Стражница
Шрифт:
Защитные щиты померкли, и оба Сумрачных бросились ко мне.
Я снова закричала, и Люк вскочил, что-то выкинув. Сразу же красные линии вспыхнули, как светофор в дорожном движении — как раз в тот момент, когда монстры протянули свои руки за пределы щитов. Полетели искры. Дым и едкий запах наполнили воздух. Первый Сумрачный завыл и попятился, потеряв при этом часть своей руки.
В то время, как Люк продолжал творить заклинание, он использовал своё преимущество, отрубив существу голову, а потом глубоко вонзил
Я должна была видеть надо мной защитные щиты, но чёрные точки, плавающие перед глазами, расширились. С одной стороны поля для гольфа что-то двигалось. Я сощурилась. Ещё больше Сумрачных? Прохожий? Я со стоном наклонилась вперёд. Слишком маленький для Сумеречного, а ноги похожи на человеческие. Чёрные точки стали огромными.
У меня было такое впечатление, что я вижу руки на коленях, как будто кто-то склонился вперёд и уставился на меня, а потом я увидела вспышку света. Мои веки были слишком тяжёлыми, поэтому мне больше не удалось их открыть, руки слишком слабыми, чтобы держать куртку Люка, а возмущённый вопль ещё одного Сумрачного, который внезапно умолк, казалось донёсся из далека…
А потом ладонь Люка, от которой исходил жар, легла на мой живот, в то время, как его другая рука зависла над ногой. Казалось его слова проникают под кожу, и онемение, которое завладело ногой превратилось в болезненное покалывание, когда кровь снова начала течь нормально, а кость срослась. Было такое ощущение, будто мою кожу растягивали и тянули в разные стороны, а потом Люк убрал руки.
— Сумрачные? — прошептала я.
— Их нет. Мы в безопасности.
Он плюхнулся рядом со мной на землю.
— А что с мужчиной? Они его убили?
— Каким мужчиной?
— Здесь был кто-то ещё. Я его видела.
Может Колин всё таки последовал за мной
— Шшш.
Он протянул руку и убрал мне с лица волосы.
— Здесь больше никого нет. У тебя был шок. Видимо ты видела галлюцинацию.
Я села, разглядывая ногу. Мне не приснились мои ранения. Штаны из серого трикотажа были разорваны и пропитаны кровью на ляжке. Но под ними кожа была невредимой. Я снова опустилась на холодную, влажную землю, слишком слабая, чтобы встать.
— Видишь? Всё снова в порядке.
— Спасибо, — сказала я.
— Ты уверен, что это было мудрым решением? — спросил Паскаль, обращаясь к Люку.
— Ты смог бы придумать что-то получше? — спросил он сквозь зубы. Я повернулась, разглядывая лицо Люка, и была как громом поражённая, когда обнаружила, что его кожа, которая обычно имела цвет расплавленного карамеля, была серой, как пепел.
— Ты ранен, — я села. Страх скрутил меня, словно змея. — Это Сумрачные?
— Они почти не коснулись меня. Мне просто нужно отдохнуть, — объяснил он.
Его лоб был на ощупь влажным, и я с
— Это из-за Линии? Вы не говорили, что магия причиняет вред и ему. Вы должны были сказать мне об этом.
— Это не Линия, — ответил Паскаль. — Это…
— Достаточно, — сказал Люк.
Хотя его голос был слабым, в нём слышался явный приказ.
Паскаль укоризненно посмотрел на него поверх своих очков.
— Не забывай, с кем ты говоришь, мой мальчик. Ты ещё не стал преемником Доминика.
— Мышонок, оставь это.
Он попытался сесть. Я обхватила рукой его грудь и потянула к себе вниз.
— Вот уж нет, чёрта с два.
Мне был знаком этот тон. Это был тон «я что-то от тебя скрываю».
— Одному из вас стоит наконец сказать мне правду!
— Да ничего такого нет, — сказал Люк. — Максимум пустячок.
— Хорошо. Тогда у тебя не займёт много времени объяснить его мне.
— Раньше с тобой было легче уживаться, — сказал он. — Это новая сторона в тебе немного тревожит.
Я скрестила руки на груди и уставилась на него.
— Хорошо.
Он надулся, как маленький мальчик, которого заставили выдать секрет.
— Дело в передаче — в том, что я тебя исцелил.
— Передаче?
— Дуги не могут использовать магию, чтобы создавать вещи, могут только изменить их. Поэтому если ты ранена, я меняю физическое ранение на магическое, а потом переношу его на себя.
Я провела дрожащей рукой по бедру и почувствовала мышечные волокна над костями. Не подумав, я коснулась ноги Люка, и он поморщился. Он ещё не совсем оправился.
— Значит теперь сломана твоя нога?
— Нет. Она болит, как будто сломана, но повреждение магическое, а не физическое и скоро пройдёт. Мне только тяжело в это время творить заклинания.
— Значит всё это время ты причинял вред себе, когда исцелял меня?
— Только после того, как вы были связаны, — вмешался в разговор Паскаль. — Когда Дуга кого-то исцеляет, большая часть передаваемой энергии теряется во время передачи от пациента к целителю. Но между связанных между собой пар связь делает этот процесс более эффективным и переносит большую часть ранений на целителя.
Как часто Люк уже исцелял меня? Слишком часто, чтобы ещё можно было подсчитать, и каждый раз он перенимал на себя мою боль. Но он никогда не использовал это, чтобы давить на меня или вызвать чувство вины. Теперь мне стало не хорошо от угрызений совести, а из-за них я почувствовала вспышку гнева.
— Ты обманул меня! Я спросила, что имела ввиду Ниобе, а ты соврал прямо в лицо.
— А ты соврала мне, — парировал он без капли раскаяния. — Сказала, что исцелилась.
— Теперь ты знаешь, как себя при этом чувствуешь. А ещё потом удивляешься, почему я не могу тебе доверять? Никаких больше исцелений.