Страна игроков
Шрифт:
А рядом с ним, перед жидким частоколом из микрофонов, сидела будущий начальник управления общественных связей компании "Русская нефть" Анна Игнатьева. Тогда у нее еще был наивный взгляд и очень открытая улыбка. Когда Виктор с ней общался, он уже такого простодушного выражения лица не наблюдал.
В тексте не разъяснялось, какую роль играет Анна Игнатьева при молодом заместителе министра экономики. Но, скорее всего, она являлась или его помощником, или пресс-секретарем. И по фотографии было видно, что ей доставляет громадное удовольствие вести эту пресс-конференцию под прицелом теле- и фотокамер.
В первый момент Виктор даже растерялся
Во-первых, было очевидно, что между Игнатьевой и Шелестом существуют давние и, возможно, особые отношения, которые тянутся с тех пор, когда вице-премьер был еще заместителем министра экономики, а может, и до того. Во-вторых, ее появление в "Русской нефти" свидетельствует об особых отношениях с этой компанией самого Владимира Шелеста. Ведь своих людей куда попало не пристраивают.
Впрочем, не исключен и еще один вариант: уже перешедший из Министерства экономики на должность вице-премьера Владимир Шелест просто избавился от своей надоевшей любовницы, пристроив ее на приличное, хлебное место. Но с такой же вероятностью можно и предполагать, что Анну Игнатьеву как особо доверенное лицо специально послали в "Русскую нефть" контролировать все, что там происходит. В таком случае она не могла не знать, кто реально руководил компанией, какие враги были у Лукина и Медведева и почему сбежал Дзгоев.
Виктор подумал, каким же идиотом он выглядел в глазах Игнатьевой, когда рассказывал ей о визите в прокуратуру и о своих подозрениях, что за компанией "Русская нефть" стоят очень влиятельные и опасные люди. Она наверняка знала гораздо больше, но притворялась простушкой.
И уже совсем неловко стало Реброву после того, как он выдрал из подшивки газетную страницу с фотографией. Застыдился он вовсе не потому, что считал такое обращение с библиотечными фондами предосудительным. Просто собирание собственного дешевого журналистского архива показалось ему детской и совершенно никчемной забавой. Особенно по сравнению с делами реальных хозяев компании "Русская нефть".
3
Хотя весь коллектив Института рынка трое суток непрерывно рассылал по факсам приглашения на свою первую пресс-конференцию, накануне Ребров сам обзвонил редакции всех крупных газет. Понятно, что это была чистой воды рефлексия.
Факт получения приглашения в редакциях, как правило, подтверждали, однако на просьбу Виктора назвать фамилию корреспондента газеты, который придет на пресс-конференцию, в лучшем случае раздраженно отвечали, что этот вопрос еще не решен и, вообще, все будет зависеть от того, найдутся ли свободные журналисты. А в худшем - Реброва просто посылали подальше. Впрочем, многие любопытствовали: что представляет собой этот, неизвестно откуда взявшийся, Институт рынка?
– Мы организованы при Союзе молодых российских предпринимателей, энергично объяснял Ребров.
– Вы что, не слышали о таком? Странно... Все равно приходите. Не пожалеете...
Тем не менее все эти жалкие интриги оказались не очень эффективными. На первую пресс-конференцию Института рынка собралось всего с десяток человек, и только трое-четверо из них представляли более или менее заметные издания.
Алексей Большаков, по совместительству генеральный директор института, решил сам провести встречу с журналистами. Причем он всячески затягивал начало
В президиуме расположились Большаков, неудавшийся брокер Кузьмянков и выделявшийся безупречным черным костюмом экс-банкир Ивакин. Ребров же и остальные эксперты-рыночники присоединились к журналистам.
Было интересно наблюдать, как преображается на публике Алексей. Он подождал, пока все расселись и угомонились, что-то тихо сказал сидевшим рядом Кузьмянкову и Ивакину, словно рефери, спрашивающий, готовы ли обе стороны к битве, а потом широко улыбнулся в зал:
– Добрый день, уважаемые господа! Сегодня мы начинаем важное для всей России дело.
– Своим хорошо поставленным голосом он веско ронял тугие, как мячик, слова.
– Никто не может отрицать того факта, что в нашей стране уже появились здоровые предпринимательские силы, значительную часть которых составляет молодежь. Естественно, эти энергичные, обладающие громадным творческим потенциалом и горячей любовью к Родине люди не могут безучастно наблюдать за происходящими вокруг переменами. Это - их страна, им в ней жить, им ее перестраивать. Именно поэтому Союз молодых российских предпринимателей и решил создать Институт рынка. Он будет осуществлять мониторинг темпов и качества российских экономических реформ и, естественно, предлагать свои коррективы...
О роли молодежи в перестройке и экономических реформах в стране Алексей говорил еще минут десять. Виктор про себя отметил, что, за исключением небольших переборов типа "горячей предпринимательской любви к Родине", самозваный предводитель молодых буржуев очень точно расставлял акценты, как всегда был убедителен и приятен.
После окончания вступительной речи вопросов к генеральному директору Института рынка было немного. Правда, попытался показать зубы один худощавый, белобрысый и от этого похожий на мальчишку журналист в затасканном свитере.
– Вы серьезно считаете, что ваш институт кому-то нужен?
– с ухмылкой, вальяжно развалившись на стуле, спросил он.
– Да, мы уверены, что наша информация будет интересна как широкой общественности, так и правительству.
– По-моему, вы переоцениваете и себя, и особенно наше правительство, защищающее интересы кого угодно, но только не предпринимателей, - хмыкнул белобрысый.
– Конечно, мы не претендуем на какую-то особую роль. Вера в собственную исключительность свойственна разве что подросткам, - мягко осадил его Большаков.
– Но наши оценки темпов и путей экономических реформ, которые, надеюсь, получат отражение и в ваших статьях, увеличат критическую массу общественного недовольства медлительностью, непоследовательностью властей, повлияют на характер преобразований в нашей стране.
Потом Большаков представил сидевших рядом с ним сотрудников института, и началась основная, информационная часть пресс-конференции. Вести ее было доверено Кузьмянкову. Неудавшийся брокер явно волновался, однако довольно сносно пересказал экономическую страшилку, подготовленную за последние два дня с помощью мозговой атаки всех экспертов-рыночников.
Прогноз о скором крахе российской экономики впоследствии положили в основу своих публикаций многие из присутствовавших на пресс-конференции журналистов. Кое-кто даже не поленился процитировать слова Большакова о роли молодых российских предпринимателей, денно и нощно страдающих от неуемной любви к Родине.