Страсть герцога
Шрифт:
– Ты знаешь кто. Твой безмозглый брат-прохвост.
Лизетт была на грани того, чтобы сорваться.
– Он и твой брат тоже.
– Это твоя мать так говорит, – протянул Хакер.
Его злобное замечание заставило Лизетт смятенно открыть рот. Остальные мужчины расхохотались. Да как он смеет? И как смеет Джордж не только позволять ему подобное, но и смеяться вместе со всеми?
Однако Лизетт вновь прикусила язык и смолчала, понимая, что от этого может зависеть жизнь Тристана. К несчастью, ее молчание лишь распалило компанию. Они подъехали
Через несколько секунд в дверном проеме уже стоял Дом.
– Отзови своих псов, – гаркнул он брату. – У нее такой же траур, как и у нас. Как ты можешь позволять им оскорблять ее? Она твоя сестра, именем Господа!
Джордж вздернул бровь, однако ему хватило ума ничего не ответить.
– Что ты здесь делаешь, Дом? – спросил он.
– Я здесь, чтобы выразить сочувствие членам моей семьи – нашей семьи.
Выражение лица Джорджа стало презрительным.
– А точно не потому, что тебе захотелось поразвлечься с миссис Бонно в отсутствие отца?
Моргнув, Лизетт ринулась вперед.
– Ах ты гнусная скотина!
Лишь железная рука Дома удержала ее от того, чтобы стащить Джорджа с мерина и ударить по лицу.
– Довольно, мсье! – крикнула маман у нее из-за спины. Выйдя из коттеджа, она холодно взглянула на Джорджа. – У вас конфликт со мной. Оставьте их в покое.
Джордж словно оледенел.
– У меня конфликт с Тристаном.
Не зря маман, в свою бытность актрисой, была любимицей всего Тулона. Пусть она и не могла скрыть свои покрасневшие глаза или бледные щеки, безразличие маман играла очень хорошо.
– О? И что же такого сделал мой сын, что так вас разозлило?
– Украл мою собственность. И мы здесь, чтобы заставить его за это заплатить.
– Я ничего об этом не знаю, – произнесла она с небрежным жестом и полной неверия улыбкой. – Вы можете доказать, что он украл вашу собственность?
– Свидетели видели, как он выводил Синее Пламя из конюшни прошлой ночью, – ответил Хакер.
Маман побледнела, а Лизетт почувствовала, что у нее начинают подкашиваться ноги. Свидетели. Это нехорошо.
Однако маман стояла на своем.
– Как бы там ни было, ко мне это не имеет отношения. Я не могу контролировать своего сына. Уверена, Тристан вскоре вернет коня. Вполне возможно, он уже в конюшне, так что если ваша светлость просто отправится…
– Я никуда отсюда не уеду, миссис Бонно. Это первое место, куда отправится Тристан, даже если просто для того, чтобы сообщить вам о кончине отца. – Джордж глядел на нее с ленивой наглостью, из-за которой они все его так ненавидели. – Так что я постараюсь объяснить все достаточно просто для того, чтобы даже французская шлюха смогла это понять: либо говорите мне, где Тристан, либо убирайтесь из этого коттеджа завтра с первыми
Дом тихо выругался.
– Ты не можешь так поступить! – выплюнула Лизетт.
– Вне всяких сомнений, могу. – Джордж взглянул на маман. – У вас есть арендная плата за этот месяц?
– Разумеется, нет, – ответила та. Ее лицо стало мертвенно-бледным. – Коттедж принадлежит Эмброузу.
– Принадлежал ему. Мой отец мертв, помните? – произнес Джордж холодно. – Потому теперь коттедж принадлежит мне, и я требую арендную плату. Вы можете ее выплатить? Если нет, я имею право вас выселить. – Он улыбнулся своей угрожающей улыбкой. – Черт, да я имею право вас выселить в любом случае. Особенно учитывая то, что вы укрываете вора.
Дом выступил вперед.
– Прояви милосердие, Джордж. Они все еще не оправились от новости о смерти отца. Как и все мы. Позволь им оплакать его, похоронить и решить вопросы, связанные с завещанием.
– Надеюсь, ты не на их стороне, брат мой, – произнес Джордж ядовито, гарцуя на коне. – Потому что в завещании отца ты не упомянут. Он написал его вскоре после моего рождения и никогда не менял.
Судя по тому, как резко вздохнул Дом, он об этом не знал.
– Этого не может быть, – с трудом произнес он.
– Спроси у поверенного отца, если не веришь мне. Он пытался убедить отца внести изменения в завещание годами. – Джордж презрительно улыбнулся брату. – Так что, полагаю, ты понимаешь, на чьей ты стороне. Потому что я более чем готов проявить щедрость к своему законному брату и предоставить ему то, что отец, в силу своей небрежности, забыл оформить юридически. Или…
Он замолчал, и эта зловещая пауза заставила кровь Лизетт похолодеть.
– Или? – поторопил его Дом.
– Я могу запросто закончить твою карьеру адвоката. – Джордж щелкнул пальцами. – Если ты поможешь им укрыть от меня Тристана, ты не получишь ни пенни из состояния отца – ни содержания, ни имущества, ничего. И ты узнаешь, что изучать право, не имея денег, очень сложно.
Лизетт охватило отчаяние. Жизнь Дома будет закончена, даже не начавшись. Он не подписывался на это, согласившись помочь Тристану.
– Как я могу укрыть его, если я понятия не имею, где он находится? – произнес Дом со спокойной миной, хотя Лизетт чувствовала его напряжение.
Джордж нахмурился.
– Будь осторожен с выбором, младший брат. Я ведь и правда могу оставить тебя без гроша.
Лицо Дома приняло выражение человека, которого предали, и от вида его у Лизетт едва не разорвалось сердце.
– Значит, ты и правда сжег дополнение к завещанию, да?
Джордж побелел.
– Я не знаю, о чем ты.
– Я слышал, что на смертном одре отец написал дополнение к завещанию, в котором обеспечил всех нас, включая меня. А ты сжег его.
– Ага! – Джордж наклонился в седле. – Значит, ты все-таки знаешь, где Тристан. Иначе откуда бы ты…