Строптивая герцогиня
Шрифт:
Злость, которую Эйдриан ощутил после пожара, вновь закипела в нем. Он рванулся вперед, намереваясь схватить преступника. Скорее всего — самого капитана Брута, а если даже его сподвижника, то тоже неплохо. По крайней мере он приведет его к неуловимому Бруту.
Выскочив из-за кустов, Эйдриан бросился к тени и прижал противника к земле. Они схватились в рукопашной. Быстро перехватив поднятую руку, он уложил непрошеного гостя ударом в живот. Придавив его коленом, он пытался скрутить ему руки за спиной.
Воздух колыхнулся за ним.
Кто-то осторожно тронул ее за плечо, заставив проснуться. Ничего не понимая со сна, София удивилась, увидев около постели Чарлза и Дженни.
— Вам придется встать, ваша светлость, — сообщил Чарлз.
Его мягкий тон мгновенно привел ее в чувство. Именно таким тоном он обычно сообщал неприятные новости. Она внезапно поняла, что дело касается Эйдриана. Невольно посмотрела на пустующее место рядом с собой, где привыкла видеть его, и ее сердце упало.
Слезы бежали по щекам Дженни, и она не вытирала их.
— О, миледи, он тяжело ранен… Повар нашел его утром около двери в сад.
София мигом выскочила из постели и схватила халат. Босиком побежала на кухню. Чарлз и Дженни еле поспевали за ней. Садовая дверь была открыта, и она вышла в сад, утопающий в предрассветном тумане.
Он все еще лежал на земле. Кто-то накрыл его пледом. Слуги беспомощно теснились вокруг.
— Мы не решились трогать его, — заметил Чарлз. — Он едва дышит… Сначала я даже подумал, что он мертв.
Ничего удивительного, Эйдриан производил именно такое впечатление. Бледное, безжизненное лицо. Ни кровинки.
Страх душил ее. София упала на колени и краем халата вытерла кровь над его бровью.
— Мы нашли его у двери, — продолжал лакей.
Он протянул ей скомканный листок. София развернула его и пробежала глазами. Капитан Брут.
Скомкав письмо в кулаке, она наклонилась и поцеловала Эйдриана.
София знала, во всем виновата только она. Ее легкомысленность и своенравие убили его.
Она должна была дать капитану Бруту то, что он хотел. Ей следовало держать Эйдриана на расстоянии, чтобы он не превратился в мишень для злодея.
Глупая, самонадеянная женщина вообразила себе, что способна изменить мир, когда на самом деле ее используют для достижения собственных целей.
София гладила его лицо и боролась со страхом. Эйдриан хотел дать ей защиту и дружбу, а теперь может умереть из-за нее.
Как Брэндон.
— Мы не оставим его здесь, — сказала София. — Сырость повредит ему больше, чем раны. Вы двое найдите что-то твердое и перенесите его. Возьмите дверь, если нужно. Чарлз, пошлите в Динкастер-Хаус за Колином Берчардом и немедленно привезите врача.
Слуги перенесли раненого в комнаты дворецкого на нижнем этаже. С помощью Чарлза она сняла с него одежду. Ужасные кровоподтеки покрывали грудь и живот и говорили о том, что он был не в состоянии защищаться. Дыхание с хрипом вылетало из груди, и она беспокоилась,
Рыдая от своей беспомощности, София смыла кровь с его головы и положила холодное полотенце на ушибы. Оставалось только молиться, чтобы его раны не оказались смертельны.
Колин прибыл одновременно с врачом и Дэниелом Сент-Джоном.
— Не беспокойтесь, София, Сент-Джон умеет хранить секреты, — заверил Колин. — Мы оба собирались в Хэмпстед, когда появился ваш слуга.
— Эйдриан — мой старый друг, и я перед ним в долгу, ваша светлость, — сообщил Сент-Джон. — Я хотел бы помочь ему, если позволите.
Ей сейчас не до секретов, она волновалась только за Эйдриана.
Они наблюдали, как врач осматривал его, и выслушали предположительный перечень повреждений. Доктор попросил всех выйти из комнаты, кроме Чарлза.
Колин и Сент-Джон прошли вместе с Софией в библиотеку. Колин налил ей хереса. Небольшой хрустальный бокал казался ужасно тяжелым в ее дрожащей руке.
— Выпейте, София. На вас лица нет.
— Я одна виновата, — всхлипнула она. — Он шел сюда. Кто-то выследил его или поджидал.
— Может быть, вор?
Она протянула им письмо:
— Послание нашли у двери.
Колин прочел его, и лицо его сделалось жестким, когда он дошел до той части, где говорилось о приверженности Эйдриана идеям тори и сообщалось, что ее отношения с ним совершенно недопустимы.
— Я убью выродка, когда найду его, — пообещал Колин.
— Он знает о нас. Возможно, он давно следил за Эйдрианом или караулил около дома. Когда Эйдриан пришел, он где-то прятался и напал на него.
— Никто не мог бы преследовать Эйдриана так, чтобы он не чувствовал слежки, и никто не мог спрятаться от него, — заверил Сент-Джон. Его уверенный тон не оставлял сомнений, что ему очень хорошо известны возможности Эйдриана. — Более вероятно, что письмо оставили заранее и Эйдриан случайно наткнулся на него. Вряд ли его написали среди ночи, пока Эйдриан лежал на земле.
— Не понимаю, какое отношение ваши предположения имеют к случившемуся. Он лежал избитый. Может быть, умирая.
— Не вините себя, — успокаивал Сент-Джон. — Если бы он узнал, как вы страдаете, он бы не простил себе. Его позиция — его собственный выбор. Единственная вина лежит на выродках, которые могли сотворить такое с человеком, находящимся без сознания!
— Выродки? — переспросила она.
— Ну да. По крайней мере их было двое. Одному никогда бы не удалось одолеть Эйдриана.
Колин и Дэниел оставались с ней, пока доктор не позвал их выслушать его заключение.
— Перелом двух ребер, сотрясение мозга, возможно, внутреннее кровоизлияние, — перечислил доктор, надевая пальто. — Могло быть и хуже. Он мог умереть. Я объяснил слугам, как ухаживать за ним.
Глаза Колина застыли в вопросе, который София не решалась задать сама.
Доктор сделал неопределенный жест: