Странный брак
Шрифт:
— Утром я была не одна, — заступилась она за Сару.
Джонатан вопрошающе вскинул брови.
— Как раз когда я отправлялась на прогулку, приехал Марк Томпсон и увязался за мной.
Лицо Джонатана помрачнело.
— Может быть, я тебе не пара, но и он тебе не подходит.
— Мне кажется, я инстинктивно чувствую это, — призналась она. — Когда мы подъехали к развилке, мне хотелось свернуть сюда, но что-то остановило меня… мне не хотелось показывать ему это место. — К своему удивлению, она увидела, как карие
— Самое разумное — слушаться своих инстинктов, — посоветовал ей Джонатан.
Интересно, подумала Элоиз, а что в свое время заставило ее привести сюда Джонатана? Может, тогда она не послушалась своих инстинктов? Может, совершила ошибку, придя сюда вместе с ним?
— Пора возвращаться, — сказал он.
В глубине души Элоиз, не любившая приказов, возмутилась, но промолчала. Нежелание спорить с ним испугало ее. Она поняла, что не хочет увеличивать пропасть, существующую между ними. Элоиз пожала плечами и поднялась, оправдывая себя тем, что солнце начало припекать, что становится жарко, к тому же приезд Джонатана нарушил покой, царивший в этом месте.
На обратном пути он молчал, что раздражало Элоиз. Ей вновь казалось, что она мешает ему.
— Мне очень жаль, что Сара безо всякой надобности оторвала тебя от работы.
— Я отвечаю за тебя до полного выздоровления, — сказал Джонатан. — Дай мне слово, что больше никогда не поедешь на прогулку одна.
На сей раз она не смогла усмирить свою гордость:
— Я не нуждаюсь в твоей защите!
Его глаза впились в нее.
— Обещай мне, что не поедешь одна.
Видя, что он не отстанет, Элоиз процедила сквозь зубы:
— Обещаю.
Они продолжали ехать молча. Что же нас связывает? — думала Элоиз и находила один-единственный ответ: физическое влечение. Ничего больше.
Вернувшись в конюшню, Джонатан начал расседлывать лошадей.
— Я должна почистить Блю Леди, — сказала Элоиз. — Ты можешь идти и заниматься своим делом.
— А я почищу Кэш Флоу, — ответил он и взял щетку.
Элоиз была уверена, что ему совсем не хотелось этого делать. Но она видела, что он не оставит ее одну в конюшне.
— Все в порядке, — сказала она через пару минут, выгоняя лошадь на луг. Не глядя на Джонатана, Элоиз поспешила в дом. Он вошел следом за ней.
Посредине стола на кухне в вазе стояли две розы.
— Красивые цветы, — заметил он. По тону его можно было понять, что он догадался, от кого они.
— Их подарил Марк, — сказала Элоиз, подтверждая его догадку.
— Будь осторожна. Прислушайся к своему внутреннему голосу. Этот человек кого угодно обведет вокруг пальца. Он надеется завладеть тобой.
— Этого не удастся сделать никому, — бросила она в ответ.
Джонатан подошел к раковине, чтобы вымыть руки, и вдруг улыбнулся, глядя
— Не зарекайся.
Сердце Элоиз екнуло, когда она увидела его лицо. Если бы он попытался завладеть ее сердцем, она бы, наверное, не устояла. Но едва ли у него возникнет подобное желание. Кроме того, призналась она себе, едва ли ей самой хотелось сковать себя пусть даже сладостными, но цепями.
Улыбка исчезла с его губ так же неожиданно, как и появилась. Он вытер руки и ушел, сказав, что у него полно работы в гараже.
— Твой муж заботится и беспокоится о тебе, — заявила Сара, стоя у окна и наблюдая, как Джонатан садится в машину. — Когда я позвонила ему и сказала, что ты собираешься на прогулку одна, он был вне себя от ярости.
Элоиз было приятно слышать эти слова, но она постаралась скрыть свою радость.
— Это не забота, это чувство вины. Он винит себя за случившееся и считает, что несет за меня ответственность.
— Он тут же примчался сюда как сумасшедший, даже не зашел в дом, — продолжала Сара. — Сразу же отправился в конюшню, оседлал лошадь и бросился вслед за тобой.
— Никогда не предполагала, что ты так романтична, — заметила Элоиз.
— Горько видеть, когда влюбленные расходятся, даже не пытаясь отстоять свое чувство. — Сара пристально посмотрела на племянницу. — Однажды совершить опрометчивый шаг — и сожалеть о нем всю жизнь…
Элоиз не сомневалась: глаза тетушки подернулись грустью.
— Ты говоришь так, будто знаешь это по собственному опыту.
Сара выпрямилась.
— Что было, то быльем поросло. Но у тебя есть еще время, чтобы избежать ошибки.
— Да, но проблема состоит в том, что я не знаю, что будет ошибкой: возрождение нашего брака или его гибель, — призналась Элоиз.
Сара обняла племянницу.
— Я советую тебе не торопиться и не решать все сгоряча.
— Может случиться так, что не я буду принимать решение.
Сара заглянула в глаза Элоиз.
— Ты никогда не уклонялась от вызова.
Вызов. Да, именно это слово подходило для Джонатана. Элоиз не хотелось больше о нем думать, и она спросила:
— Так что же произошло между тобой и мужчиной, которого ты любила? С твоим-то упорством… Никогда не поверю, что ты вот так просто бросила его.
— Эдвард Андерс и я… оба мы были слишком гордыми. Так и не научились уступать друг другу. — Сара внимательно смотрела в глаза племянницы. — Элоиз, которую я раньше знала, очень на меня походила. Не совершай той же ошибки, которую когда-то совершила я. — Глаза Сары были полны грусти. — Ну вот, мы немного поговорили. Теперь мне пора написать письма. Я давно собиралась это сделать. А ты пойди умойся и отдохни. Кстати, тебе звонили родичи — дядюшка Прескот и тетушка Мод и Белинда. Я сказала моим сестрицам и брату, что ты им позвонишь, как только сможешь.