Стражница

О'Рурк Эрика

Цена была слишком высокой, ответственность слишком большой. Мой гнев исчез, оставляя что-то… тёплое.

Я осторожно прижала ладонь к его груди и посмотрела ему в глаза.

— Обещай мне.

— Я не могу. Что, если ты снова будешь ранена? Я должен буду, сложа руки, смотреть, как твой мозг превращается в омлет? Если я не буду действовать, то ты не протянешь долго, чтобы выполнить это задние.

Хотя это раздражало, но было правдой.

— Значит, только когда это будет необходимо, — в конце концов сказала

я. — И только после того, как спросишь меня.

Он хмуро посмотрел на меня.

— Я всегда спрашиваю.

— Теперь, когда вы закончили свой спор, мы можем поговорить о стратегиях? — спросил Паскаль. — Исходя из того, что мы пережили сегодня ночью, я предполагаю, что могут случиться две разные вещи, когда ты попытаешься получить доступ к объединённым Линиям — ко всем четырём, как требует пророчество. Первое это то, что ты можешь увеличить объём уже существующих Линий и создать новые, чтобы распределить давление, нечто вроде того, как ты во время Разрушительного потока вошла в магию.

— Разве это не опасно? — спросила я.

— Конечно опасно. В последний раз ты выжила, потому что не использовала магию. По крайне мере не очень много, — сказал он со знающей улыбкой. — Тебе удалось немного придержать.

— Евангелина.

Люк выругался.

Синя-белая Линия из магии, которая с кончиков моих пальцев полетела прямо в её сердце.

— И всё случилось только из-за этого? Потому что я использовала немного магии? Не то, чтобы я сотворила заклинание — я только его направила.

— Ты создала связь между собой и магией. Теперь ты должна использовать эту связь, чтобы создать новые Линии и направить в них магию.

— А что, если я не смогу?

Я потерпела неудачу сегодня ночью, когда использовала только одну Линию. Это не обещало ничего хорошего для работы над всеми четырьмя, независимо от того, что там приписывает пророчество.

— Ты видела, что случилось с Констанцией. Такая же перегрузка будет угрожать любой Дуге на планете, и только самые сильные смогут противостоять.

Все Плоские, находящиеся по близости, тоже погибнут, но о них Паскаль и другие Дуги даже не думали.

— А какой другой вариант?

Он долго на меня смотрел, прежде чем ответить:

— Ты могла бы снова проникнуть в источник грубой магии. И в этот раз остаться там.

— Как тогда, — пробормотала я, будто вернувшись во время Разрушительного потока, ощущению премудрости и мира, которое испытала, когда была поймана в кружащемся тумане из грубой магии. К тому времени все эти знания и могущество соблазнили меня. Я рассматривала возможность остаться там, но Люк вырвал меня назад. Слова Паскаля имели на меня тот же эффект.

— На всегда?

— Да. Ты была бы там в ловушке, но в то же время могла бы впредь направлять поток и скорость магии, обеспечивать сохранность Линий и снова вернуть нашему миру нормальное состояние.

Люк

отвернулся с огорчённым выражением лица.

Я попыталась представить себе, как бросаю всё в моей жизни — мать, Лену, Констанцию. Не перееду в Нью-Йорк. Никогда больше не увижу Колина и Люка. Я буду жить, но такая жизнь не будет иметь большого значения. Ощущение было такое, будто рот наполнился песком.

— Это не вариант.

Больше нечего было сказать. Люк и я медленно пошли домой, потому что оба ещё не окрепли. Люк крепко держал меня за руку.

— Видимо у меня больше не получиться отказаться, да? — спросила я спустя пару кварталов.

— Хотелось бы мне, чтобы ты могла, — сказал он голосом, который был таким хриплым, словно ветер, хлестающий нам навстречу. — Но ты заключила соглашение. Если нарушишь его, то умрёшь.

Я должна была ужаснуться, когда он сказал об этом так прямо. Я и сама всё знала, но было так просто игнорировать это знание, заниматься поиском ответов, вместо того, чтобы обдумывать последствия. Но больше я не могла это игнорировать.

— Я должна снова зайти в магию и создать новые Линии. Это единственный шанс, который у меня есть.

— Паскаль не часто ошибается, — сказал Люк, его голос слегка дрожал. — Он был прав в том, что магия угрожает твоему здоровью. Это происходит каждый раз, когда я творю магию рядом с тобой?

Я покачала головой.

— Самое сложное — это заходить в Межпространство. Другие заклинания, те, с помощью которых ты отремонтировал французский класс или те, которыми ты нас скрываешь, я почти не замечаю. Магия других людей кажется действует на меня намного хуже.

— Скорее всего это из-за нашей связи, — размышлял он. — Я сразу почувствовал себя намного лучше. Мысль о том, что я причиняю тебе боль, совсем мне не нравится.

Люк причинял мне боль не только магией.

Когда мы добрались до дома, он открыл дверь и проводил меня во внутрь, по тёмной лестнице и в мою комнату.

— Я и сама смогла бы подняться.

— Ты не любишь красться, — сказал он. — И должен признаться, что я всё ещё питаю надежду насчёт пижамы.

Я замерла на полпути, когда снимала флисовую куртку.

— Мечтай дальше, мальчик с мечом.

— О да, буду мечтать.

Он придвинулся ближе и прикоснулся к воротнику.

Щёки начали гореть, но я продолжила говорить игриво и отстранилась.

— Тогда я не буду тебя удерживать.

Усмехнувшись, он сделал шаг назад.

— С превеликим удовольствием.

Он исчез в Межпространстве, но ночной образ, как он проскальзывает через пламя, оставался со мной, пока я не заснула.

Глава 24

На этот раз я правильно поняла сообщение Колина, потому что он, как всегда, появился на следующее утро перед домом.