Стражница
Шрифт:
— Нет. Нам нужно поговорить, — сказала мне Дженни.
— Я так не думаю, — ответила я. — Теперь всё изменилось.
Она покачала головой.
— Не так сильно, как ты, возможно, думаешь. Вот, — она протянула мне коричневый конверт.
Я попыталась его вернуть, но она не хотела забирать назад.
— Мне это не интересно, — сказала я.
— О, интерес ещё появится. Спроси себя, кто получит наибольшую выгоду от того, что «Слайса» больше нет. Это основные правила расследования, — она подняла руку на прощание и настойчиво посмотрела
Она зашла за угол школы, Лена смотрела ей вслед.
— О чём вы говорили?
— Семейные дела, — ответила я, крепче обхватив конверт. — Мне так кажется.
— А что в конверте?
— Давай выясним.
Мы снова проскользнули в школу и нашли пустой класс. Я открыла конверт и разложила бумаги на одном из задних столов.
— Это отчёт об аресте, — сказала я.
Лена указала на штамп с числом.
— Это произошло в ночь взлома. Разве Колин не говорил, чтобы мы не впутывали полицию?
— Мы не обращались с жалобой в полицию.
Отчёт описывал полицейский контроль на дороге, который перерос в нарушение закона об оружии — троих мужчин остановили в четырёх, пяти кварталах от нашего дома, потому что они превысили скорость. Когда полицейский проверил права водителя, он заметил, что на всех сидящих в машине, выдан ордер на арест, обыскал автомобиль и нашёл два пистолета. Хотя те не были заряжены, но несмотря ни на что, это было явное нарушение запрета, носить оружие в городе.
— Это должно быть те типы, что вломились в ваш дом, — Лена склонилась над столом. — Видишь? Они ехали в другом направлении, покидали квартал. И это прямо после взлома. Что там в других бумагах?
— Их выписка из реестра.
Все трое были известны как шестёрки Марко Форелли.
— О нём я уже слышала, — сказала Лена. — В последнем процессе о семейных секретах. Он был тем, кто тогда легко отделался. Несколько свидетелей отозвали свои показания.
— Ты следишь за подобными делами? — удивлённо спросила я. — Я никогда не обращаю на такое внимание.
— Я слежу за всем, — сказала она. — Если типы, проникшие в ваш дом, работают на Марко Форелли, тогда это не русские.
— Они из мафии.
Я опустилась на стул, всё больше соединяя в голове кусочки головоломки.
— Зачем людям твоего дяди угрожать тебе? Они ведь хотят, чтобы ты была на их стороне. Разве это не противоречит их интересам?
— Это уловка, — сказала я, и последние несколько частей встали на свои места.
Я засунула бумаги в школьную сумку.
— Мне пора идти. Пожалуйста, Лена, прошу тебя, никому не рассказывай об этом.
Она обиделась.
— А разве я когда рассказывала?
Колин мерил шагами школьный двор.
— Что всё это значит? — спросил он. — Школа уже закончилась двадцать минут назад.
— Мне нужно в «Слайс».
— Зачем?
Я хотела рассказать ему, но пока у меня не было доказательств, я не могла заставить себя открыть рот. Казалось просто
Я представляла опасность для моего дяди из-за моей непредсказуемости и гнева. Ему нужно было как-то помешать, чтобы я не пошла наперекор его планам. Почему бы не попытаться сделать это с помощью запугивания, особенно если таким образом он мог использовать меня против своих врагов?
— Мне нужны кое-какие бумаги из офиса, если он не сгорел.
Он внимательно изучил меня.
— С тобой всё в порядке?
— Скоро будет.
Он не знал об этом. Просто не мог знать, в противном случае не беспокоился бы так сильно в ночь во время взлома. А насчёт пожара он был удивлён так же сильно, как и я. Тесс, возможно, заботилась о том, чтобы он оставался верным Билли, но Колин никогда не стал бы врать о чём-то столь важном. Теперь отношения между нами были намного лучше. Мы стали сильнее.
Должно быть Билли держал свои замыслы в секрете от Колина, и когда я осознала это, меня охватила дрожь, по причинам, которые я не вполне могла назвать.
В «Слайсе» я пробиралась через обломки. Не было никакой логики в том, что уцелело в огне, а что нет. Большой миксер, который мама использовала, чтобы мешать тесто для верхнего слоя пирогов, расплавился в шлак, но в нескольких шагах от него полочка с кофейными чашками была почти не тронутой.
Дверь, ведущая в офис, почернела, но в остальном была целой. Я попробовала повернуть ручку и зашла во внутрь. Там выглядело всё почти нормальным. На полу были лужи воды, циферблат табельных часов треснул, а в воздухе висел отвратительный запах застоявшегося дыма и мокрой бумаги, но канцелярский шкаф казался целым. Я потянула за верхний ящик. Он, как всегда, заел, прежде чем скрепя, открылся.
— Что ты ищешь? — спросил Колин.
— Подноготную информацию.
Моя мать хранила все важные документы в банковском сейфе, но где-то должна быть копия страхового полиса. Я перерыла ящик и почувствовала триумф, когда мне в руки попалась папка с надписью «National Insurance Co.». Большую часть того, что оговаривалось в страховом полисе, я не поняла, но не было сомнений в том, что «Слайс» застрахован на все сто процентов, как само здание, так и фирма. Весь ущерб был полностью покрыт.
Контейнера для мусора за домом уже наполнялись, потому что строительная компания моего дяди убирала обломки. «Морген» останется закрытым по меньшей мере ещё одну неделю, пока не устранят весь ущерб, нанесённый дымом и водой.
Я могла бы поспорить, что Билли тоже застрахован. Страховая компания заплатит строительной компании моего дяди за то, что та отремонтирует его бар и без сомнения, он запросит сумму по самым высоким ценам. Да он сможет на этом озолотиться. Мне стало плохо при мысли, как легко ему удалось одурачить меня.