Стаут

Кейтс Джорджия

Я уже подсчитала в голове.

– Конечно, но тогда ты должна забеременеть очень скоро.

– Иначе мне пришлось бы уже быть беременной. Может шесть или семь недель.

Оливер уставился на меня, морща лоб. Я глотаю, ожидая его ответа. Решается моя судьба. Я не знаю,

что буду делать, если он не будет также взволнован, как я.

– Ты...?

Я едва сдерживаю слезы.

– Я знаю уже неделю, но я не знала, как сказать тебе.

Едва последнее слово слетает с моих губ, как я начинаю рыдать. Как ребенок.

Я прокручивала этот момент в своей голове миллион раз с тех пор, как я сделала тест на беременность, и появились две полоски.

– Почему ты плачешь, Макс?

Я не хочу испортить этот момент, но я должна сказать правду.

– Ты сказал, что не готов в последний раз, когда мы говорили о беременности.

Он прямо сказал мне, что еще не хочет ребенка. Это было, когда Эмерик родился пять месяцев назад. "Мы не готовы для ребенка, Макс. У нас достаточно времени. Не нужно торопиться".

Тошнота. Чувствительная грудь. А потом положительный тест на беременность. Я была шокирована. А потом, не находя слов, пыталась придумать, как сказать Оливеру. Я знаю, что сделала это не одна, но я отвечаю за предохранение. Надеюсь, он не думает, что я подвела его.

– Я не знаю, что случилось. Я не пропустила ни одной таблетки. Ни одной. Мне нужно, чтобы ты это знал. Но я также хочу, чтобы ты знал, я не сожалею о случившемся. Я очень хочу этого ребенка. Я уже люблю его.

Пожалуйста, почувствуй то же самое, Торн.

– Черт,

Макс. У нас будет ребенок.

Оливер встает на колени рядом со мной на кровати. Он берет мое лицо в ладони и крепко целует.

– Я люблю тебя очень сильно, - он кладет руку мне на живот.
– Когда?

– На сайте для беременных показало третье ноября, но я узнаю наверняка, когда схожу к врачу на следующей неделе.

– Я не могу в это поверить, Макс, - он сияет также, как и я.
– Ребенок. Наш ребенок.

Оливер щекочет Эмерика под подбородком.

– Слышишь, малыш? У тебя будет маленький кузен.

Оливер тянется через кровать, задирает мою рубашку и кладет ладонь мне на живот.

– Прямо здесь, Макс, под моей рукой. Уже формируется и растет.

Он совершает круговые движения.

– Тебе было плохо?

– Да.

Последние несколько дней были тяжелыми.

– Хороший знак?

Конечно же он не может не беспокоиться, особенно из-за выкидышей Лоуренс. Не думаю, что тошнота означает, что все в порядке, но это неплохой знак.

– Определенно всё в норме.

– Хорошо.

Он кладет голову мне на живот.

– Теперь позволь мне положить конец твоим страхам. Я хочу этого ребенка. Я уже люблю его или ее. Не волнуйся ни секунды, что я не знаю. Когда я смотрю на тебя, я чувствую это. Ты мое сердце и теперь этот ребенок тоже. Ты и есть мой дом. Навсегда.

Поскольку он мой.

Конец.