Стражница
Шрифт:
— Полиция что-нибудь сказала о том, кто виноват? У них уже есть доказательства? — спросила я Колина.
— Сейчас они подозревают Экомова. Это соответствует его обычным методам, и это не секрет, все знают о том, что он пытается пустить здесь корни.
— Значит они не предполагают, что это мог быть Билли?
Он нахмурился.
— Зачем ему поджигать «Слайс»? Он не нуждается в деньгах, а сумму от страховки получит твоя мать. Я же тебе уже говорил, что ситуация обострилась.
— Это обман, — я засунула
— Но для этого будет недостаточно пришить им дело о поджоге.
— Нет, но это помогло бы, точно так же, как повесить на них убийство Верити. Он получит сумму от страховки. Отмоет деньги через строительную компанию. И получит меня, злую как чёрт и готовую помочь ему разобраться с русскими.
— Но сжечь ресторан твоей матери…, - он отстранился от двери. — Это серьёзное обвинение. Он никогда не причинил бы тебе вреда.
— А ему и не нужно причинять вред, а только напугать меня, — я изо всех сил задвинула ящик. — Я пойду туда.
Его рука обхватила мою.
— Снаружи кто-то есть. Оставайся там, где стоишь.
Он выскользнул из комнаты, положив руку на кобуру, и закрыл за собой дверь. Ожидание — больше не моя сильная сторона, поэтому примерно пятнадцать секунд спустя я подкралась к двери и прислушалась, но голоса были приглушёнными. Я приоткрыла дверь и вышла, чтобы на цыпочках прокрасться за угол.
— Ты и вправду всегда появляешься в самый дерьмовый момент, ты знаешь об этом? — спросил Колин.
— Это не моё расписание, — ответил Люк.
Преисполненная решимости не позволить ему сбить себя с толку, я появилась из-за угла.
— Что ты здесь делаешь?
— Я должен был увидеть тебя, — он разглядывал то, что осталось от «Слайса». — Это не совсем то, что я ожидал.
— Это был день полный сюрпризов.
Он толкнул носком сапога кучу обломков.
— Выглядит плохо. И пожар начался не естественным путём.
— Я это осознаю.
— Вот здесь был поджог, — сказал он, указывая на место рядом с прилавком. — И там…, - он показал на кассу. — И здесь сзади, — на кухонный гарнитур, где мы выполняли большую часть приготовлений.
Когда я подняла вверх брови, он пожал плечами.
— Это огонь, Мышонок. Когда дело касается огня, нет почти ничего, что я не смог бы интерпретировать.
— Что ещё ты можешь установить? — спросил Колин.
— Они устроили пожар так, чтобы огонь распространялся вдоль внешних стен, а внутренние оставил нетронутыми. Они также удерживали его подальше от газопроводов, так что остальная часть здание не взорвалась. Огонь нанёс большой ущерб за короткое время, но был очень целенаправленным, — он прикоснулся к обугленной крышки стола и потёр сажу между пальцев. — Раз мы уже заговорили об ущербе, пора иди, чтобы компенсировать другой.
— Я
— Ты хочешь на меня злиться? Тогда давай злись. Но магия исчезает. Ко концу дня её почти больше не останется. Если ты сейчас не пойдёшь со мной и не восстановишь её, то Кварторы скажут, что ты нарушила соглашение. И тогда ты умрёшь.
Я скрестила руки на груди и уставилась на него.
— Если они убьют меня, то я не смогу восстановить магию.
— Тогда ты умрёшь, — повторил он. — И кто тогда поможет Констанции? Она девочка, которая нуждается в помощи, не зависимо от того, преуспеем мы или нет.
Я почувствовала, как моя решимость начала рушиться и бросила взгляд на Колина, он насупился и засунул руки в карманы.
— Ты возьмёшь меня с собой, — сказал он.
Я вздохнула.
— Мы же уже говорили об этом.
— Ты сказала, что не сможешь избавиться от этих людей. Ты так сказала. Но ты не можешь ожидать от меня, что я буду сидеть сложа руки, пока ты рискуешь своей жизнью, — он положил мне руку на затылок. — Они не единственные, от кого ты не сможешь избавиться, ясно?
— Ясно, — прошептала я и почувствовала, как уголки моих губ приподнялись вверх.
Люк нахмурился.
— Он будет только мешать.
Колин пожал плечами.
— Если ты будешь оберегать её, то даже не заметишь, что я там.
— Ты этого хочешь? — спросил Люк. В его голосе не слышалось колкости, только обида и смирение. — Ты уверена?
— Уверена.
Он схватил меня за запястье.
— Тебе знаком манёвр, — у меня почти не осталось времени, чтобы схватить Колина за руку, прежде чем он открыл дверь в Межпространство и рывком протянул нас через него.
Доминик нахмурился, когда мы вышли на мраморной сцене Аллеи.
— Безбилетный пассажир, сын?
— Он со мной, — пролепетала я, борясь с обмороком, одолевающим меня. Я почувствовала нежную руку на моём плече. Это была Маргарет, которая советовала мне хорошо дышать.
— Думай о пророчестве, — прошептала она. — Магия ищет тебя. Объединись с ней, тогда найдёшь свой путь.
Я заморгала, потому что её лицо расплылось. На одно мгновение мне показалось, будто её глаза снова стали молочного цвета, но потом мой взгляд внезапно прояснился, а её глаза снова были ясным и слепыми.
— Он не может остаться, — как раз говорила Орла, возмущённо стукнув по земле тростью. — Он… он…
— Мы так решили, — сказал Люк.
Я тяжело опиралась на руку Колина. Он смотрел на Кварторов.
— Что с ней не так?
Люк ответил:
— Её тело не переносит магию.
— Чёрт, тогда исцели её, — приказал Колин.
— Нет.
Я с трудом пришла в себя. Колин и Маргарет помогли мне.
— Мне уже лучше.
— Ты знала об этом заранее? — спросил Колин. — Почему ничего не рассказала мне?