Странствующий
Шрифт:
Вместе с молитвой «взлетаю» ввысь и я. …Или моя душа? Точно не знаю. Во всяком случае, сознанием я нахожусь вверху, «горе». Я здесь. Весь или частично, но здесь. И вижу нечто удивительное. Огромная наша страна покрыта маяками светящихся храмов. Они соединены между собой и с разными городами, поселками, с каждым человеком сетью серебристых линий. Одна из них кажется мне знакомой. А! вот почему… Это по ней мы идем с Валерием. Множество каких-то черных линий при сближении с нашей «трассой» поворачивают назад или в сторону.
3/4 Это я расчищаю вам путь от злых людей, 3/4 поясняет Хранитель.
Но что это? От ярко светящейся
3/4 Что это? 3/4 мельком проносится во мне.
3/4 Вы за них молились, и люди понесли свет дальше, 3/4 приходит ответ.
3/4 Так это от нас? 3/4 закипаю пьяным весельем.
3/4 От Бога — через вас! 3/4 следует отрезвляющий ответ Ангела.
Привал с видом на Русь великую
Асфальтовая дорога тянется по краю светлого просторного березняка. По другую сторону шоссе, до самого далекого горизонта летят обширные поля с перелесками, вьется речушка, рассыпаны селения с церковками. А над раздольем по синему небу плывут неприкаянные наши спутники 3/4 розоватые клубящиеся облака. Великий простор наполнен солнечным ветром, высокими надеждами и восторженным благодарением.
Велика Русь! Огромны ее просторы. Неисчерпаемы богатства подземных кладовых, дремучих лесов, безбрежных морей и великих рек. Почему же люди русские за ничтожным исключением так материально бедны? И с каким народом можно сравнить нас по богатству и размаху души? Разве с американским. Но он вопиюще богат. В чем разница? Да в приложении энергии души.
Те строят земной рай на несколько ничтожных годиков. Нам же это не интересно. Нашим подавай необозримую вечность! Там, в Царствии Небесном строят они себе дворцы и города, где «ржа не ест и воры не подкопают». Очевидно, что Господь русских зрит последним народом-богоносцем. «Кого люблю, того наказываю». По великой Своей любви к нам Спаситель держит богатейший народ в аскезе нищеты, в посте голода, в смирении войн, революций, разрухи и позоре воровства 3/4 все для спасения души, все для обращения наших устремлений от пыльной земли в горние миры Божиих чертогов. От великодержавной гордыни через смирение нищетой 3/4 в Царство Божие!
В какой еще стране так легко можно разбогатеть и так стремительно обнищать? Американцы прибыль в десять процентов считают очень приличной. А у нас ради такой прибыли с кресла никто не привстанет. Нашим предпринимателям подавай тысячу процентов 3/4 тогда конечно, тогда интересно.
А как деньги появятся, так зачудит и загуляет наш богатей, да так увлечется, что и просадит все с воплями «а не мешай чудить солидолу расейскому! а как левая ноздря моя пожелает!» А на распоследний день кутежа взглянет он ночью черною в огнедышащую пропасть, Ангелом Божиим явленную пред заплывшие глазоньки, наорется до хрипоты от жуткого адского страха, да и поползет поутру в церковь, причитая: «Господи, Господи, прости, помилуй».
Сколько по церквам да по монастырям с такими бывшими богатеями говаривать приходилось. Что-то очень скоро охладевает русский человек к деньгам. Не дают они ответа на вопросы его «проклятые». Голод духовный томит его. Да так, что готов он землю обойти, в горы взойти, в пропасть скатиться 3/4 только дай ему про смысл жизни всласть наговориться, надуматься, порасспрашивать… А лет через пять встречаешь такого бывшего богатея, или тусовщика, или художника 3/4 а он в залатанном
Вот что на ум приходит, когда вижу наши просторы.
Присаживаемся на пригорке. Малейшая возможность отдохнуть в тени и прохладе, скинув с ног растоптанные ботинки, превращается в блаженство. Особенно, если с видом на простор, в погожий денек. Особенно, если это сочетается с напитанием. Помоляшися, вкушаем вареную картошку с зеленым луком, запивая пенистым тепловатым квасом. Все, бережно положенное в рот, мгновенно растворяется и растекается по языку, создавая ощущение сладости, даже горький лук.
Со стыдом вспоминаю, как раньше капризничал: то не хочу, это не буду. Прислушивался к своим утробным желаниям: ага, сегодня отведаю-ка я вот эдакого деликатесика или вон той вкуснятинки… Ерунда все это. Когда трапезничаешь от щедрот Дающего, любая крошка обращается в лакомство. Мои друзья, в молодости увлекавшиеся альпинизмом, рассказывали, что когда сутками висишь на вертикальной скальной стене и закусываешь консервами, чувствуешь, как еда буквально «всасывается прямо в кровь без остатка».
Вот и сейчас со мной происходит нечто похожее, только висеть приходится не над пропастью в горах, а над пропастью собственной немощи. И не веревки держат меня, а только милость Вседержителя. Раньше мне казалось, что ощущать свою мизерность, слабость 3/4 это страшно. Наверное потому, что ничего серьезного в помощь люди предложить сами не способны. Люди, даже если это и друзья-товарищи, все-таки существа весьма ненадежные. С возрастом это понимаешь на опыте собственном и окружающих. Не встречал человека, который бы не съехал с пути прямого на обочину самолюбия.
«Всяк человек ложь», как восклицал «во исступлении» царь Давид 3/4 это печально, но имеет быть. Да что там! Кто может утверждать, что сам не предавал, не отрекался, не сползал в яму эгоизма? Разве только лжец… Конечно, когда отказывают силы, нападает вялая немощь, а вокруг тебя такие же, как ты, слабачки 3/4 это быстро выводит из самоуверенности. Тянешь руку за помощью, а там зияющая пустота. Особенно это впечатляет, когда надвигается нечто неотвратимое и весьма недоброе. В таких случаях и крепкие ребята, бывает, пузыри пускают.
Но вот сейчас, впадая в слабость, неожиданно замечаю внутри себя уверенность в надежной поддержке мощной невидимой Десницы. Это как в темноте идти по незнакомой комнате, когда тебя направляют, ведут заботливые добрые руки. Ты их не видишь, но рука на предплечье и направляющее ее усилие не оставляют сомнений, что тебя ведут. Никаких таких грубых ощущений у меня, конечно, нет, но твердая уверенность имеется. Хотя бы после внимательного обзора пройденного пути…
После трапезы спускаемся к ручью, петляющему между пригорков, заросших высокой травой и густым кустарником. Но не тут-то было. Берега ручья сильно заболочены. Чтобы не набрать в ботинки жидкой грязи, приходится набросать под ноги ветвей кустарника и уже по этой неверной переправе добираться до воды. Однако наши труды не напрасны: вода в ручье прохладная и чистая. По примеру старшего опытного товарища после пития обязательно умываю ноги и стираю шерстяные носки.