Сто полей

Латынина Юлия Леонидовна

Арфарра закрыл глаза и представил себе: варварка Айлиль шепчется с министром, а тот целует ей руки,

и волосы, и дальше, и говорит: «Что мне за радость, если этот палач подпишет все сразу. Я хочу, чтоб его пытали.» Арфарра с трудом усмехнулся и сказал:

– Это не обвинение. Это вексель, по которому Даттам вам будет платить проценты, а всего долга с него не потребуют.

Секретарь промолчал, только взял пилочку для ногтей и начал их с тщанием подравнивать.

В тот же день Арфарра подписал все обвинения.

В день Ипун

первой половины десятого месяца в час воды, на столичной площади правосудия, государственный преступник Арфарра был бит батогами, клеймен и отправлен в исправительные поселения на дальний юг.

Крючкотворам, однако, не удалось обмануть простого народа. Многие в собравшейся толпе плакали и рассыпали жареное зерно. В столичных харчевнях бранили первого министра, и одна молочница видела перед его дворцом девятихвостого барсука.

А в Варнарайне имя аравана Арфарры стало столь же чтимым, как имя справедливого разбойника Бажара.