Строптивая жена
Шрифт:
Фрейзер усмехнулся тому, как она упивалась окружавшим ее пейзажем, затем снял кепку и вручил ей:
— Остерегайтесь солнца!
Через десять минут Роза с благоговением в голосе спросила:
— А этот остров… принадлежит вам?
— Здесь это называется долгосрочной арендой.
Роза вылезла из катера и спрыгнула на мягкий песок. Небольшой островок Фрейзера Росса был похож на жемчужину, мерцающую в этой сказочной стране чудес. Роза огляделась, и на ее лице появилось озабоченное выражение.
— Но я не вижу ни дома, ни пристани.
— На барже, — пояснил он. — А дом там, — Фрейзер сделал жест рукой, — за деревьями.
— Какие красивые деревья. — Она прищурилась. — Как они называются?
— Это? Сосны. Идемте.
Он протянул руку, и, немного поколебавшись, Роза ухватилась за нее. Они вскарабкались по узкой тропинке, прошли сквозь кусты и очутились прямо перед домом.
Девушка замерла. Даже фотографии не могли передать безукоризненность постройки. Красные кедры росли на склоне холма, окруженные высокими темно-зелеными соснами, и, насколько хватало глаз, своеобразно очерчивали контур острова. Этот пейзаж вызвал у Розы улыбку благоговейного трепета.
— Войдем внутрь? — предложил Фрейзер.
— Да. Могу я попросить вас об одном одолжении?
— Конечно.
— Не могли бы вы не разговаривать со мной? Первое впечатление очень важно, — серьезно заметила она.
— Не произнесу ни слова, — заверил ее Фрейзер.
Роза первая нарушила молчание:
— Да здесь ничего нет!
Они пришли на кухню, которая скорее напоминала камбуз на корабле: небольшую, с необычными массивными табуретами и другими предметами интерьера, сделанными из нержавеющей стали по итальянскому дизайну, — Роза уже такое видела. Но не было ни холодильника, ни плиты, ни посудомоечной машины. Шкафы и полки — абсолютно пустые, как и остальная часть дома.
— Правильно, — согласился он. — Для этого вы здесь, ведь так?
— Хотите, чтобы я выбрала для вас все до последней ложки? — Роза изумленно уставилась на Фрейзера. — Все?
— Каждую вещь. Сковородки, кастрюли, веники, полотенца и простыни, кровати, плиту и все остальное. А что, я прошу слишком многого? — Он насмешливо посмотрел на Розу.
— Вовсе нет. Это мечта любого дизайнера, не говоря уже о женской мечте, — необдуманно ляпнула Роза. — Просто я не ожидала… — Она замялась.
— Такой свободы действий? — продолжил за нее Фрейзер. Он облокотился о стол, с любопытством следя за Розой.
У нее на лице появилось выражение досады при мысли о том, какое удовольствие она доставила Фрейзеру Россу. И она резко ответила:
— Надеюсь, жена не будет засыпать вас вопросами, мистер Росс. Вы не находите, что у каждой женщины есть собственное представление о сковородках и кастрюлях, что ей захочется самостоятельно выбирать посуду и цвет простынь?
— Не думаю, чтобы в ближайшем будущем это представляло какую-либо опасность, Роза, — с улыбкой произнес он. — А пока почему бы вам не поставить себя на место моей будущей жены? У вас все полномочия.
Роза
— Вы издеваетесь надо мной?
Фрейзер изумленно поднял брови.
— Зачем мне это?
— Как бы вы ни старались, вам не удастся поразить меня, — холодно ответила она. — Но на ум приходят две мысли: во-первых, вы это сказали потому, что прекрасно знаете мое твердое решение быть деловой женщиной, а не женой; во-вторых, потому, что хотите заставить меня думать о том, что занимает вас.
— О чем же? — мягко спросил он.
— Затащить меня в постель — вот о чем, — резко ответила она.
Он рассмеялся и выпрямился.
— Возможно. Но вы первая заговорили о женах, Роза. Это подсознание? — Он окинул взглядом девушку, в напряжении застывшую посреди пустынной кухни и готовую к схватке.
Но в его вопросе она почувствовала ловушку и попыталась ретироваться.
— Нет, я мыслю реально, — спокойно возразила Роза. — Конечно, когда имеешь дело с таким состоятельным человеком, как вы, это не имеет значения. Вы просто вышвырнете вещи, которые придутся вашей жене не по вкусу. Но не могли бы вы оставить меня в покое?
— Пока вы не ударили меня или еще что-нибудь в этом роде? — предположил он мрачно.
— Вовсе нет. Мне нужно кое-что измерить. Не возражаете, если мы немного помолчим?
Но по мере ее продвижения по дому с рулеткой и фотоаппаратом ее агрессия угасла. Она записывала свои впечатления на диктофон.
Наконец она убрала его и, вздохнув, сказала:
— Замечательно, вы счастливчик. Вынуждена признать: работать здесь будет большим удовольствием. Редко представляется возможность создавать интерьер дома с нуля. Можно возвращаться.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Вернувшись в свой номер в гостинице на острове Хамильтон, Роза тотчас же достала компьютер, который взяла с собой, и начала работать. Это заняло все время до ужина.
Она приняла душ, вымыла голову и села на веранде, любуясь закатом. Постепенно остров засветился огоньками и сумерки поглотили воды, окружающие Уитсандэй. Роза вернулась в комнату и облачилась в свое единственное платье.
Это было длинное белое хлопчатобумажное платье, закрытое спереди и с вырезом на спине. Роза надела черные босоножки, собрала волосы на затылке и вдела в уши золотые сережки в форме колец. Она как раз красила губы, когда раздался стук в дверь.
— Сейчас иду, — отозвалась она, все еще приводя себя в порядок. Роза вдруг вспомнила платье, в котором была на вечеринке и для которого не требовался бюстгальтер. Оно было с плотным корсажем, это же — нет. Она повернулась к зеркалу боком и попыталась взглянуть на свою спину, затем повернулась передом, внимательно изучая себя. Платье было непрозрачное, но все равно заметно было, что лифчика нет. — Черт возьми, — пробормотала Роза, — зачем думать об этом? — Затем повернулась и направилась к двери.