Ступени пирамиды
Шрифт:
— Отец хочет выдать меня замуж…
— Ах, да! Так вот почему ты пришла ко мне такая задумчивая и взволнованная. Тебе не нравиться его избранник? Но Тзот-Локи рассказывал мне, что молодой командующий сухопутными войсками Трисмегист очень красив, умен, храбр, благороден. Чем же он тебе не приглянулся?
— Наоборот. Он мне очень нравиться. Но… — Лорана потупилась и замолчала.
— Я не понимаю тебя, милая! — С искренней заботой произнесла Карри. — Что тебя так мучает?
— В последнее время я сама себя не понимаю! — Огорченно воскликнула Лорана. — Пообещай мне, что не передашь отцу
— Для тебя это очень важно?
— Для меня это жизненно важно!
— Тогда обещаю.
— Спасибо, Карри. Ты всегда понимала меня и давала советы, с какой бы проблемой я к тебе не обращалась. Не знаю, поможешь ли ты мне теперь, но я, по крайней мере, выговорю все, что накопилось у меня на душе. Слушай же: мне кажется, что я люблю сразу двух человек — Трисмегиста и Ремина. И, я уверена, каждый из них тоже меня любит.
— Ремин — это командующий тяжелой кавалерией?
— Да. И, кроме того, он — друг Трисмегиста. Я не знаю, кого из них люблю больше, я не знаю, правильно ли поступила, когда… — Лорана опять смутилась и замолчала.
— Расскажи все по-порядку, девочка, так будет легче.
— Трисмегист и Ремин вместе приехали из северных провинций. Впервые я повстречала их на Большом приеме во время прибытия посольства Южной Империи. Именно тогда Трисмегист ударил одного из послов и был вызван на поединок чести…
— Я это знаю. — Помогла Лоране Карри. — Мне рассказывали.
— Трисмегист ударил южанина, оскорбившего меня. Но перед этим он меня обидел, то есть это я решила, что обидел, потому что он-то как раз не хотел. А еще перед этим мы почти-что подружились, когда он залечил мне руку… — Лорана поймала непонимающий взгляд Карри и осознала, что ее сбивчивая речь окончательно запутала ситуацию. — Извини, я уже говорила, что в последнее время мысли у меня в голове постоянно путаются. Попробую рассказать коротко.
С Ремином я познакомилась, когда его лечили от ранения молнией Кир-Потчли. Мы сразу же понравились друг другу и потом часто встречалась, когда он бывал во дворце. Мы много говорили о его родине, о севере, о столице — в общем, обо всем на свете. И все это время он смотрел на меня такими глазами… Я отчетливо видела в них обожание, преданность, восхищение. Но о любви мы с ним не говорили. Он считает, что не достоин меня, что я никогда не отвечу ему взаимностью. А я так и не помогла ему сделать решительный шаг, не показала, что влюблена… Он такой открытый, добрый, храбрый, искренний, я не хотела давать ему напрасную надежду. Отец, наверняка, воспротивился бы этому союзу…
С Трисмегистом же все по-другому. Едва он появился, как сразу же взорвал всю жизнь в Этла-Тиде. Он — герой, воин, маг, победитель! Поначалу, наверное, я ревновала. Почему не мне, а какому-то выскочке с севера уделяет отец столько внимания? Почему все люди славят его? Трисмегист казался мне расчетливым, циничным, хладнокровным. Я совершенно по-детски обиделась на него. А он словно и не собирался обращать на меня внимания. То есть, это я поначалу так думала. Мы с ним как-будто играли в игру: при каждой встрече обменивались шутками, колкостями, насмешками. А в это самое время любовь в наших сердцах разгоралась все сильнее и сильнее. Но неделю назад мы, наконец-то, поговорили
— Лорана, девочка, ты была с ним? — От удивления всплеснула руками Карри.
— Да. И не жалею об этом. Некоторые мои подруги уже делали Это с мужчинами и рассказывали мне об Этом. Одни говорили, что Это прекрасно, другие — что гадко и отвратительно. Сперва я боялась, стеснялась, стыдилась… Но Трис вознес меня на такие вершины наслаждения и блаженства, о которых я даже не могла мечтать. Это было так чудесно, Карри! У меня просто нет слов, чтобы описать свои чувства…
— Ты сказала об этом Тзоту-Локи, моя дорогая? — Обеспокоено спросила Карри, с нежной теплотой взирая на раскрасневшуюся девушку.
— Нет. Пока нет. Отец был так занят делами государства и армии, что едва нашел время попрощаться со мной перед отъездом. Но, мне кажется, он о чем-то догадывается. Может быть, даже знает наверняка, но ждет, когда я сама ему все расскажу. Он так хочет видеть Триса своим наследником! А я для Мага-Императора теперь не просто дочь, но, в первую очередь, жена его преемника. Он сам и Крон-то-Рион подтолкнули меня к Трису. Сначала я не понимала, зачем, но сейчас знаю…
— И что же ты собираешься теперь делать, Лорана?
— Не знаю. Поэтому я и пришла к тебе. Дело в том, что сразу же после ночи нашей любви Трис уехал из города. А четыре дня назад уехали мой отец, Крон-то-Рион, Ремин… Они будут воевать, рисковать жизнями… Я боюсь за них, Карри, боюсь за всех. Я долго думала о себе, Ремине, Трисе. Мне кажется, что Ремин захочет совершить какой-нибудь необыкновенный подвиг, чтобы заслужить мою любовь. Он пойдет на самый невероятный риск, на смерть! Я не хочу, чтобы он погиб. Я хочу, чтобы он узнал, что я его люблю…
— А как же Трисмегист?
— Трис совсем другой. У него есть цель, и он идет к ней. На самом-то деле, его не интересует наш мир, и нашей свадьбе никогда не состояться… За него я тоже боюсь. Пока что он не встречал достойного противника, но сердце подсказывает мне, что в этой войне его жизнь подвергнется смертельной опасности. Мне хочется быть рядом с ним, уберечь, помочь. Помочь пройти эту часть его Пути… А если честно, Карри, в глубине души я все-таки надеюсь отговорить его от выполнения смертельно рискованных планов, любой ценой удержать рядом с собой.
— Ты хочешь уехать на войну?
— Ты поняла меня, Карри. Да, я хочу последовать за ними. Мне кажется, что на юге сейчас происходит что-то очень важное, что решит не только мою судьбу, но и судьбу нашей страны, нашей планеты. Я должна ехать, чтобы самой для себя решить, кто же мне дороже: беззаветно любящий меня Ремин или Трис, который ставит поиски истины превыше нашей любви. Это надо сделать немедленно, потому что потом будет поздно.
— Я могла бы попытаться отговорить тебя, Лорана, но не стану этого делать. Ты теперь стала взрослой и сама должна решать, как поступать.