Сто баксов на похороны
Шрифт:
– Слушай, Кривой, – угрожающе проговорил мордатый парень. – Щербак недоволен. Ведь твои парни к Орловой приезжали. Одного мы уже предупредили. – Он усмехнулся. – И других сегодня подлечат. Я к чему это – не впрягайся. А то…
– Зря ты, Харя, в это влез, – перебил его Кривой. – Здесь мужики серьезные замешаны. С Щербаком они договорятся. А вот с тебя Хриплый по полному получит. Он сейчас Бурана шарит. Найдет, а потом и тебя прижмет.
– Да в гробу я твоего Хриплого видал! – усмехнулся мордатый. –
– Смотри, – предостерег Кривой, – дело твое. Но поторопился ты, Харя, не на ту карту поставил. Пожалеешь.
– Да хорош тебе жути гнать! – отмахнулся Харя. – Щербак на хрену всех видал. А твоих шакаликов я знаешь где видел? Пусть они…
– Ты особо не пузырись, – перебил Кривой. – Не знаешь, на кого наехать пытаешься. Знал бы – сопли враз утер бы. Так что не выпендривайся. И мой тебе совет: слинял бы ты куда-нибудь наскоряк и подальше, иначе будешь маять крупные неприятности.
– Если кто и будет их маять, – возразил Харя, – так ты. Ведь твои бойцы наехали на Орлову. Щербак ее знаешь почему прикрывает?
– Ты чего с ним базаришь? – зло спросила вошедшая Кролик. – Харя Хриплого подставил под молотки. А ты с ним тут тары-бары разводишь.
– Ты-то умри, шкура! – усмехнулся, даже не повернувшись в ее сторону, Харя.
Кролик, прыгнув, выбросила в ударе правую ногу. Харя, отклонившись чуть влево, ударил ее кулаком в грудь. Ахнув, она упала и ударилась головой об пол.
– Распустил ты эту шкуру, – упрекнул Кривого Харя.
Тот вскочил.
– Сядь! – бросил здоровяк.
– Ты, сучара, – раздался насмешливо-угрожающий голос, – вот и встретились.
Харя обернулся и увидел остановившегося в дверях Корня. Харя встал в стойку.
– Каратек, – ухмыльнулся появившийся из-за спины Корня Цыганок.
Харя выхватил пружинный нож. Сухо щелкнув, блеснуло тонкое лезвие. В руках парней появились пистолеты. Ствол «ТТ» Корня был удлинен глушителем. Сухо щелкнул выстрел. Харя, вскрикнув, рухнул на пол. Цыганок в прыжке сильно пнул его ногой в лицо. С коротким визгом к Харе подскочила разъяренная Кролик.
– Сука! – выкрикнув, с разбега ударила Харю ногой в живот, потом каблуком между ног.
– Хорош, – подскочил к ней Кривой. – Мне жмур на хрен не упал. Тормози! – Обхватив разъяренную женщину за талию, оттащил ее.
– Убью гада! – пытаясь вырваться, визжала она.
– Хорош! – заорал Кривой.
Цыганок, усмехнувшись, присел возле окровавленного Хари и похлопал его по щекам ладонью. Тот, замычав, открыл затуманенные болью глаза.
– Кто ваш барин?
– Щербак, – ответил за него Кривой.
– Распишитесь, – кивнул следователь. – Вы освобождаетесь…
– Слава Богу, – вымученно улыбнулся Свиридов.
– Благодари не Бога, – заметил следователь, – а людей, которые дали показания. Оказывается, есть еще люди, – удивленно
– Не знаю, – тяжело вздохнул Олег. – Я сам об этом постоянно думаю и ничего понять не могу.
– Распишись. – Следователь протянул ему казенный бланк. – Подписка о невыезде. Все-таки тебя будут судить, потому как пусть и не ты совершил аварию, но ты был пьян.
– Он сказал, – сердито говорила Александра, – что приезжали парни из Мичуринска по поводу какой-то девушки. Чего мне врать-то? – Она пожала плечами. – Юрка именно так и сказал. И соседу он, кажется, то же самое говорил.
– Не из-за девки, – вмешался сидевший у окна Роман. – Что-то насчет аварии. Вон Хлебанов слышал, как они на Юрку наезжали. Мол, не говори, что ты чего-то видел. Ну, в таком роде.
– Где живет этот сосед? – спросил его плотный мужчина в джинсах.
– Я знаю, – кивнул стоявший у двери старший лейтенант милиции. – Хлебанов дважды судим. Недавно вышел. Так вроде безобидный, но все равно нет-нет, а навещаю.
– Распишитесь. – Штатский подвинул исписанный лист Александре.
– А вы, если можно, – взглянул он на Романа, – пройдемте к этому Хлебанову. Напомните ему, ну, не так чтобы слово в слово, а…
– Понял, – кивнул Роман, поднимаясь.
– Тебе-то чего надо? – рассердилась Александра. – Им нужно, пусть и узнают. Вечно ты не в свои сани садишься.
– Заткнись! – огрызнулся Роман.
– А ты мне рот не затыкай! – вспылила Александра. – Живешь на моем, а мне же и…
– Перестаньте, – строго сказал милиционер. – Это ваши семейные дела. Не нужно их на люди выносить.
– Ты участковый, – Александра повернулась к нему, – и должен знать, кто и как живет. А то он придет домой выпивши и подвесит мне…
– Стоило бы, – буркнул Роман, – а то совсем…
– Видите! – торжествующе проговорила она. – Я прошу вас…
– Да прекратите вы! – не выдержал оперативник. – Ну и баба у тебя, – неожиданно сочувственно сказал он Роману.
– Да что же это делается! – подбоченясь, вызывающе громко заговорила Александра. – Милиционер, и тот…
– Да хватит тебе, Александра Андреевна! – повысил голос участковый. – Что ты на мужа наезжаешь? Ну давай я его сейчас заберу. И что? Легче, что ли, станет? Таким мужем, как твой, гордиться надо. Ведь на все руки мастер. Ты вон ездила в Крым, а он один все по хозяйству делал. И дочь навещал. Стыдно, Александра.