Стрела Габинчи
Шрифт:
– А мокрую ветошь, чтобы дерево не загорелось? – догадался Ригард.
– Правильно мыслишь, Румяный, – сказал Клаус и, со всей силы поднатужившись, крепко затянул последний узел.
Из кустов появился пасечник с водой и мокрой ветошью.
– Ну вы и мачту связали! – воскликнул он издали, увидев, как Клаус, поставив один конец на землю, проверяет, как управляется вся снасть. Ее высоты оказалось достаточно, даже с запасом. Заметив угрозу, пара шершней-разведчиков облетела снасть и вернулась
– Смотри-смотри, они нападают! – запаниковал Ригард.
– Не ори! – одернул его Клаус, хотя и ему показалось, что гигантские осы собираются их ужалить. – Давай, насаживай цыпленка на шест!
– Как я это сделаю?
– Ладно, давай я помогу, – вызвался пасечник и, развернув сверток, достал тушку цыпленка.
Пока он с ним возился, Клаус отошел от опушки и набрал с деревьев пучок сухого мха. Когда он вернулся, наживка была крепко насажена на шест.
– Готово! – сообщил пасечник.
– Хорошо, – сказал Клаус. – У меня тоже готово. Вот тебе мох, накрути на него веревку, чтобы потом за палку прицепить, и будь готов запалить его. Кресало-то взял?
– Оно при мне, – ответил пасечник, похлопав себя по карману.
– Хорошо. Готовься пока.
Клаус поднял шест и начал короткими шагами приближаться к дереву. От его поступи составной шест с наживкой на макушке начал раскачиваться, и чем ближе подходил к дереву Клаус, тем больше беспокоились шершни.
– Румяный, давай сюда! Помогай шест держать, а то они злиться начинают!
– Я? – Ригард оглянулся на пасечника.
– Ты, ты, – подтвердил тот. – Иди, помогай другу, а то сейчас эти твари выскочат и устроят вам хороший приемчик.
– Скорее, Румяный, нужно держать шест! – закричал Клаус, когда над его головой пронесся разведчик.
Пригибаясь к земле, словно под градом стрел, Ригард подобрался к Клаусу и, ежесекундно ожидая атаки гигантских ос, вцепился руками в шест.
– Так лучше?
– Еще не понял, – сквозь зубы ответил Клаус.
– А может, ну их, эти деньги? Может, сбежим, пока не поздно?
– Прекрати плакаться, нам осталось пройти пять шагов, и дело закрутится! – одернул его Клаус.
– Да уж, закрутится… – пробормотал Ригард и зажмурился, когда рядом пронесся еще один шершень.
Их становилось все больше, теперь вокруг приятелей носилось с десяток шершней, а еще столько же вилось возле дупла.
– Давай еще немного… Ригард, да открой же ты глаза!
– Они сожрут нас, Клаус! – завопил Ригард, когда пронесшийся шершень задел его по уху. Это было последним предупреждением.
Тем временем Клаус уже зацепил тушку за край дупла и дернул шест. Наживка упала внутрь, и это вызвало бешеную реакцию шершней. Часть исчезла в дупле, должно быть пытаясь выдворить того,
– Ну и чего? Дальше-то как воевать будете? – с усмешкой спросил пасечник, окуривая себя спасительным дымом.
– Нужно подождать, пока они на мясо слетятся! – не поднимая головы, прокричал Клаус.
– Непохоже, чтобы они слетались.
– Скоро! Уже скоро все соберутся! – пообещал распластавшийся на траве Ригард.
– Ну-ну, посмотрим, – покачал головой пасечник и пошел к ведру с мокрой ветошью. Тем временем то ли из-за дыма, то ли привлеченные запахом мяса, но шершни действительно стали залетать в дупло.
– Что там, Клаус? – не высовываясь из травы, поинтересовался Ригард.
– Кажется, подействовало! Надо, чтобы ни одного снаружи не осталось, а то…
– Что «а то»? – тут же спросил Ригард.
– Брицай не говорил. Сказал только, чтобы все залетели, тогда мох бросать можно.
– А про ветошь что говорил?
– Про ветошь он не говорил, про ветошь я сам придумал, – признался Клаус и, поднявшись на ноги, стал звать пасечника: – Эй, давай сюда огонь, пока они всего цыпленка не съели!
Пасечник добавил в дымящийся пучок еще мха и поспешил к Клаусу, который вместе с Ригардом готовил шест к новой атаке.
– Давай скорее, пока они не вылетели! – подгонял пасечника Ригард. Ему казалось, что шершни затаились у входа и вот-вот выскочат наружу. Но пасечник успел вовремя и быстро накинул на шест веревочную петлю. Дымящийся пучок стал подниматься к дуплу, Клаус, от напряжения высунув язык, ловко перебросил дымящийся мох в дупло.
Дело было сделано, Ригард с облегчением перевел дух.
– Ну все, получилось! – сказал он, распрямляясь. – Все задохлись, ни один не вылетел!
Клаус отбросил шест и вытер со лба пот. Из дупла между тем выходил дым, который становился все гуще и белее.
– Дерево разгорается… – заметил пасечник.
Вдруг, словно молнии, дымное облако прошили два шершня и унеслись прочь.
– Последние, – прокомментировал Ригард. – Помирать полетели…
Не успел Клаус добавить что-то, как кто-то ударил его палкой по плечу.
Первой его мыслью была догадка, что это Ригард ополоумел от пережитого, но не успел Клаус призвать его к ответу, как сам Ригард взвыл, как от ожога, и помчался к лесу, отчаянно хлопая себя по заду.