Стихотворения

Червинская Лидия Давыдовна

* * *

Жизнь не похожа на мечты, Жизнь не похожа на желанное – Всегда на грани пустоты, От слез и от дождей туманная… Она похожа иногда, В послелюбовные года, На обещание, ей данное.

* * *

Осень – не осень. Весна – не весна. Попросту полдень зимой… Как Вы проснулись от позднего сна, Друг непрощающий мой? Трезвая совесть. И нет сожаленья. Вам

не понять моего удивленья. Мне беззаконность дается недаром. В жизни моей, ни на что не похожей, Только свобода и боль. Можно гулять по прозрачным бульварам, Где покупает газету прохожий (В Англии умер король). Можно, конечно, вернуться домой… Друг непростительный мой.

* * *

Мне нечем с тобой поделиться, Мой очень задумчивый друг. Боюсь, что в глазах отразится Обидно-холодный испуг. Доверчиво новую повесть Хотелось тебе рассказать… Твою огорченную совесть Мне нечем утешить опять. Люблю, как любили когда-то, И только в любви виновата, И только любовью права… …Светает – сижу угловато, И слушаю Ваши слова.

* * *

В ясности – очень неточной, В нежности – очень порочной, Тоже спасения нет. Дверь отворяют в молочной, Поздний, январский рассвет. В радости, странно-бессрочной, Я не читаю газет, Днем никогда не гуляю, Писем давно не пишу. Зла никому не желаю, И ни о чем не прошу. Выдумав горе такое, Трудно справляюсь с тоскою, Трудно умею любить… Память, как мост над рекою. Сердце мое городское Хочет по-своему жить.

* * *

Признаю, по-старому – и снова (Только Вы не слышите сейчас): Я люблю другое и другого, Оттого что сердце любит Вас. Я люблю старинные флаконы, Кактусы, камины и ковры, Строгой математики законы И законы карточной игры. В ресторанах – темные гитары, В праздники – нарядные бульвары. И еще: железные дороги, Рельсы, убегающие в даль… Все наследство счастья и тревоги, То, чего не стыдно и не жаль.

* * *

Оттого, что было много До утра не доживавших роз, Оттого, что в городе тревога, От сочувствия июльских гроз – Будет память – и не будет слез. Оттого, что солнца не дождавшись, Пожелтели листья под дождем, Оттого, что мы, не попрощавшись, До зимы в разлуке проживем – Будет стыдно – и светло потом. Оттого, что было ожиданье Не бездумным в сумеречный час- Будет ложь и правда о страданье, Будет наше –

но не будет нас.

* * *

Все помню – без воспоминаний, И в этом счастье пустоты, Март осторожный, грустный, ранний, Меня поддерживаешь ты. Я не люблю. Но отчего же Так бьется сердце, не любя? Читаю тихо, про себя: «Онегин, я тогда моложе, Я лучше, кажется….» Едва ли, Едва ли лучше, до – печали, До – гордости, до – униженья, До – нелюбви к своим слезам… До – пониманья, до – прощенья, До – верности, Онегин, Вам.

* * *

Не стоит уезжать и возвращаться, Не стоит на вокзале целоваться И плакать у вагонного окна. Не стоит… Надоело притворяться: Бессильны деньги, и любовь скучна, Хотя и грустно в этом признаваться. Как малодушно слушаться советов… Жизнь ошибается – судьба всегда права. И от всего кружится голова В тревожности и нежности рассветов.

* * *

Возвращаюсь домой на рассвете, Опустел и потух Монпарнас. В этом городе, в этот же час, Умирают. Рождаются дети. Засыпают подруги и жены. И, грустя, вспоминает влюбленный О цыганах, о ней и о нас… Вот цветы у дверей ресторана – Уронили, не вспомнив потом – Выбирали любовно, вдвоем, Обещали хранить постоянно. Очень странно. Особенно странно То, что в странности прочно живем.

* * *

Георгию Адамовичу

Одно осталось: удивленье – Без унизительных желаний, Без утомительной мечты. Неубедительною тенью Встает рассвет, бесцельно-ранний, Не побеждая темноты. А карту бьет упорно карта… Уйти домой – но как заснуть? Куда уходят ночи марта, Которых сердцем жаль чуть-чуть… (Безропотно и безлюбовно). Свобода… как это условно. Один – и очень узкий – путь.

Из книги «Двенадцать месяцев» (1956)

* * *

День в сумерки, как оттиск бледный с любого дня любой зимы в стране, где вместе жили мы. На горизонте отблеск медный Сухого солнца января, А ближе, над домами, тень. Мерцает поздняя заря… Мир невесомый, чистый, бедный вновь воскресил, сгорая, день… Смягчило время контур строгий, потухли краски с той поры… Но нет стыда, и нет тревоги, Как в прошлом не было игры. Мы не заметили начала, не будем подводить итог… Развязку жизнь нам подсказала, но кто ее предвидеть мог?