Стилист
Шрифт:
…семьдесят, семьдесят один, семьдесят два…
В общем, мне повезло, когда меня приметила автор программы о современной моде на одном из недавно созданных телеканалов. С ней даже спать не пришлось, хотя можно было бы — женщина находилась в самом соку. Я делал причёски, мэйк и подбирал одежду для участниц телешоу, превращая их из дурнушек в красоток. Соответственно, росла и моя популярность, и вот моя улыбающаяся, с неизменной трёхдневной щетиной, уже на страницах модных журналов, сначала внутри, а затем и на обложках. Моя работа стала стоит совершенно других денег, нежели я зарабатывал, только перебравшись
А как вишенка на торте — открытие собственной сети салонов красоты «ALEX». На данный момент работали три салона — на Поварской, Ильинке и недалеко от моей квартиры — на Пятницкой.
Так — то я нестандартный стилист. Жопу мужикам не подставляю, читаю книги — и не только беллетристику, смотрю хорошие фильмы, а не про всяких человекопауков и слаев со шварцами. В общем, самосовершенствуюсь. Даже брал в течение года уроки игры на гитаре у самого Сергея Калугина из группы «Оргия праведников»[1]. Хорошая, кстати, группа, без дураков.
Кто — то скажет, что работа стилиста — это сплошной праздник, и будет категорически неправ. Нет, безусловно, если бы я не любил эту профессию — выбрал бы себе какое — нибудь другое занятие. Вагоны бы разгружал, например. Ха — ха, три смайлика вам в ленту!
Если серьёзно, то работа и впрямь частенько далеко не сахар. Ты таскаешь тяжеленные пакеты, бегаешь по городу в поисках нужных вещей, а на съёмках ползаешь на коленях, чтобы завязать шнурки на чьей — то обуви. Бывает, работаешь с неприятными клиентами, которые сами не знают, чего хотят, считают твой гонорар слишком высоким и уверены, что понимают в стайлинге лучше тебя. А когда начинал, случалось, что за участие в каких — то проектах платили сущие гроши, а порой и вовсе «забывали» оплатить твою работу.
Но всё же я люблю свою работу, она мне доставляет кайф, приносит не только моральное, но и материальное удовлетворение. Плюс популярность у девиц самого разного возраста. Обладатели писюнов к тому времени поняли, что на мою задницу у них нет ни малейшего шанса. Тем более что многим врезалась в память история с одной из звёздных вечеринок, где перебравший ликёра престарелый селебрити полез ко мне целоваться, и тут же схлопотал короткий апперкот в солнечное сплетение, после которого любитель мальчиков блеванул прямо под ноги нестареющей певице и сопровождавшему её мужу по прозвищу Шрек.
Сколотив небольшой капитал, я на могиле моих родителей установил приличный памятник. За могилкой, пряча в карман 5—тысячную купюру, пообещал присматривать местный сторож. Я его обнадёжил, что буду приезжать минимум раз в полгода, проверять, как он несёт свою службу, и поддерживать его бюджет отчислениями из своего бюджета.
К 33 годам обзавестись семьёй я не успел, возможно, не без основания считая, что можно ещё год — другой погулять. Я и гулял, ни в чём себе не отказывая. С полгода назад, кстати, познакомился с одной клиенткой, она назвалась Марией, и по телефону умоляла сделать
По ходу дела я выяснил, что последние пару лет её внешностью занималась тоже довольно известная в столице стилист, до тех пор, пока как — то не решила поэкспериментировать. Эксперимент не удался, Машу в новом образе чуть ли не осмеяли, и с тех пор она стала уже моей клиенткой.
Где — то месяца через два наше знакомство переросло в более тесную фазу. Правда, к тому моменту я уже знал, что она замужем за каким — то там банкиром, но это меня мало волновало. И как оказалось, напрасно.
…девяносто девять, сто, сто один…
Ах да, я же ещё не объяснил, что это я тут между делом считаю, лёжа с утра в джакузи. А что, имею право на любую сантехнику, не на ворованные гуляю. А считаю я секунды, во всяком случае, мысленно стараюсь попадать в счёт. Хочу установить новый рекорд по нахождению без дыхания под водой. Прежний равнялся минуте сорока семи секундам, и сейчас я уже приближался к этой отметке, хотя лёгкие начинало понемногу жечь, и все пузырьки из остатков кислорода давно поднялись к поверхности воды. Ну ничего, надеюсь, дотерплю. Такое вот у меня своеобразное хобби, наедине с собой. Слышал, что даже соревнования по этой дисциплине проводятся, но мне это ни к чему, я тут сам себя испытываю.
Есть! Есть минута сорок семь! Ну, Лёха, поднажми, давай уж дотянем хотя бы до двух минут, и то, не исключено, я начинаю частить, а глянешь на секундомер в лежащем у джакузи телефоне — недобрал.
Всё, две минуты, пожалуй, есть. Я открыл под водой глаза, собираясь выныривать, и сквозь толщу воды увидел чей — то силуэт. Оп — па! Это ещё кого к нам принесло? Причём без приглашения, я — то прекрасно помнил, что закрывал входную дверь изнутри.
Чёрт с ним, всё равно уже выныриваю.
— А я уж думал, ты там всё, в ящик сыграл. Лежит и не всплывает.
Сидевшему на табурете итальянской фирмы «PEZZO» было на вид около пятидесяти. Это был крепкого вида мужик с намечавшимся брюшком, коротко, чуть ли не наголо стриженый, со складками в уголках тонких губ, придающих их обладателю, несмотря на насмешливый тон, угрожающий вид.
Костюм однозначно от «HUGO BOSS», банальщина, на автомате отметил я про себя.
И кстати, этот тип здесь не один, рядом вон ещё один стоит, тот даже поздоровее этого выглядит.
— Здравствуйте! — говорю я как можно спокойнее. — Вы кто?
— Толя, ты слышал? — оборачивается он к своему напарнику. — Тут вопрос прозвучал: кто мы? Даже не знаю, что и ответить, то ли представиться председателем правления «Промстройбанка» Игорем Николаевичем Кистенёвым, то ли рогоносцем Игорьком. Или как она меня наедине с тобой называла?
Вот тут пазл встал на своё место. И мне, честно говоря, реально поплохело. Так вот ты какой, северный олень! Причём с кустистыми рогами, так как с твоей супружницей мы были близки не раз и не два. И не три, если кому — то интересно, а целых пять. Это сама Маша на нашей последней встрече сказала, мол, сегодня у нас небольшой юбилей, пятое свидание, а посему трах будет необычный. М — да, что она вытворяла…