Строптивая жена
Шрифт:
— Конечно. Но… — Роза озабоченно нахмурилась.
— Что еще Роза? — Неужели она догадалась, что его мысли заняты вовсе не шторами и жалюзи?
— Не знаю, как сделать… — она замялась, — чтобы ваш дом отражал вашу индивидуальность. Мне бы не хотелось, чтобы вам казалось, будто ваш дом — подобие выставки, или, может, я не права?
— Мне казалось, вы рады возможности сделать все «с нуля».
— Разумеется, — расстроенно произнесла Роза. — Только… — Она замолчала. — Ладно. Значит, вы считаете, что
— Да. У меня есть деловые интересы в этой части страны. Другими словами, я собираюсь использовать это место для туризма и время от времени буду сам отдыхать здесь.
— И чем вы занимаетесь, когда отдыхаете?
— Ем, пью, сплю, плаваю, ловлю рыбу, катаюсь на лодке. Я вполне нормальный во многих отношениях. А вы что подумали? — с иронией посмотрев на Розу, спросил он.
— Честно говоря, думала, вы занимаетесь пиратством, Фрейзер, внимательно наблюдавший за ней, заметил, как щеки ее вспыхнули.
— Вы это серьезно? Откуда такие мысли?
Роза закусила губу, проклиная себя за болтливость.
— Пират в том, что касается женщин? — предположил Фрейзер с искоркой в глазах.
Она небрежно пожала плечами.
— Вы же не можете отрицать, что вели себя со мной как пират.
— И теперь вы живете в постоянном страхе, что я могу похитить вас и удрать куда-нибудь?
— Вовсе нет, — поспешно выпалила она, хотя на самом деле именно так и думала раньше. — Вряд ли вы можете с легкостью похитить меня.
— Это правда. Но, вероятно, ваше раненое сердце вряд ли воспротивилось бы такому приключению?
Роза растерянно заморгала, не зная, как опровергнуть его заявление, не слишком отличавшееся от ее собственного мнения. И как это она позволила втянуть себя в подобный разговор?
— Не стоит пытаться, мистер Росс, — язвительно ответила она.
Фрейзер смотрел на нее, насмешливо улыбаясь.
— Может быть, это как раз то, что вам нужно, Роза. Покончить с несчастной любовью.
— Нет никакой несчастной любви! — решительно возразила Роза.
— Вы все еще любите его? — настаивал Фрейзер.
Роза, понурившись, посмотрела на свою чашку. К ее удивлению и ужасу, по щекам скатились две слезинки. Она быстро смахнула их и раздраженно ответила:
— Все давно кончено. Почему вы заставляете меня… — Роза остановилась на полуслове.
— Просто мне интересно, если вы его до сих пор любите, может ли успешная карьера заменить любовь.
— Работа — это совсем другое, — помолчав, сказала Роза. — Она позволяет проявить себя, свои эмоции и способности.
— Уж это-то у вас есть.
Она подняла голову, и хотя ее ресницы были мокры от слез, она уже не плакала.
— Отлично, — порывисто произнесла она. — Я рада, что вы так думаете. Мы можем вернуться в ваш дом?
Фрейзер поставил свою
— У меня есть идея получше. Сегодня был трудный день. Думаю, вам надо поспать. Уже поздно, — настойчиво добавил он, когда она открыла рот, чтобы возразить ему. — Вам нужна моя помощь?
— Нет… Благодарю вас.
— Ладно, если понадоблюсь — я у себя в номере, вы можете мне позвонить. Спокойной ночи. Да, и не помышляйте о работе. Это может подождать до завтра.
— Я… — начала было Роза, но передумала, заглянув в его глаза, и сама себе удивилась, смиренно согласившись с ним: — Хорошо. Спокойной ночи.
Однако ночь спокойной не была.
Лодыжка болела, мучили сны, в которых чередовались воспоминания об утерянной любви и новом увлечении, если можно было его так назвать.
Лежа без сна в темноте, она уговаривала себя не думать о том, как он взял ее на руки словно перышко и отнес наверх, в комнату. Но как забыть его сильные руки, то, как приятно было положить голову ему на плечо, как забилось сердце, когда он нежно, прижимая к себе, опустил ее на кровать…
Ни в коем случае нельзя показывать ему свои чувства или думать, как прекрасно быть рядом с ним в одной комнате, в одной постели.
И откуда только берутся эти мысли у нее, отрицающей любую возможность случайных связей и наивно полагающей, что ее первая любовная связь приведет к браку!
Наконец она уснула и проснулась утром от звука ключа, поворачиваемого в двери. Следом вошла процессия, состоявшая из Фрейзера Росса, официанта, толкающего впереди себя тележку, и коридорного, который катил кресло на колесах. Комната была залита солнечным светом.
Роза села, откинула волосы назад и торопливо натянула на себя простыню: она была в атласной ночной рубашке, державшейся на тоненьких бретельках.
Если кто-нибудь из мужчин и заметил это, то виду не подал.
— Доброе утро, Роза, — добродушно произнес Фрейзер. — Принес вам завтрак. Как вы себя чувствуете?
— Хорошо, но…
— Пожалуйста, мэм, — с воодушевлением сказал официант, пододвигая тележку к кровати и снимая крышки с посуды. — Если вам еще чего-нибудь захочется, позвоните нам. Воп арреtit! — Он вышел, уводя с собой коридорного.
— Я могла бы и сама спуститься на завтрак, — возразила Роза.
— Вам представится такая возможность, но позже. Кстати, сейчас пол-одиннадцатого.
Услышав это, Роза, которая было снова прилегла, буквально подскочила на кровати.
— Не может быть! Я никогда не сплю так долго.
Фрейзер подошел к ней и показал часы.
— Может, сначала хотите умыться?
— Я…. спасибо. — Она взяла атласный халат, лежавший на краю кровати, и завернулась в него. Затем вылезла из постели и, прихрамывая, направилась в ванную.