Стюардесса
Шрифт:
— Думаешь, кинул? — спросил Юрка.
— Как пить дать.
— И на сколько?
Динка заметила, что Антон побледнел.
— Если бы знать, — буркнул он. — Уж, наверное, не на сто баксов.
— Да уж…
Они выпили еще.
— С тобой следователь беседовал? — вдруг спросил у Динки Антон.
— Нет еще.
— Смотри, лишнего не болтай, — предупредил он.
Динка сделала глупое лицо:
— О чем? Я ничего не знаю…
— Вот именно, — кивнул Антон. — И не знай. Меньше знаешь, крепче спишь.
На
Дина смертельно устала. Сейчас бы забраться в теплую ванну, а потом растянуться на мягкой постельке… Все тело ноет. Шутка ли — двое суток летать без передышки. Но возвращаться в разоренную квартиру было страшно. Ведь Валентина убили дома… и ее адрес уже известен, и родительский…
Она выпила еще рюмку и почувствовала, что глаза слипаются. Надо найти какой-нибудь закуток и подремать там. Все же в аэропорту безопаснее, здесь люди…
Антон заметил, что Динка поднялась, и тоже встал:
— Тебе плохо?
— Очень, — кивнула она.
— Может, помочь?
Наташка злобно прищурилась и попыталась остановить Антона, но он отмахнулся:
— Отстань! Не видишь, девчонка не в себе…
Он крепко поддерживал Динку под локоть, пока вел к выходу, а за дверью ресторана вдруг прижал к себе и шепнул:
— Поехали к тебе. Ко мне может Наташка явиться.
— Нет, — отпрянула от него Динка. — Ко мне нельзя!
— Мама дома? — усмехнулся Антон. — Тогда есть идея получше…
Он подошел к стоянке такси, усадил Динку и сел рядом, по-хозяйски обняв ее за плечи.
— Шереметьево-1, — велел он таксисту. — К летной гостинице.
В номере стояла стандартная кровать, шкаф и тумбочка. Антон задернул шторы и повернулся к Динке:
— Что стоишь? Раздевайся.
— Зачем мы сюда приехали, Антон Васильевич?
— Просто Антон, — велел он. — Я что, такой старый?
— Нет… — Динка расстегнула пуховик и села на край кровати. — У меня голова кружится.
— Сейчас еще больше закружится, — пообещал Антон. Он сел рядом с Динкой, запрокинул ей голову и крепко поцеловал.
От выпитой натощак водки, а может, от усталости у Динки действительно все поплыло перед глазами. Показалось, что она куда-то улетает, но не на самолете, а как птица… Дыхание сбилось, сознание померкло. Осталось только сладкое ощущение, что она тает, медленно растворяется, что ее выпивают до дна…
Губы у Антона были твердыми и горячими, язык уверенно разжал Динкины зубы и скользнул внутрь. Она застонала и ответила на его поцелуй.
— О! — оценил он, оторвавшись от ее губ. — Сладкая девочка. Я сразу понял, что мы
— А как же Наташа?
— А никак, — усмехнулся он. — Какая Наташа? Ее здесь нет.
Он ловко освобождал Динку от одежды, попутно раздевался сам и разбирал постель, и все так сноровисто, что она опомнилась, только когда он уже прижался к ней обнаженным телом.
— Ну давай, малышка, расслабься… — шепнул Антон. — Ты ведь этого хочешь. Я же видел, как ты на меня смотрела…
На секунду Динка пришла в себя и ужаснулась тому, что делает. Но тут же прогнала сомнения. В конце концов, она свободна, Антон тоже, и он ей нравится. А все остальное — условности и чепуха. Пустая мораль. Если два человека тянутся друг к другу, то какая разница, раньше они лягут в постель или позже?
Сутки назад она так же обнимала Вадика… Ну и что? А Антон ночевал с Наташкой. Просто тогда они еще не подозревали, как ладно подходят их тела друг к другу, как тонко они чувствуют ритм, как понимают все без слов…
И прежде чем достичь высшего пика блаженства, Динка вдруг подумала, что, может быть, испытывает это в последний раз…
Глава 6
— Лебедева Диана Филипповна?
— Да, — скромно кивнула Динка.
Она сидела перед следователем на самом краешке стула, сложив на коленях руки.
— Расскажите подробно, как проходил ваш последний полет. Может, вы заметили что-то необычное?
— Нет… Абсолютно ничего.
Следователь был невысокого роста с уже заметно намечающейся лысиной. Маленькие глазки словно буравили Динку. Казалось, он заранее подозревает ее во всех смертных грехах.
— Не может быть! — Он даже как будто обрадовался, словно поймал ее на лжи. — Ведь это был ваш первый рейс в новой бригаде?
— Ну?
— Значит, все впечатления должны быть особенно яркими.
Он выжидающе уставился на Динку. Психолог хренов!
— Вы совершенно правы, — кивнула она. — Я очень волновалась. И поэтому почти ничего не помню.
— А пассажиры? — нетерпеливо спросил он. — Кто вам запомнился? Ведь вы были напарницей погибшего. Он к кому-то подходил? Разговаривал? Может, ссора была?
Динка медленно покачала головой.
— Может, кто вел себя необычно?
Она пожала плечами. Следователь начинал раздражаться, подозревая в Динке непроходимую тупость.
— Диана Филипповна, я прошу вас сосредоточиться и вспомнить. Ведь погиб ваш товарищ.
— Я понимаю, — уныло кивнула Динка и всхлипнула. — Но я абсолютно ничего не заметила. Вы только не злитесь. Если хотите, я вспомню. Только скажите, что надо…
— Ничего! — Следователь раскрыл лежавшую перед ним папку и протянул Динке список пассажиров экономкласса. — Вот взгляните, здесь указаны места, выданные при регистрации. Может, это вам поможет?