Страж
Шрифт:
Дакк замер около стены, пытаясь решить, что ему делать: ситуация складывалась неразрешимой: неизвестно кем и как управляемый фрегат на огромной скорости мчался к станции узла, грозя непредсказуемыми последствиями, а он в бессилии замер перед стеной, не представляя, что можно сделать. Информационный поток за стеной явственно ощущался, словно дразня и издеваясь над бессилием представителя самой могучей расы галактики — зенна.
Наконец Дакк шевельнулся, выходя из раздумий. Оставался единственный выход — покинуть носитель и своим разумом попытаться найти какую-либо щель поблизости, чтобы проникнуть за стену и выяснить, где оседает такое огромное количество информации, так как сейчас лишь оттуда можно
Он глубоко и шумно вздохнул, понимая, что, когда вернется, носитель Марка уже, наверняка, будет мертв.
Желая не причинять новую боль своему носителю, Дакк решил сесть на пол и затем покинуть мозг Марка. Он повернулся и…
В конце коридора стоял офицер-двор, сжимая обеими руками иногалактическое оружие, направленное в его сторону.
8
Атуа и еще двух экспертов Регата, вместе с Расселом, на станции узла, встречал целый контингент реаниматоров. Атуа вышел из зоны портации последним. К нему тут же бросились два зевса с красными щитами на курточках. За ними маячил Рассел, с явной тревогой во взгляде. Но едва реаниматоры протянули к Атуа руки, чтобы взять его под локти, как он сделал торопливый шаг назад.
— Нет! — Атуа, резким взмахом руки перед собой, подтвердил свою категоричность.
Скорчив мины, реаниматоры опустили руки и замерли.
— Но господин Халл. — Рассел остановился позади реаниматоров. — Мне приказано обеспечить вам…
— Нет! — Атуа повысил голос. — Я прекрасно себя чувствую. Немедленно доставьте нас в гостиницу.
— Да, господин Халл. — Рассел вытянул руку в сторону выхода из зала портации. — Кар ждет.
Атуа, до гостиницы, не проронил больше ни слова. Молчал и Рассел. Так же молчали и два других эксперта.
Понимая, что Халл не предрасположен разговаривать, Рассел не стал провожать в гостиницу и остальных экспертов, а едва они вышли из кара, приказал водителю доставить его в зал управления станции.
Не удостоив укативший кар прощальным взглядом, Атуа поднялся в номер, который Халл неизменно занимал во время всех своих миссий на станцию узла и едва за ним закрылась дверь, он тут же метнул свое поле наружу — ничьих полей за дверью не было.
Все три, прибывших на станцию узла, эксперта Регата имели абсолютно равные права. Им предстояло разобраться в причине потери канала перемещения к станции зонта и двух странных случаях потери памяти персоналом на станции узла. Эксперты должны были работать вместе, но каждый будет обязан предоставить в экспертную коллегию свой, независимый, доклад.
Франзони был землянин, эксперт-психоаналитик; М" Рлоу — вест, эксперт пространственных перемещений и Халл — зевс, технический эксперт.
Столь внушительный контингент экспертов был продиктован, по словам председателя экспертной коллегии, серьезностью произошедших на станции узла событий. Не последнюю роль в формировании этой экспертной бригады сыграла жалоба Атуа на свою головную боль и в целях его подстраховки, председатель экспертной коллегии и принял такое решение.
Насколько смог установить Атуа, переворошив память Халла, в таком окружении он еще никогда не работал и никакой информации о двух других экспертах у него не было. Это раздражало. Что произошло на станции, он прекрасно знал и потому его мысли сейчас были заняты совершенно другим: где сейчас фрегат и кто тот офицер; как, после уничтожения стража, ему можно в кратчайшее время добраться до станции зонта?
Если фрегат вернулся, значит офицер здесь, на станции и тогда нужно быть крайне осторожным и если в него, действительно, переместился разум стража, то он, наверняка, будет искать Крета или пытаться выяснить, что с ним стало; если фрегат еще не вернулся, нужно незамедлительно
К тому же, Атуа опасался сейчас покидать свой носитель: во-первых — слишком много было оставлено информации от Халла и он не мог предугадать поведения его носителя, оставленного без контроля, опасаясь проявления каких-то скрытых возможностей носителей зевсов, а уничтожить все информационное поле Халла он тоже не решался: во-первых — в его положении в любой момент могла понадобиться какая-то очень серьезная информация, связанная с прежней деятельностью Халла; и во-вторых — вдруг и в самом деле придется покинуть его носитель и тогда, оставшееся информационное поле, возможно, собьёт зевсов с толку и они не сразу поймут, что Халл был захвачен; и в-третьих — он чувствовал усиленное внимание к Халлу со стороны Рассела, который мог активироваться в любое мгновение. Атуа понимал, выяснение их отношений неизбежно и потому, сейчас обдумывал варианты своего поведения. И в тоже время, ему самому нужна была встреча с Расселом, чтобы, интересующую его информацию, попытаться получить напрямую, а не собирать домыслы по всей станции узла, привлекая к себе лишнее внимание.
После мучительных раздумий, он, наконец, решил, что сейчас, самым оптимальным вариантом, будет немедленно начать экспертную проверку, хотя им был положен отдых не менее десяти часов. Столько ждать Атуа не мог. Но работать один он тоже не мог, запрещала инструкция. Поколебавшись, он все же решил попытаться уговорить Франзони и М" Рлоу, начать работать незамедлительно.
Пошарив по информационному полю Халла, он нашел их номера и, достав сканер связи, набрал номер одного из них. Через мгновение перед ним было изображение землянина.
— Господин Франзони. — Заговорил Атуа, придав своему голосу оттенок некоторой надменности. — Я прелагаю начать экспертную работу немедленно.
Брови Франзони подскочили вверх, лицо исказилось гримасой недоумения.
— Быстрей узнав причину потери памяти, возможно, тем самым, мы сможем предотвратить последующие подобные случаи и сберечь другие жизни.
— Возможно. — Франзони согласно кивнул головой.
— Я это понимаю, как согласие с вашей стороны?
— Да-а-а.
— В таком случае, вы оповестите о нашем решении М" Рлоу, а я переговорю с командиром станции.
Атуа прервал связь и широко усмехнулся: Франзони, явно, был недоволен и сейчас, наверняка, примется эмоционально обсуждать возникшую ситуацию с М" Рлоу, насколько Атуа знал из информационного поля Халла, время на восстановление после портации всегда использовалось до последней минуты, но он специально, так аргументировал свое предложение, что эксперты навряд ли смогут что-то противопоставить спасению человеческих жизней.
Атуа вызвал еще один номер на сканере связи и через мгновение перед ним вспыхнула голограмма с изображением Рассела. Командир станции был, явно, чем-то встревожен, если не сказать больше, он был растерян, в его, не стоящих на месте и смотрящих не на эксперта, а куда-то вверх, глазах, был отчетливо заметен страх. Атуа понял, на станции что-то происходит неординарное.
— Господин Рассел, мы решили начать экспертную работу немедленно. — Твердым голосом заговорил Атуа. — Прошу вас предоставить нам все необходимые материалы.
Взгляд Рассела опустился, его глаза вспыхнули желтым цветом.
— Господин Халл, вы еще не прошли реабилитацию. — В голосе командира станции послышались явные злые нотки. — Я не могу допустить…
— Господин Рассел, мы себя прекрасно чувствуем и требуем…
— Я пришлю вам офицера.
— Незамедлительно.
— Да!