Странный каприз

Уолкер Элизабет

— Ну зачем ты это сделала? — обиженно восклицал Перси, когда они вместе выходили из здания участка. — Вечно ты выставляешь меня перед всеми дураком!

— Если не хочешь выглядеть дураком, Перси, для начала постригись и веди себя как взрослый человек, — отрезала Присцилла. — Где твой «Фольксваген»?

— Он сломался, и я его оставил, а сам пошел пешком, — с вызовом заявил Перси.

— Где?

— За городом. Я не хотел говорить об этом полиции — боялся, что они его отгонят на штрафную стоянку.

— Думаю, уже отогнали. Ты ехал по 140-му шоссе?

— Да, но

я откатил его в сторону от дороги. Там еще указатель «Хиксвилл». Мне подумалось, что название подходящее.

Как ни удивительно, «Фольксваген» стоял на указанном месте. Присцилла позвонила в гараж, договорилась, что машину отбуксируют и отремонтируют, и поехала домой. Все это отняло еще несколько часов и грозило отнять кучу денег. Въезжая в город, Присцилла до того устала, что готова была плюнуть на все и отвезти Перси к себе, — но, сообразив, что этим сведет на нет все свои усилия, довезла его до «Дома Говардов» и сгрузила там вместе со всеми его пожитками, извлеченными из «Фольксвагена». Когда она вернулась в Чарльстоун, помощница уже запирала магазин.

— Я оставила вам на столе записку. Заходил мистер Пинкни и спрашивал о кровати. Сказал, что вы ему посоветовали. — Клара убрала ключи в сумочку и обмотала шею шарфом. — А парень ничего! Он ваш дружок?

— Нет, мой конкурент в деловой сделке. Спасибо, Клара. До завтра.

Клара уже собралась уходить, как вдруг обернулась, вспомнив что-то еще.

— Да, еще заходила какая-то женщина. Имени своего не назвала, но я так поняла, что она работала у вас раньше. Она сказала, что позвонит вам.

«Интересно, — подумала Присцилла. — Кто бы это мог быть?» За два года у нее работало не меньше полудюжины помощниц: почти со всеми из них Присцилла старалась поддерживать связь — по крайней мере присылала открытку к Рождеству.

Она вошла в кабинет и увидела на столе, освещенном лампой, записку. Крейг заходил в магазин около одиннадцати. Может быть, хотел пригласить ее на ленч?

Кровать, о которой говорила Крейгу Присцилла, стояла в дальнем углу магазина, гордо возвышаясь над картонными коробками и сверкая золотым шитьем изголовья. Многие восхищались этой кроватью, но купить ее не решался никто — покупатели боялись, что ее яркая индивидуальность не будет сочетаться с остальной мебелью в спальне. Но у Крейга такой проблемы не будет. Присцилла пыталась догадаться, понравилась ли Крейгу кровать, и старалась не думать о том, каково было бы лежать на этом королевском ложе рядом с ним…

Послышался стук в дверь, сердце Присциллы учащенно забилось. Но нет, смутно различимая фигура за стеклянной дверью принадлежала явно женщине, да к тому же беременной. Подойдя к двери, Присцилла узнала Мэри Бет Норрис, свою самую первую помощницу в «Антикварии».

Впрочем, она уже не Норрис. Как бишь фамилия ее мужа? Блекберн? Блекуэлл? Присцилла с трудом припоминала белокурого Адониса, похитившего сердце Мэри Бет и увлекшего ее прочь из мира бизнеса. Помнится, его фамилия чем-то поразила Присциллу… Может быть, Блекбирд1? И еще помнится, что этот человек сразу ей чем-то не понравился. Но Присцилла не хотела вмешиваться в жизнь Мэри Бет. В конце концов, сама

она меньше года назад развелась с Перси…

— Мэри Бет! — воскликнула она, распахивая дверь и заключая молодую женщину в объятия. — Я думала, ты в Нью-Йорке! — «С этим, как-его-бишь, куешь семейное счастье!» — добавила она мысленно.

— Я там и была, — ответила Мэри Бет. — Можно мне войти?

— Конечно! — Присцилла отступила, освободив ей проход. Мэри Бет влетела в магазин, словно за ней гнались разбойники: ее белокурые локоны были спрятаны под надвинутым на лоб капюшоном, в кукольных голубых глазах застыла тревога. Теперь Присцилла вспомнила, что они с Черной Бородой прекрасно смотрелись вместе.

Мэри Бет направилась прямиком к задней двери. Сперва Присцилла подумала, что неожиданная гостья спешит в туалет, — может, ей плохо или еще что, — но Мэри Бет обошла стол и устало опустилась в кресло.

— Если кто-нибудь спросит обо мне, — проговорила она еле слышно, — не говорите, что меня видели!

Сколько помнилось Присцилле, она никогда не замечала за своей помощницей склонности к мелодрамам. Присцилла села в другое кресло и развернула его так, чтобы видеть лицо Мэри Бет.

— А ты думаешь, кто-нибудь заподозрит, что ты здесь?

— Не знаю. — Мэри Бет нервно скинула капюшон. — Скорей он подумает, что я убежала к родителям. Поэтому я к ним и не поехала.

— Понятно. — Присцилла ничего не понимала, но видела, что женщина насмерть перепугана и ее прежде всего надо ободрить. А выяснить, что случилось, она еще успеет. — Ужинать хочешь? Я как раз собиралась подняться наверх и что-нибудь приготовить.

— У меня почти совсем нет денег, — краснея, призналась Мэри Бет. — Гейл, моя подруга, советовала снять деньги со всех счетов, но я не успела. Я подумала, может быть, вам нужна помощница в магазине…

— Ну, видишь ли, это место сейчас занято… Ладно, обсудим это после ужина. — Присцилла поднялась с места. — Пойдем, здесь становится холодновато. — После закрытия магазин не отапливался.

Когда они поднялись наверх и повесили пальто в шкаф, Присцилла спросила как бы между прочим:

— Ты ушла от… Ах, черт! Прости, не помню, как его зовут!

— Фред. Да, я от него ушла.

— А какой у тебя срок?

— Шесть с половиной месяцев.

Присцилла удивленно покачала головой.

— Не лучший момент для развода.

— Я не могла оставаться с ним ни одного дня! — драматическим полушепотом поведала Мэри Бет.

— Я буду готовить ужин, а ты пока расскажи мне, что случилось.

Рассказ, занявший почти час, был сбивчив и изобиловал излишними подробностями, но общая картина вырисовывалась ясно. Таинственный Фред не был Черной Бородой — он оказался просто скотиной. Он допоздна пропадал неизвестно где, под благовидными предлогами уезжал на выходные, никогда не звонил Мэри Бет с работы и не говорил ей, сколько зарабатывает. Короче, жил в свое удовольствие, нисколько не заботясь о том, что у его юной жены вместо интересного занятия — малооплачиваемая работа на полставки, а вместо подруг — Гейл, разбитная соседка с верхнего этажа вестсайдского небоскреба.