Стиратель границ. Том 2
Шрифт:
— Конральд! — крикнул я, но наемник не ответил. Я обернулся и увидел, что он лежит на главаре, не шевелясь, тогда как тот извивается ужом, пытаясь выбраться из-под тела. — На помощь!
Пара человек поспешила ко мне. Главаря скрутили окончательно, Конральда привели в чувство и отвели в дом Арина, который на некоторое время стал местной больницей. Сам пивовар вышел из дома, поразив меня своей болезненной бледностью.
— Ты давно не бегал, — попробовал пошутить я, глядя, как местные пытаются потушить занимающуюся таверну.
— Давно
Пошатываясь, а после опираясь на забор, он выбрался на улицу, оставив меня в одиночестве.
Глава 20
Мир, который не изменился
Я чувствовал, что силы покидают и меня тоже, но пока Конральда не обеспечили должной помощью, пока не перевели всех раненых в дом Арина — единственное большое по площади место, способное вместить всех, я не успокоился.
Народу было очень много. К нам на подмогу примчалось не меньше тридцати человек из Валема и почти половина солдат из форта. Когда схватка уже завершилась, на улицах показались люди из Бережка.
Если бы не их искреннее сочувствие тому, что на схватку они опоздали, я бы подумал, что Кирот бережет людей, не бросая их в битвы, какого бы масштаба они ни были. Но, тем не менее, они тоже остались помочь.
Люди поделились на группы. Кто-то носил раненых, кто-то тушил таверну, кто-то складывал тела в два ряда — наши и не наши. Не наших было больше. Много больше, но будь в кучке «наших» хотя бы одно тело — мне бы уже было не по себе. А сейчас их там лежало семь.
Причем четверых расстреляли прямо на таверне, а во время вылазки пострадало лишь три человека. Слабым утешением был подсчет вражеских сил — сорок восемь человек, которые под покровом темноты напали на нас единой массой не смогли нанести существенного урона.
— Как ты, братишка? — спросила Фелида, подойдя ко мне, пока я осматривал таверну после потушенного пожара. — Отшельник все еще не пришел в себя. Ты еще собирается с ним разговаривать?
— Я хочу поговорить с ним втроем, чтобы ты тоже была рядом, — эта ясная мысль посетила меня внезапно. — Что бы он ни говорил, это будет полезно знать не только мне.
Если бы она начала сопротивляться, я бы воспринял это с подозрением. Но сестра лишь кивнула, подтверждая собственную готовность ко всем нашим дальнейшим действиям.
— Таверну жалко, — кивнул я в сторону обугленной крыши, которая местами провалилась.
— Арин уже сказал, что все это можно восстановить. Но думаю, он насядет на тебя в плане ресурсов.
— Нам надо немало вложить в эти места, — ответил я. — Обнести частоколом деревню. Поставить вышки. Выкопать рвы. Возможно, выдвинуться севернее…
— Ты слишком далеко заглядываешь, Бавлер, — посерьезнела сестра. — Может, я сделаюсь
— Если только ты разделяешь мое видение этого мира, — попробовал улыбнуться я, но улыбка не получилась, только ухмылка на грязном лице.
— А что с миром? Он не изменился. Думаешь, когда большая страна была, что-то было иначе?
Я оживился, и это не укрылось от глаз сестры. Она, напротив, смягчилась. Мимо нас промчался патруль из трех бойцов, которые рапортовали:
— Идем на периметр! — и бодро утопали на север деревни.
— Расскажи, — я проследил за стражниками одними лишь глазами, а потом снова уставился на Фелиду. — Что было раньше? Как было раньше?
— Раньше, — она позволила себе слабую улыбку. — Кратко — была огромная страна. И в мире были еще десятки меньшего размера, сотни — небольших и крохотных. Кто-то воевало больше, кто-то меньше. Мир вообще за две сотни лет находился в состоянии всеобщего мира… — она задумалась, — не больше пары недель.
— Две недели против двухсот лет… — протянул я. — Да, мир действительно не изменился.
— А в остальном, — продолжила Фелида. — Разве что дома были выше. Дороги шире. Но не всегда ровнее.
— Ну да, — подхватил я. — Технологии же. Технологии… — повторил я немного растерянно. — Где есть книги, в которых можно почитать про это все? В Монастыре?
— Нет, там такого точно нет, — она даже рассмеялась. — Все осталось у нас дома, в Северном Союзе. Но могли родители пару книг или журналов оставить на память.
— Напомни, — спросил я после непродолжительной паузы, — что мешает нам вернуться домой помимо Пакшена и Улерина на пути? Ведь Северный Союз технологичен, а это решило бы множество проблем для Рассвета.
— Союз больше не открывает двери для входа, — проговорила она. — Эпидемия, правила, законы… Я ведь говорила уже об этом.
— Значит, северные технологии нам не светят, — помрачнел я. — Ну да ладно. В советники я бы тебя с удовольствием взял. И что бы ты сделала первым делом?
— Закрепилась, — тут же ответила Фелида.
— Как я и делаю, — ответил я. — Но, как видишь, этого мало. Чтобы понимать, в какую сторону двигаться, нам нужен Отшельник. Был Миолин, но он умер. Да и понимание его видения тоже не очень-то актуальное. Надо действовать иначе. Севолап и его каналы, Монастырь. Отшельник.
— А пока ты будешь всем этим заниматься… — начала сестра.
— Люди будут идти ко мне. Рассвет стоит. И переживет эту зиму, как нечего делать. А потом решим, в какую сторону двигаться. Но сейчас у меня есть вопрос про уровни.
— Про что? — удивилась Фелида. — Уровни? Для верхних?
— Я так до конца и не понял, что к чему. Не разобрался, скажем так, полностью.
— Уровни… — она задумалась, причем задумалась крепко. — Ситуация мне самой не совсем понятна. Некоторые из местных их отчаянно не принимают. Но многие кичатся, — тут она пожала плечами. — Я бы предположила… Но лучше у Отшельника спросить.