Стража Чести
Шрифт:
– Никогда, – шепнула Блэр, глядя как глаза Кэм затуманивает желание. Робертс откинула голову назад и выгнула шею, дрожа всем телом, Блэр толкнула её на спину и вошла в нее, взяв ее одним длинным, глубоким движением, – Я никогда не остановлюсь… никогда, никогда…
– Оххх, Боже, – Кэм с трудом выдохнула. Она обвела ослабевшими руками плечи Блэр и прижалась губами к виску любимой, – Как раз вовремя.
– Я или телефон? – лениво спросила Блэр.
– Какой телефон?
Блэр опустила голову и поцеловала
– Кэм погладила Блэр по спине и вздохнула, – Это был Мак.
– Полагаю. Только у него достаточно большие яйца, чтобы звонить нам, когда мы наедине, – Блэр мысленно собралась духом, – Чего он хотел?
– Эрик Митчел не даст нам две недели, как говорил.
– Он обещал, – голос Блэр звучал глухо. Почти неделя прошла с тех пор, как они встретились с репортерами, но она помнила каждое слово их получасового интервью.
Кэм ответила по внутренней связи, прослушав сообщение, – Впустите его, -Она аккуратно повесила телефон обратно на рычаг и повернулась к Блэр, – Готова?
Блэр кивнула. О на молча протянула руку и тут же почувствовала, как пальцы Кэм сжали ее.
Наклонившись вперед, она бегло поцеловала Кэм, – Я в порядке.
Когда Робертс направилась открывать дверь их гостю, Блэр прошла к широкому окну на противоположной стороне комнаты и устремила взгляд на город. Они решили встретиться с репортером в квартире Кэм, а не в Белом доме. Это не было официально, встреча была очень личной. Тайное фото, на котором запечатлены она и Кэм, недавно появилось в газетах, по всей стране. Изображение было плохого качества, на нём невозможно было узнать Кэм, но факт, что их застали в интимный момент был очевиден.
Предположения СМИ, относительно любовной интриги Блэр Пауэлл были безудержны, и различные, неизвестные источники отправляли её в объятия авторитетов мафии, кинозвезд и даже членов партии её отца. О на закрыла бы на это глаза и позволила бы слухам утихнуть, или подождать, пока их затмит очередное стихийное бедствие или чрезвычайное положение в стране. Но их связь с Кэм не собирались заканчиваться; фактически, она надеялась, что эти отношения продлятся всю ее жизнь, а если так случиться, они просто не смогут дальше скрывать их.
В попытке предотвратить слухи и утечку информации она решила, с благословения отца, обнародовать свою сексуальную ориентацию и отношения с Кэмерон Робертс. Она выбрала репортёра, являющегося мужем её подруги по колледжу, в надежде на то, что старая дружба в какой-то степени повлияет на его решения. При звуке глубокого голоса Кэм в дверях, Блэр решительно повернулась.
– Мисс Пауэлл, – Эрик Митчел – высокий, худой, преждевременно лысеющий, тридцатилетний мужчина, поздоровавшись протянул ей руку, – Для меня большая честь быть полезным для вас.
Блэр пожала ему руку, немного успокоившись, при виде его бледно-голубых глаз, с прямолинейным взглядом. Она указала на стоящий рядом стул, и взяв
– Я хотела бы сделать заявление, – спокойно сказала Блэр, – Я буду рада включению любого из моих комментариев в вашу статью, но я хотела бы чтобы вы обсудили выбор времени ее публикования с главой аппарата Белого Дома Люсиндой Уошберн, а также пресс-секретарём Белого дома, чтобы они были готовы к ответам, на вопросы, которые возникнут.
Митчел достал тонкий блокнот и шариковую ручку из внутреннего кармана пиджака. Перелестнув обложку, он открыл его на пустой странице. Подняв глаза он взглянул на Первую дочь, – Мне не нужно разрешение Белого дома, чтобы опубликовать статью, мисс Пауэлл.
Кэм издала гортанный звук, походивший на рык.
Блэр сжала руку любимой и холодно улыбнулась, – Я хорошо знаю это, мистер Митчел, и прошу вас вежливо, учитывая обстоятельства.
– Я сделаю всё возможное.
– Мисс Пауэлл планирует выполнить свои государственные обязанности, в том числе встречи с президентом Франции и министрами здравоохранения ряда европейских стран в Париже, на следующей неделе, – многозначительно сказала Кэм, – очень важно, чтобы мы не столкнулись с повышенным вниманием СМИ, которое вероятно вызовет эта история, во время ее пребывания за границей.
– Я оцениваю нагрузку общественного доступа мисс Пауэлл, – Митчел вновь выжидательно провел взглядом от Кэм к Блэр, – Я приложу все усилия, чтобы прийти к соглашению моих редакторов и Белого Дома о дате выпуска статьи.
– Спасибо, – ответила Блэр, веря в его искренность, но в то же время слишком хорошо зная, насколько сложно что-то контролировать, под давлением прожекторов Вашингтона.
Она снова взглянула на Кэм, которая возвратила ей взгляд и улыбнувшись, сжала её пальцы.
Стойкая решимость в глазах Кэм и твердая уверенность касающегося её плеча было всем, в чем, в тот момент, она нуждалась.
Переключив свое внимание на молча ждавшего репортера, она четко и уверенно произнесла: – Я хочу сделать публичное заявление о моей частной жизни. В виду уникального положения в обществе моей семьи, я считаю необходимым прояснить некоторые вопросы, вызванные появлением в газетах фотографии меня с моим любовником, которым на самом деле является женщина.
Выражение лица репортера не изменилось. Он спокойно выдержал взгляд Блэр, – Ваш отец знает об этом?
– Да.
– Одобряет ли он ваш выбор?
Выражение лица Блэр стало полностью ледяным, – Этот вопрос лучше задать моему отцу, я думаю есть более значимые вопросы для вас и прочих СМИ, чтобы сосредоточимся на них.
– Возможно, но это тот вопрос, на который все захотят знать ответ в первую очередь.
– Блэр колебалась, пытаясь мысленно провести черту между личным и публичным, особенно в том, где речь шла о её отце. – Мой отец знает о моей сексуальной ориентации и поддерживает меня.