Стена глаз
Шрифт:
— Что это такое? — поинтересовался следователь.
То, что поменьше, — это дикая земляника, а побольше — зёрна акебии, — ответил врач. Немного подумав, он пришёл к выводу: — Идэ-сан, я думаю, этот человек умер от голода. Следователь от удивления вытаращил глаза.
2
Смерть от голода… Этот вариант был для следователя Идэ полной неожиданностью. Он думал, что Сэнума разбился насмерть, упав с обрыва. Ведь у него действительно на затылке рана глубиной
— Голодная смерть. Сэнсэй, не могли бы вы подробнее объяснить, что это значит? — попросил Идэ врача.
«Ведь обстоятельства смерти от ушиба и смерти от голода бывают совершенно разные. А может быть, дело просто в недостатке компетенции у этого провинциального доктора?» — подумал Идэ.
— Во-первых, в желудке ничего нет. И кишечник тоже пуст. В нижней части кишечника тоже лишь какие-то жалкие остатки пищи. Уже одно это указывает на голодную смерть. А вот и доказательства. — И врач показал помещённые в пробирку дикую землянику и зёрна акебии. — Эти зёрнышки так и не были переварены. Понятно, что человек проглотил их на крайней стадии голода. Возможно, он пытался есть и корни деревьев, и лягушек.
— А сколько может прожить человек без пищи?
— Одни люди — больше двадцати дней, а другие умирают после двух-трёх дней голодовки. Всё зависит от обстоятельств.
— Расскажите, почему умирают так скоро? — спросил следователь.
Вопрос прозвучал как-то наивно, и врач улыбнулся одними глазами.
— Скоро умирают в тех случаях, когда человек получает психическую травму. Скажем, от страха, или от беспокойства, или от растерянности.
— В самом деле! — Следователь представил себе, как адвокат Сэнума в одиночестве блуждал по горам.
— Затем, если, скажем, стоит холодная погода, то смерть от голода наступает быстрее. Так что в нашем случае человек, я полагаю, умер очень быстро. Вот почему я сначала подумал, что он скончался от переохлаждения. Температура тела была слишком низкой. Для него пребывание в бурю высоко в горах в течение целой ночи именно так и должно было закончиться.
В это время подошёл сыщик, который связывался с метеорологической станцией, и сообщил, что в ту ночь, когда пронёсся тайфун, температура воздуха в окрестностях Кисо на высоте свыше тысячи метров была около семи градусов.
— Вот оно что! Когда температура опускается так низко, да к тому же идёт проливной дождь… вот всё так и обернулось, — сказал врач, услышав об этом.
Нельзя было поверить, что у Сэнума ничего с собой не было. Он, конечно, нёс консервы, но всё подчистую съел, а пустые банки выкинул. Выходит, он всё-таки умер от голода.
— Сэнсэй! А с момента смерти прошло около тридцати часов? Так ведь сказал врач, осматривавший труп на месте происшествия.
— Да. Часов тридцать, если считать от времени вчерашнего осмотра трупа, — подтвердил главный врач.
Следователь задумался. Если
— Зачем? Зачем он в одиночестве блуждал по столь глухим местам?.. — Следователь Идэ не мог этого понять.
Тем временем врач, продолжавший исследование, пробормотал:
— Интересно!
Чуткий слух следователя сразу уловил этот шёпот.
— Что такое, сэнсэй?
— Да вот, мочевой пузырь, — показал врач. — Очень мало мочи. Когда человек голодает, он должен много пить. Но, несмотря на это, мочи здесь совсем мало. Да и другие внутренние органы почему-то обезвожены.
— Малое количество мочи имеет отношение к причине смерти? — спросил следователь.
— Нет, прямого отношения к причине смерти это не имеет. Но если мало пить, то смерть от голода наступит скорее.
Почему же адвокат Сэнума почти не пил воды? Ведь в ту ночь выпало четыреста миллиметров осадков и воды было предостаточно.
Тут наконец открыл рот следователь из Фукусима, который до того лишь молча слушал диалог.
— Нет, здесь что-то не так. Он, конечно, хотел пить. Но там, где он находился, одни голые скалы и вся вода стекает вниз. Ей негде собраться. Как раз под тем местом, где его обнаружили, расположено болото. Это только моё предположение, но мне кажется, что Сэнума-сан сорвался с обрыва именно потому, что пытался спуститься к этому болоту. Когда у человека пересохло в горле, ему ведь так хочется напиться вволю! Но, что ни говори, он был утомлён и измучен голодом, поэтому оступился и упал со скалы.
«Закономерное предположение, — подумал следователь Идэ, выслушав эту версию. — Упав, он, видимо, получил сотрясение мозга и не смог больше двинуться с места. И холодный ветер ускорил наступление смерти от голода». Но в целом Идэ сейчас занимали более важные вещи, и он не стал сосредоточиваться на этой мысли.
Куда больше он был поглощён размышлениями о том, зачем надо было адвокату Сэнума забираться в горы.
— А что, Сэнума-сан занимался альпинизмом и часто гулял по горам?
— Нет, к этому занятию он был совершенно равнодушен, — ответил младший брат адвоката.
— Может, в этом районе у него что-то было? Скажем, жил какой-нибудь знакомый или ему просто приходилось бывать здесь раньше?
— Нет, ничего такого не было, — всё так же отрицал брат.
«Странно, — подумал следователь. — Не склонный к альпинизму адвокат Сэнума пять или шесть дней гуляет по горам, с которыми его ничто не связывает. Зачем?»
Следователь Идэ бы ещё молод и любил литературу. Размышляя о загадочной смерти Сэнума, он невольно вспомнил предисловие Хемингуэя к «Снегам Калиманджаро»: