи при наскоке может повредить себе чего-нибудь…
– Не наговори!
Боевые подруги снова уставились в одну точку. Туда, где разворачивалось нешуточное сражение двух непримиримых врагов. Дочь барона дала время Хозяину вяло и неуклюже подняться. Теперь перевес был на её стороне. Тянущее к земле железо, которым был обвешан противник, не давало ему шансов в пешем бою. Он размахнулся ставшим бесполезным мечом и был сразу повержен. Архелия с разворота подрезала ему сухожилия на незащищённой стороне ноги и с силой ударила в грудь локтем, опрокидывая врага навзничь. В строю дружинников Хозяина снова тихо пролетело:
– Узнаёшь приёмчик Исама? Сейчас наш-то, наверное, жалеет, что приставил к ней командира в опекуны. Всё возвращается.
Некоторые воины втихаря переживали за свою бывшую соратницу. Хозяин тяжело дышал, распластавшись на земле. Шлем слетел с его головы. Он вслепую пытался нащупать утерянный меч, который валялся в шаге от него. Архелия подняла чужое оружие, но проявлять милосердие в её планы не входило. Оба клинка, воткнувшись остриями в землю, легли лезвиями по разные стороны от незащищённой шеи противника, скрестившись у подбородка. Ногами Архелия предусмотрительно встала на раскинутые руки врага. Хозяин старался оттянуть неминуемую развязку: