Страшная Мария

Чебаевский Николай Николаевич

— Добро! Верно, сам сатана тут не найдет. И не шибко холодно — ключ теплый струится.

Иван вскарабкался на крутояр, поднял партизана на руки и вместе с ним скатился под берег.

— Куда ты меня волокешь? — очнувшись, слабым голосом спросил раненый.

— Пещера тут, Петр, спрячу тебя дня на два. Еда-то у тебя в котомке есть, вода рядом, переждешь как-нибудь. Потом прискачем всем отрядом, заберем. Теперь нам с Совриковым через согру с тобой не уйти.

—

Ясное дело.

— Только ты не пужайся, тут подныривать надо. Рот закрой.

На этот раз Иван задержался в пещере подольше. Марию уже начала одолевать тревога, когда он снова показался из воды.

— Порядок! — сказал он, отдуваясь. — Надо бы и пулемет сюда упрятать… Теперь каратели, поди, рыскают крутом, ищут нас. Уходить поживей надо. И ты подавайся скорее домой!

Вдруг он спохватился, спросил тревожно:

— А Танюху где оставила? Со смолокуром, что ли?

— Батя не дал ее с собой взять.

— Вот и ладно, — облегченно вздохнул Иван. — Видишь, как все обернулось… — Порывисто обнял Марию, прижал к себе. — Неохота расставаться, да надо. Поспешай домой, а я к своим подамся.

— А пулемет? — спросила Мария.

— Пулемет я в озере утопил. Ничего ему пока не сделается, густо смазан. На случай запомни: там вон, где сушина на берегу. Лучше бы сюда перетащить, да некогда. Прощай пока!

Он вскочил в седло, пригнулся, поскакал к согре, уводя в поводу коня Ванюхи Соврикова.

Мария проводила его взглядом, до боли в сердце жалея, что встреча была такой короткой — не удалось даже толком поговорить, и радуясь тому, что все обошлось благополучно.

…Над холмистой степью, одетой в нежную зелень, плыло среди облаков ласково греющее солнце. В кустах тренькали синицы. Умиротворенностью веяло от полей.

18

Домой Мария вернулась с попутчиком. В Сарбинку ехал с пашни старовер Куприянов. Она вышла на дорогу, попросила подвезти ее.

Нелюдимый старик сначала не отозвался, лишь подхлестнул коня, намереваясь поскорей миновать ее. Но, видимо, вспомнил, какой колдовской силой обладает Мария, и, убоявшись вызвать ее гнев, резко натянул вожжи, буркнул:

— Садись не то…

А когда Мария села рядом, поминутно поглядывал на нее, всерьез опасаясь, как бы не обернулась она опять свиньей или еще какой нечистью. И торопил коня, стремясь поскорее добраться до деревни.

Свекор не ожидал такого скорого возвращения невестки. Спросил обеспокоенно:

— Не встретились разве?

Она рассказала старику о встрече с Иваном. Не сказала только, как спрятали раненого партизана. Просто

не успела. На улице раздался гулкий конский топот. Мария выглянула в окно и отшатнулась: скакал отряд карателей.

— Не сюда ли торопятся, паразиты? — встревожился свекор. — Не подглядел ли кто, где ты была? Не дай бог, выведывать примутся…

— Не бойся, батя, ничего не выведают, — сказала Мария.

— Пронеси, господи! Ежели спрашивать станут, куда со смолокуром ездила и отчего возвернулась, так надо толком объяснить…

И опять Мария не успела ответить старику. Каратели спешились под окнами, толпой ввалились в ограду. Потом затопали сапоги на крыльце. Резко хлопнула сеночная дверь, рывком распахнулась избяная.

— Дома, стерва? — гаркнул рябой верзила, первым ворвавшийся в избу.

Следом быстрым пружинистым шагом вошел щеголеватый поручик Куницын. Отстранив рябого, спросил насмешливо:

— Не успела, гражданочка, смыться?

— Куда я смоюсь? От дитя-то! — сказала Мария, покачивая зыбку, в которой спала Танюшка.

— Довод логи-ичный! — протянул поручик язвительно. — Нелогично другое: почему заботливая мамаша бросила это самое дитя и спозаранок помчалась в поле.

— Я не бросала, с батей оставляла.

— Ага, все же не отрицаешь? — ухмыльнулся офицер. — Для начала и это похвально. Надеюсь, любезная, скажешь заодно, куда путь держала?

— На базар со смолокуром хотела съездить. Серянок да керосину хоть чуток у менял добыть.

— Так, так. А нельзя ли узнать, отчего с полпути вернулась?

— Потому что напужалась…

— Гм-м… Любопытное признание, — хмыкнул поручик. — Хотелось бы уточнить причину испуга.

Мария сказала, что у ворот поскотины встретился верховой, сообщил, что у хутора произошла стычка и все дороги будут теперь обложены. Смолокур все-таки поехал дальше, а она забоялась, вернулась домой. Сначала шла пешком, потом ее подвез до села старовер Куприянов.

— Достоверно изложила, — согласился поручик. — Упустила пустяк: где с муженьком виделась, где раненого комиссара припрятали?

У Марии похолодело в груди. Неужели каратели выследили их? Нет, тогда поймали бы всех на месте, под крутояром. Что-то они знают, но далеко не все. Сообразив это, Мария овладела собой.

— Никого я не видела, ничего больше не знаю.

Поручик уперся в нее взглядом.

— Что ж, тогда поступим иначе… — опять усмехнулся он, и в глазах у него мелькнуло ехидство.

Он достал портсигар, закурил, с удовольствием затянулся и негромко скомандовал верзиле:

— Ввести главаря.