Степ
Шрифт:
– Как их много…
– Привыкайте, – сказал я.
– Я-то привыкну. А вот он…
– Да, для Шефа это будет непривычно. Кажется, он двадцать пять лет сидел дома и не ходил на подобные вечеринки. А они вот взяли и сами пришли.
– Я не о докторе.
Она исчезла в здании, оставив меня одного перед этой ревущей оравой.
– Где робот? Где киборг? Где он? Давайте его сюда!
– Мы имеем право!
– Мы требуем киборга!
Мой запас возможных ответов исчерпался, а Райз так и не появлялся. Потому я пошёл внутрь здания, чтобы его поторопить. Оказалось, он спорил с Клементиной. Точнее,
– Доктор, он ещё никого не видел кроме меня и вас. Это может его шокировать.
Шеф на неё даже не смотрел, и отвечал, как автомат:
– Этого требует моя миссия, и я не собираюсь щадить чувства робота.
Спорить с ним было бесполезно, да Клементина и не особо-то и старалась. Она развернулась и стремительно вышла из комнаты, а Райз заковылял к балкону.
Когда толпа узрела эту фигуру, то моментально затихла. Даже журналисты, повидавшие в жизни многое, в первый момент растерялись. Шеф выдержал время, позволив им осмотреть себя с ног до головы и ощутить священный трепет, после чего судорожным движением вскинул руку ладонью к толпе и закричал голосом, похожим на скрежет железа о стекло:
– Так значит, вам нужен биоробот?
Толпа стала съёживаться. Каждый индивид из первых рядов попытался спрятаться за спину впереди стоящего, а те, кто стоял в первом ряду, в свою очередь пятились назад, или же старались оказаться в тени Айса с Бродом. Этим двоим прятаться было не за кого, так что им пришлось наскрести остатки смелости со всех уголков своих душонок и кивнуть.
– Так вы его получите! – с неожиданной торжественностью воскликнул Шеф. – Я – Дедал Райз, создал первого в мире биоробота, наделённого искусственным интеллектом и искусственным сознанием! Двадцать пять лет я шёл к этому, приближая день, который изменит человечество. И вот он настал!
Шеф сделал театральный жест, но никто не появился. Я заметил, как лицо Райза, до этого напоминавшее маску, стало дёргаться, особенно ноздри и веки. Он стиснул зубы, но сохранял эффектную позу.
– Ну и где этот ваш хвалёный девайс? – осведомился Айс. – Давайте быстрее, а то у нас обеденный перерыв скоро.
– Ничего. Вы пропустите свой перерыв, – заверил его Райз. – Это не просто очередной гаджет, не очередная безделушка, которая помогает вам убивать своё время. Биоробот, созданный мной, поднимет человечество на принципиально новую ступень. Он ознаменует наступление новой эпохи. Я дам людям того, чего они ждут с самого момента зарождения цивилизации!
– Это интересно, – промычал Айс.
– Норт, выводите же! – в нетерпении каркнул шеф, и в следующий момент в дверном проёме показалась Клементина.
Двигалась она медленно, не глядя на толпу, и, казалось, как обычно, погружённая в себя. Но тут я заметил, что она не одна. Вслед за ней показался парень-подросток, которого она осторожно вела за руку. Я никогда его не видел, хотя, судя по всему, достаточно долго жил с ним под одной крышей. Внешне он был удивительно похож на Клементину: такой же бледный, с такими же прямыми волосами тёмно-русого оттенка, только они были короче и немного темнее. Глаза у него были большие и широко раскрытые. Он зачарованно взирал ими на сборище под балконом. Из одежды на нём была туника того же серебристого цвета, что и глаза.
– Вот он! Вот то, что сделает вас счастливыми! – воскликнул Райз, судорожно дёрнув тощей рукой в сторону парня. – Я назвал его Степ, потому что каждый шаг этого молодого человека – гигантский шаг для человечества. Шаг в новую эпоху!
И снова как по команде грянули аплодисменты, будто бы сотни пушек выстрелили разом. Толпа озарилась сотнями вспышек – каждый хотел первым опубликовать фото первого в мире биоробота и тем самым прославиться в своей социальной сети. А Степ стоял и завороженно смотрел на них, будто бы в них было что-то необычное.
– Постойте! Постойте! – завопил Айс. Всё-таки акулам пера положено вырывать сенсацию зубами, а не пассивно жевать то, что им положат в рот. – Доктор, нам очень хочется верить вам, но чем вы сможете доказать, что молодой человек, которого мы видим рядом с вами, действительно является роботом-андроидом, а не актёром-имитатором?
После подобного заявления Райз резко распрямился, дёрнул нижней челюстью, будто бы ускоряя бегающий по его проводам ток, и ответил:
– Что же, это весьма справедливое замечание, господин журналист. Если я сам, восстановивший себя после паралича, не являюсь для вас живым доказательством того, на что я способен, я докажу вам это опытным путём. Для начала назовите любое трёхзначное число, какое вам больше нравится.
Поразмыслив, Айс остановил свой выбор на числе сто одиннадцать.
– Теперь вы, будьте любезны сделать то же самое, – обратился Шеф к Мао.
– Семьсот семьдесят семь.
– Произведение этих чисел, Степ, равно…
– Восемьдесят шесть тысяч двести сорок семь, – выдал парень, едва Райз успел выговорить своё задние.
– Проверяйте, – сказал Райз небрежным тоном.
Айс полез в карман за своим мобильным гаджетом, и, пока он тыкал в его экран толстым влажным пальцем, прошло не менее половины минуты – Степ ответил в разы быстрее.
– Точно! – воскликнул он с круглыми, как блюдца, глазами.
– Теперь вы видите, что это не профанация? Степ считает в уме гораздо быстрее вашего модного аппарата. Разве человек на такое способен? Человеку это и не к чему, потому что за него это сделает калькулятор.
Айс согласно кивнул, и они с Бродом переглянулись: на лице жёлтого журналиста было написано, что он впечатлён, но его красно-коричневый коллега брезгливо сморщился.
– Это ещё не доказывает, что он робот-андроид. Вдруг у него там где-нибудь спрятан какой-нибудь звуковой калькулятор? Пусть сделает что-нибудь, что не может ни человек, ни простая машина.
– Я не оставлю камня на камне от вашего скепсиса, – ответил Райз с убеждением. – Кей, несите-ка сюда снаряд.
Заглянув за дверь, я с немалым удивлением обнаружил, что на полу лежит стальная пружина величиной с откормленного поросёнка. Схватив её двумя руками, я попытался было оторвать её от пола, но не тут-то было! Такая работёнка была под силу лишь десятку хилых парней, а так как я был всего навсего один, мне пришлось волоком вытащить пружину на балкон. Пока я там надрывался, все стояли и терпеливо ждали, не испытывая ни малейшего желания мне помочь.