Стертый
Шрифт:
— Да.
Мое горло сжал спазм.
— Я не знала… пока не стало слишком поздно… что вы с ним были вместе.
— Ты не должна извиняться.
Она наклонила голову, и на ее лицо упала прядь волос.
— Я уже давным-давно смирилась с тем, что потеряла его. — Она подняла голову и улыбнулась. — По крайней мере, я знаю, что он в хороших руках.
Она сделала шаг ко мне.
— Я не намерена вставать между тобой и Сэмом. Надеюсь, ты это знаешь.
Кивнув, я улыбнулась.
— Спасибо.
Она
— Тогда, наверное, нам стоит закончить, пока Сэм не сошел с ума.
Она рассмеялась, и этот звук расшевелил что-то старое, что-то позабытое.
Перед глазами все поплыло.
— Анна?
Дэни наклонилась, чтобы посмотреть мне в лицо.
— Тебе плохо?
Я моргнула, но не смогла на ней сфокусироваться. По краям все было размыто, а в центре появились белые круги.
— Что с тобой? Мне позвать Сэма?
— Нет, — сказала я чересчур хрипло и тихо.
Это еще одно воспоминание? Почему здесь? Почему сейчас?
— Я приведу Сэма. — Дэни устремилась к двери.
Я попыталась ее остановить, но, споткнувшись, завалилась вперед.
Звук складывания бумаги.
Чей-то голос.
— Ты надолго тут?
Вопрос эхом отозвался в голове. Это был мой голос.
— Только на эту ночь, — ответила Дэни.
Воспоминание захватило меня, и номер в мотеле растворился, запах моющего средства и железа исчезал, сменяясь запахом хвои, цветов и чего-то копченого.
Мы находились в спальне. Думаю, в моей. В моем старом доме. В моей старой жизни.
Я села, скрестив ноги на кровати, и Дэни уселась рядом со мной.
Должно быть, я расстроенно надула губы, потому что она рассмеялась и заправила волосы мне за уши.
— Не грусти, птичка.
— Мне не нравится, когда ты исчезаешь. Папа злится, а мама ничего не говорит и не делает. Мне так скучно.
Дэни окаменела.
— Как папа злится?
— Он много кричит.
— Он… — Ее голос надломился. — Он бьет тебя? Когда ты влезаешь в неприятности? Или когда он кричит?
Я нахмурилась. Я не могла вспомнить, чтобы он когда-либо меня бил, поэтому ответила:
— Нет. Не думаю.
Дэни расслабилась и выдохнула. Обхватила
— Я вернусь за тобой. Клянусь. Ты просто должна быть терпеливой.
— Я не хочу быть терпеливой.
— Осталось недолго. Сэм поможет мне вытащить тебя. Это будет то еще приключение.
Я обрадовалась.
— А Ник пойдет с нами?
Дэни закатила глаза.
— Почему ты всегда хочешь, чтобы этот раздражительный чудак был с нами?
— Не знаю. — Я теребила растянутое под нами одеяло. — Он хорошо ко мне относится. Показал мне, как сделать это. — Я подняла лист бумаги, сложенный в форме птички. — Он сказал, что этому его научила его мама.
Дэни взяла птицу за острый, стрельчатый хвост.
— Да? Что ж, в таком случае, может и стоит взять его с собой. Может, он сложит для нас лодку из бумаги и мы сможем переплыть на ней океан.
Я закатила глаза.
— Это глупо. Она утонет.
Дэни снова рассмеялась и пригладила мои волосы.
— Кто знает. Все возможно, птичка, если ты пожелаешь этого достаточно сильно.
Моя голова покоилась на чем-то твердом. Я открыла глаза, и увидела, что Сэм смотрит на меня сверху вниз. Это на его коленях лежала моя голова.
— Хей, — сказал он.
— Что случилось? — нетвердо проговорила я.
— Ты потеряла сознание.
Он посмотрел на другую сторону комнаты. Я села, чтобы видеть Дэни и остальных. От нехороших подозрений вокруг рта Сэма образовались морщинки.
Я покачала головой, безмолвно говоря ему, что Дэни не причиняла мне вреда.
Кас присел на кровать рядом со мной и положил руку мне на ногу.
— Я предложил сделать тебе искусственное дыхание рот в рот, но Сэм запретил. Понятия не имею почему. Я сказал, что не буду использовать язык.
Я усмехнулась. Сэм нахмурился и убрал руку Каса с моей ноги.
— Уверен, она ценит твое беспокойство, — сказал он, — но она и так отлично дышала.
— Незначительная деталь, — поморщился Кас, пожав плечами.
Я посмотрела на новых парней. Считают ли они теперь меня слабой. Мне бы этого не хотелось. Но двое, распределенные в комнату к Касу и Нику, даже не глядели на меня. Они читали журнал, на обложке которого был гоночный автомобиль с едва одетой женщиной на капоте.