Строптивая беглянка
Шрифт:
– В Голливуд? – переспросила Сэнди.
Стивен утвердительно кивнул.
– И после какого-то скандала там она внезапно исчезла.
– Как интересно! – взволнованно воскликнула Сэнди.
– Не знаю, – Стивен старался говорить ровным голосом, – насколько мне известно, мать написала ей несколько писем, но так и не дождалась ответа. Мы даже не знаем, получила ли она их.
– О господи. – Сэнди поставила на стол бокал. – Все это так загадочно!
– Да, уж точно загадочно, – произнес он. Потом, как бы очнувшись, спросил: – А что ты будешь есть? Может, бифштекс или возьмешь бутерброд?
– Пожалуй,
– Это где-то вблизи острова Тимор, – ответил он уклончиво, показывая своим тоном, что пора сменить тему разговора. – Пожалуй, я тоже возьму бутерброд. С чем тебе? С яйцом и майонезом или с телятиной?
– Пожалуй, с телятиной, – тихо ответила Сэнди.
Стивен надеялся, что она не обидится на него из-за нежелания обсуждать эту тему. Ради бога, ведь она никогда раньше не проявляла большого интереса к его работе. Ее больше интересовали всяческие развлечения, и она никак не могла понять, почему он так много работает, вместо того чтобы потанцевать, сходить в кино или куда-нибудь еще. Это всегда было предметом спора между ними.
– А чем ты занималась утром? – спросил Стивен, не обращая внимания на ее сердитое лицо. Хотя он мог об этом и не спрашивать. Конечно, делала покупки. Медленная прогулка по магазинам и посещение кафе с одной из подружек.
Сэнди пожала плечами.
– Ничего особенного.
– Ходила по магазинам?
– Я занимаюсь не только этим, – вспыхнула она.
Стивен улыбнулся этой попытке противостоять иронии.
– Ладно, – сказал он мягко. – Что же ты все-таки делала? Я совсем забыл. Сегодня вторник, значит, ты посетила клуб здоровья. И поэтому у тебя такие розовые щечки.
– Мои щеки порозовели оттого, что я сердита на тебя, – резко ответила Сэнди. – Ты всегда говоришь, что я не интересуюсь твоей работой, а теперь, когда я спросила о ней, ты считаешь, что я пытаюсь выудить какие-то секреты или что-то в этом духе.
– Сэн, дорогая…
– Ну кто интересуется Одри Дафф?
– Трейси надеется, что это будет всем интересно, – сухо заметил Стивен.
– Только не мне, – фыркнула Сэнди. – Это еще одна вышедшая в тираж актриса, и только.
– Но она была уникальной актрисой, – упрямо защищал Одри Стивен, понимая, что таким образом он вызывает у Сэнди подозрение.
Та начала бросать на него косые взгляды.
– Таково твое мнение? А я думала, что в то время ты был слишком молод, чтобы обращать на нее внимание.
Стивен вздохнул.
– Не сволочись, Сэн. Тебе это не идет.
– Знаешь, – покачала она головой, – чтобы играть в фильмах, талант не нужен. Я слыхала, что снимают эпизоды не дольше минуты. Даже слова роли запоминать не нужно. Отец говорит, что это шальные деньги.
А он знает толк в деньгах, подумал Стивен, хотя его взгляды редко совпадали со взглядами Бена Дарэма, одного из влиятельных бизнесменов страны. Он возглавлял корпорацию, владевшую широкой сетью доходных супермаркетов в Ирландии и Шотландии. В своих делах он разбирался, но только не в производстве фильмов.
– Возможно, он прав, – поспешил согласиться Стивен, не желавший продолжать дискуссию, – извини, если я был бестактен.
Сэнди
– Да нет, ты не был бестактен, ну, совсем чуть-чуть, – сказала она, протягивая руку через стол в знак примирения. И улыбнулась. – Ты просто почему-то сердишься, вот и все. Может потому, что тебе не хочется отправляться на поиски этой женщины? А Бернард Трейси выбрал тебя, Стив, потому, что твоя мать с ней хорошо знакома?
– Что-то в этом духе, – сдержавшись, согласился он. – Можем ли мы наконец поговорить еще о чем-нибудь? У меня осталось всего полчаса свободного времени. Мы сегодня заканчиваем работу над последней частью документального фильма о защите животных. Мы пригласили Роберта Лейна, известного аналитика-публициста, провести встречу представителей общественности с обществом защиты животных. У нас есть потрясающие кинокадры жестокого обращения с животными. Должно получиться довольно интересно.
Сэнди недовольно поморщилась.
– Не могу понять, как ты можешь участвовать в таких дискуссиях! – воскликнула она. – У меня сердце сжалось, когда ты вчера рассказал мне о несчастных кошках и собаках. Мне кажется, что твои родители предпочли бы, чтобы ты занимался делами поместья. Ведь кому-то придется делать это, когда твой отец состарится.
– Не знаю, поверишь ты мне или нет, но меня это не очень волнует, – тихо проговорил он с лукавой усмешкой. – Если ты хочешь стать хозяйкой поместья, тебе лучше положить глаз на братца Грегори. Думаю, ты будешь очень разочарована, если надеешься, что я когда-нибудь изменю свое решение.
Сэнди надула губки.
– Но ведь ты же старший сын! – Она покачала головой. – Такова традиция.
– Благословен тот, кто ни на что не надеется, – он никогда не будет разочарован, – сухо заметил Стивен, заставив Сэнди тяжело вздохнуть.
– А чьи это слова?
– Мои. Я их только что произнес.
Сэнди укоризненно посмотрела на него.
– Ну что ты дурачишься. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду.
– О да. Я полагаю, это слова поэта и ученого, жившего в эпоху Возрождения.
Сэнди собиралась было резко прокомментировать сказанное, но тут принесли бутерброды, и она ограничилась упреком:
– Ты такой умный, не так ли? Не понимаю, что ты нашел в такой глупышке, как я?
– Неужели не понимаешь?
В глазах Стивена промелькнул такой похотливый чертик, что она радостно засмеялась и принялась за еду.
– Ладно, ладно, – согласилась она и покраснела. – Прекрати так смотреть на меня. Займись лучше едой.
3
«Лайза и Маргарет вскрикнули, заставив Джетро высоко подпрыгнуть.
– Героиням так кричать не полагается, – поучал их пес Джетро, но даже его испугало внезапное появление динозавра.
Конечно, он убеждал себя, что тот настроен дружественно, но ведь не мог же он заставить себя любить его. Динозавр был большой, зеленый, как лягушка, и с некрасивой коричнево-серой чешуей на лапах. И нужно убедить сестричек, что не стоит бояться огромных лап. Ведь они, в конце концов, всего лишь маленькие девочки и у них в друзьях сказочный летающий голубой слон, который всегда может прийти на помощь…».