Стеклянная башня
Шрифт:
– Прошу прощения, сэр, но когда подавлен и унижен, обычно обращаешься за помощью и утешением к тому, кто сильнее тебя.
– Для этого что ли и нужен бог? – спросил Краг. – Просить его об одолжении?
– Для того чтобы рассчитывать на его милость.
– И вы думаете, я могу дать вам то, о чем вы просите?
– Только об этом мы и молимся, – нервно отозвался Смотритель и неуверенно взглянул на Крага.
Тот перекатывал по столу информационный кубик, потом включил его, стал просматривать наугад, выхватывая несколько строчек тут, несколько строчек там, кивая, улыбаясь. Потом он выключил
– Мне очень трудно осознать это, – наконец произнес Краг. – Библия.
Церкви. Вся ваша религия… Хоть кому-нибудь за всю человеческую историю приходилось вот так, вдруг, оказываться богом для миллионов людей?
– Вряд ли.
– Тор, я хочу понять, насколько все это серьезно. Ты разговариваешь со мной, как с обычным человеком, на которого ты работаешь, без какого-либо намека на божественность. Ты ни разу не дал мне повода заподозрить, что ты обо мне на самом деле думаешь. Ты всегда относился ко мне очень почтительно, даже, может быть, не без боязни, но… И все это время ты думал, что стоишь бок о бок с богом? – Краг рассмеялся. – Рассматриваешь веснушки на лысине бога? Прыщик на подбородке? Чувствуешь чесночный дух от салата, который я ел за завтраком? Тор, о чем ты при этом думал?
– Сэр, мне обязательно отвечать на этот вопрос?
– Нет-нет. Совершенно необязательно. – Краг снова уставился в отключенный кубик.
Смотритель неподвижно застыл перед ним. У андроида спазматически задергалась мышца на правом бедре. Зачем Краг издевается над ним? Что сейчас происходит на башне? Эвклид Топограф должен появиться только через несколько часов, как там беты справляются одни с монтажом?
– Тор, ты когда-нибудь пробовал эгообмен? – вдруг спросил Краг.
– Прошу прощения, сэр?
– Эгообмен. Стацио-сеть. Обмен разумов на день-другой.
– Нет, – покачал головой Смотритель. – Это развлечение не для андроидов.
– Так я и думал. Ну ладно, сегодня узнаешь, что это такое. – Краг включил селектор. – Леон, закажи мне камеру эгообмена. В любом салона. На двоих. В течение пятнадцати минут.
– Сэр, неужели вы серьезно? – ошеломленно произнес Смотритель. – Вы и я…
– Почему бы и нет? Ты что, боишься махнуться душами с богом? Черт возьми, Тор, без этого никак! Я должен знать все и из первых рук. Кстати, раньше я тоже ни разу не пробовал эгообмен, хочешь – верь, хочешь – нет.
Даже мысль о таком казалась альфе святотатством. Но отказаться он не мог. Противиться Воле Крага? Даже если это может стоит ему жизни, он обязан подчиниться.
Включился натриевый проектор, и в воздухе появилось лицо Сполдинга.
– Я договорился в Нью-Орлеане, – объявил он. – Они согласны принять вас немедленно, без очереди, но необходимо девяносто минут на настройку стациосети.
– Ни в коем случае, мы подключаемся сразу.
– Мистер Краг, так нельзя! – На лице Сполдинга вспыхнул ужас.
– Тем не менее. Скажи им, чтобы они повнимательнее следили за аппаратурой, вот и все.
– Я сомневаюсь, что они согласятся…
– Они знают, кто их клиент?
– Да, сэр.
– Скажи
– Хорошо, сэр, – сказал Сполдинг и исчез.
Бормоча что-то под нос. Краг задумчиво барабанил пальцами по столу, словно забыв про Смотрителя. Альфа неподвижно застыл рядом. Отчаяние переполняло его, мурашки бегали по коже. Автоматически, не отдавая себе в этом отчета, он несколько раз сделал знак «Храни нас Краг». И угораздило ж его самого создать такую идиотскую ситуацию!
– Они согласны, – объявил Сполдинг через несколько минут. – Но только при условии, что вы берете на себя всю ответственность.
– Беру! – рявкнул Краг.
Защелкал телефакс, из него выполз лист бумаги. Краг бегло просмотрел его и размашисто расписался.
– Пошли, – поднимаясь, сказал он Смотрителю. – Нас ждут.
Об эгообмене Смотритель знал сравнительно мало. Это было развлечение только для людей богатых. Влюбленные шли на это, чтобы достичь полного слияния душ, хорошие друзья – ради развлечения, а личности, пресыщенные жизнью, предпочитали эгообмен с людьми незнакомыми, но пребывающими в аналогичном настроении, – короче, ради хоть какого-то разнообразия.
Смотрителю никогда не приходило в голову, что ему самому доведется участвовать в таком сеансе – тем более, с Крагом. Но идти на попятный было поздно. Трансмат перебросил их из Нью-Йорка в Нью-Орлеанский Салон Эгообмена, где их встретили несколько очень нервозно выглядевших альф.
Нервозность их возросла на глазах, когда они увидели, что партнером Крага по эгообмену будет альфа. Даже Крагу было немного не по себе – челюсти его были крепко сжаты, скулы ходили ходуном. Альфы беспокойно суетились вокруг.
– Вы должны понять, насколько это против наших правил, – все время повторял один из них. – Это очень опасно. Малейшая перегрузка, внезапный харизматический всплеск – и ненастроенная сеть может не выдержать.
– Я же сказал, что беру ответственность на себя, – отвечал Краг. – У меня нет времени ждать.
Не переставая сокрушаться, андроиды отвели их в камеру эгообмена. В камере стояли две кушетки. Было тихо до звона в ушах и настолько темно, что при попытке что-нибудь разглядеть перед глазами начинали бегать искры.
Первым на кушетку уложили Крага. Смотритель, ложась, случайно заглянул в глаза альфе-ассистенту и вздрогнул – такой восторженный ужас и замешательство отражались в них. Смотритель еле заметно пожал плечами, давая понять: я знаю о происходящем не больше вас.
На Крага и Смотрителя надели шлемы и подсоединили электроды.
– Когда щелкнет переключатель, – начал объяснять дежурный альфа, – вы сразу почувствуете давление стацио-сети, пытающейся отделить ваше эго от тела. Вам, наверное, покажется, что ваш мозг подвергается нападению. В каком-то смысле так оно и будет. Как бы то ни было, попытайтесь расслабиться, потому что сопротивляться бессмысленно, эгообмен все равно произойдет. Никаких причин для беспокойства не должно быть. Если возникнут какие-либо непредвиденные обстоятельства, мы немедленно отключим стацио-сеть и вернем вас… в исходное состояние.