Странник удачи

Котенко А. А.

Несколько дней бродили рыцари по острову. Мамочка же их, Катрин, не на шутку волновалась об их здоровье и каждый вечер, устраивая с нами несносные посиделки, рассказывала, какие у нее замечательные сыновья. Может, я бы и поверила в благородность обоих рыцарей, встреть я их месяца два назад. Но сейчас я их считала просто-напросто бесхарактерными людьми.

Не знаю, как Рэтти, но я почти не слушала россказней тучной герцогини. Мою голову заполонили куда более насущные мысли: Сорро не знает, что мы находимся в замке у этой парочки доспехов, что отправилась на охоту за разбойником. Это значит, что мой любимый спаситель запросто может стереть

их в порошок. Правда, я тешила себя надеждой, что глупые герцоги заявят о нас в первую же минуту знакомства, и тогда события могут обернуться для нас каким угодно образом.

– Может, найдем в замке подковерную ящерицу и передадим с ней письмо для Сорро?
– предложила я Рэтти, когда мы третий подряд вечер бесцельно гуляли в густых садах замка.

Я прекрасно помнила, что отец очень часто отправлял послания не с гонцами, а с маленькими зелеными ящерками, коих с легкой руки безвестного центральского политика стали назвать подковерными. На самом деле эти животные неким волшебным образом унюхивали местоположение адресата и стремглав мчались к нему. В отличие от посыльных, которых с легкостью можно было перехватить или обокрасть, маленьких проворных ящерок поймать практически невозможно, поэтому самые важные донесения в Инселерде отправляли именно с ними. Несомненно, в большом замке герцогов Горских должна была найтись парочка подкоерных существ. Специально, чтобы приманить ящерок, я утащила с ужина небольшой кусочек сыра и положила его у подножья кровати. Ну, а ящерицы, которым было все равно, кому служить, лишь бы за кусочек вкусного, через несколько минут прибежали в мою комнату. Так одна из них и оказалась запертой в шкатулке от косметики.

Рэтти, сорвав яблоко, уселась под грушевым деревом, громко чавкая. До сих пор удивляюсь, как эти герцоги распознали в ней принцессу - манер у штурмана как у дворовой девки.

– Пиши, если найдешь на чем!
– пожала она плечами.

Я попросила подругу подождать, а сама отправилась в замок, прижимая к груди драгоценную шкатулку с ящерицей.

Так как мы не были пленницами, то нам разрешалось все, что угодно, и никто из прислуги не заподозрил неладного, когда я, буркнув: 'Хочу написать стишок!' - взяла целую кипу бумаги, чернильницу и перо.

Мы даже не спорили, что написать нашему спасителю: 'Сорро, мы стали невестами герцога Магаре. Замок его - на том же берегу, что и наше судно. Пожалуйста, сдайся в плен двум тощим рыцарям, явившимся за твоей головой. Анжелика и Марина'.

Только пленником наш спаситель мог попасть в замок. А когда он очутится тут, то Магаре и его братику скучать явно не придется. Впятером мы устроим им незабываемое приключение в духе Леоны.

Рэтти крепко привязала к пятнистой спинке ящерицы записку с посланием.

– Беги на восток, в Немико. Когда увидишь человека в желтой рубашке, красной косынке на голове и с тремя мечами на поясе, сядь ему на левое плечо.

Ох, сомневалась я, что ящерица понимала человеческий язык, но надо было использовать единственный шанс связаться с друзьями, тем более, подковерная братия ранише людей не подводила. Я очень надеялась на это. Не зря этих крохотных рептилий использовали для доставки самых важных писем во всем Инселерде.

Еще два дня мы жили в ожидании новостей, и только к обеду третьего дня в столовую, где я и Рэтти кушали, прибежал слуга в длинном красном плаще и пригласил нас срочно отправиться к герцогине. Мы переглянулись. Надеюсь, получилось именно

то, что мы задумали.

Быстро закончив с обедом, мы поспешили в зал для аудиенций.

– Ничему не удивляемся, все так, как и должно быть!
– сказали мы друг другу, переступая порог красных, отделанных золотом дверей парадной залы.

На тронах, как мы и ожидали, устроились герцогиня и ее ненаглядные сыночки. Оба рыжих дурачка так и не снимали доспехов, прикрывая плечи и спину соболиными плащами. Как ребята не устали - это уже другой вопрос.

Зато посреди зала на коленях сидели те, кого мы и пригласили: Сорро, Кани и Сунна. Руки троих пленников были связаны, и они вряд ли могли самостоятельно встать, удержав равновесие.

Три меча Сорро висели на поясе у нашего жениха, чье лицо украшала гордая улыбка.

– Господа, - начал Магаре, - я собрал вас всех тут, чтобы вы уверились в том, что я выполнил все 'Правила Поведения Благородного Рыцаря': спас двух прекраснейших принцесс, поймал их пленителя и завтра сдам его властям.

Я посмотрела на Рэтти и поймала насмешливый взгляд ее алых глаз. Ничего, мы еще возьмем свое, уважаемый герцог, и вы нам не посмеете помешать в спасении мира от страшной напасти. Мы не слушали его витиеватой речи: и так знали, что Магаре хвастается всем своей исключительностью и выставляет героизм на показ. Только братик его и подельник Капра, не весел, завидует малолетний, что не ему досталась слава, полученная в этом подвиге. Ну и ладно, меньше позора потом на его душу выпадет.

Никто из наших друзей не оборачивался в нашу сторону, играли отлично, не выдавали себя. Главное, не прослушать, где запрет их словоохотливый герцог.

– Во-первых, - начал он, - я отправил подковерную ящерицу в Централь, и завтра к нам на Гора прилетит их штатный экзекутор, чтобы казнить паршивого Сорро и удостоить меня самой большой во всем Инселерде награды.

Ага, как же, убьют они моего разбойника. Размахнутся, а потом еще раз убьют. Только ничего у них не получится. Мы с Рэтти не зря придумывали наш коварный план. Сунна и Кани начали кричать во все горло, что они не виноваты в похищении принцесс, и что их следует помиловать.

– Во-вторых, - продолжил герцог, - подельников Сорро сделаем презренными рабами. До казни их предводителя они просидят в тюрьме, а потом будут работать на мою мать, меня, и моего брата не покладая рук.

Девушка-централка попыталась встать, но у нее не получилось.

Капра ехидно рассмеялся и подошел к ней.

– А ты симпатичная, - ухмыляясь, он взял Кани за подбородок, - не хочешь быть моей наложницей?

– Пожалуй!
– да, она искала способ освободиться, молодец.

Кани стала нашей спутницей совсем недавно, но уже прекрасно понимала, что нужно всем нам. Еще один сообщник - замечательно.

Сунна бросил в ее сторону предательский взгляд, но освободиться не пытался. Этого молодого человека практически невозможно было поймать и удержать связанным. Укради он, например, доспех стоящего неподалеку герцога, и надень его на себя силой мысли, коя у Сунна была развита замечательно, веревки бы порвались сразу. Однако парень медлил. Ему хотелось остаться пленником.

А тем временем Капра уже вовсю лапал освобожденную Кани, бросающую нам дружеский взгляд.

– Что же, бери свою новую игрушку, сынок, - дала добро Катрин.
– Только не смей жениться на этой простолюдинке. Свою жену ты найдешь во время подвига, как и твой старший брат.