Статья Пятая

Симмонс Кристен

– Дрянь, - выплюнул Рэндольф.
– Дрянь реформационной школы.
– Солдаты опять смеялись - смеялись, и хоть это было против всего, во что я верила, я почувствовала стыд. Не могла не почувствовать.

Ухмылка Шона уже не была такой смелой, как раньше. Я изо всех сил цеплялась за него, не зная, куда еще бежать.

– Ты стал невнимательным, Бэнкс, - сказал тощий.
– Директриса хотела, чтобы мы присмотрели за тобой. Но мы думали, ты будешь с той блондинкой, никак не с этой девчушкой.

– А я говорил, с этой, - сказал Рэндольф.
–

Он пялился на нее.

"Пялился на меня, потому что боялся, что раскрою Брок его тайну", - поняла я.

Мне стало ясно, что происходит. Эта ловушка предназначалась Шону, не мне. Его подозревали из-за того, как он изменился, подвергшись моему шантажу.

Он прошептал чуть раньше: "Не беги". Но мой внутренний голос советовал обратное. Я чувствовала, как мои пятки ёрзают в туфлях, готовые метнуться прочь в любую секунду. Но если я побегу, меня почти наверняка застрелят.

Рэндольф рассмеялся.

– Я мог бы помочь тебе с этой проблемой, - сказал он, на дюйм поднимая свое оружие. Он хотел застрелить меня.

Я была на волосок от смерти.

Я не думала ни о маме, ни о том, была ли я хорошим человеком и правильную ли жизнь вела, ни о чем-то еще, о чем следовало бы подумать перед смертью. Перед моим мысленным взором возникло одно лицо, и только на мгновение. Лицо человека, который едва ли мог как-то помочь или утешить меня.

Чейз. Черные лохматые волосы, бронзовый цвет кожи, смягченной легким дождиком. Его темные глаза, взгляд которых пронизывал меня насквозь. И этот рот, уголки которого были чуть вздернуты вверх от любопытства.

– Заткнись, Рэндольф, - рявкнул второй охранник.
– Мы в зоне запрета огня; граница слишком далеко. Кроме того, директриса заранее знала, что мы здесь обнаружим.

Мой рот раскрылся. Казалось, само время остановилось. Я все еще жива? Я почувствовала давление чьих-то рук, которые обернулись вокруг моего тела. Я настолько оцепенела, что едва заметила.

– Скажи Бекки, что мне жаль, - прошептал мне на ухо Шон. Мгновение спустя послышались шарканье и отвратительный хруст - Рэндольф сильно ударил Шона своей дубинкой по затылку. Я почувствовала, как по моему телу прошла вибрация, будто бы это меня ударили, и в ужасе уставилась на землю, где лежал Шон.

"Беги", - кричали мои ноги.

"Побежишь и они тебя пристрелят", - ответил мозг.

У меня не было ни шанса. В следующий момент к моей спине был приставлен пистолет, и мы вернулись в общежитие.

* * *

Я расхаживала по общей комнате несколько часов, пока ожидала решения директрисы. Я подумывала, не позвать ли Ребекку, но решила не подвергать ее опасности.

Мои добрые намерения ничего не дали. Как только кончился комендантский час, я услышала звук шагов по полу коридора. Это было частью плана. Проснувшись, Ребекка должна была сообщить о моей пропаже.

Ее волосы не были уложены, щеки бледны, а под покрасневшими глазами виднелись темные круги. Она плакала. Либо из-за страха за

Шона, либо за меня. Я была тронута этой возможностью истиной дружбы с ней, но в то же время меня разрывало на части от того, как я предала ее.

Она заглянула мне в глаза, и ее лицо изменилось.

– Нет, - проговорила я ей, но слишком поздно.

– Где он, Эмбер?
– дрожащим голосом спросила она, приближаясь к долговязому стражу. Он поднял свою рацию. С быстротой молнии Ребекка выбила ее у него из руки и отпихнула в сторону. Долговязый опустил руку на свою дубинку.

– Где Бэнкс?
– В ее голосе явственно звучало отчаяние.

– Ребекка!
– резко сказала я. Она все погубит. Шон попытался защитить ее - и меня - притворившись, что мы с ним были вместе. Если он признает, что я пыталась сбежать, я буду мертва.

Другие девочки, семнадцати- и шестнадцатилетки, которые жили в нашем коридоре, выходили из своих комнат. Один из охранников заталкивал их обратно, проходя мимо.

Я услышала легкий стук каблуков по деревянному полу и поняла, что прибыла Брок. Она вошла в фойе в своих традиционных юбке и темно-синем свитере. Ее сопровождала низкая полноватая женщина, лицо которой заливал страх.

– Что вы с ним сделали? Шон! Где он?
– выкрикнула Ребекка, не дав директрисе заговорить.

К нам подошел еще один охранник. Теперь их было трое - один возле меня и по одному по каждую руку Брок. Дыхание обжигало мое горло.

– Она сама не знает, что говорит, - попыталась вставить я.

– Помолчите, мисс Миллер, - отрезала Брок.
– Я разберусь с вами через секундочку. Дженеро, позовите кого-нибудь помочь нам.
– Ее голос ни разу не дрогнул.

– Где Шон?
– в последний раз отчеканила Ребекка. Ее плечи тяжело вздымались.

– С ним покончено, - выплюнула Брок.
– Как и с тобой.

– Вы...

– Ребекка, нет!
– выкрикнула я, а она бросилась на старую женщину.

Далее все происходило очень быстро.

С мощью пушечного ядра Ребекка толкнула Брок на пол. Я увидела, как дубинка охранника высоко поднялась и с глухим звуком опустилась на спину моей соседки по комнате. Тошнотворно хрустнули кости, и крик Ребекки неожиданно оборвался.

До сих пор я была в оцепенении, но, когда Ребекку ударили, меня наполнил чистый адреналин. Вспышкой передо мной пронесся образ моей матери. Я увидела, как люди в синей форме тянули ее к фургону. Забирали ее у меня.

Я сощурила глаза и смотрела через узкие щелочки. Со всей силы я бросилась на охранника, который ударил Ребекку. Я пинала его, толкала, била. Я чувствовала, как кожа сминается и рвется от моих ногтей. Все внутри меня действовало согласно инстинктам, будто бы от этого зависела моя жизнь. Я видела расплывчатые картинки, по большей части синие и немного серых, и на меня бросили Ребекку. Кто-то выкрикивал что-то. Какая-то девочка завопила.

Вокруг моей талии обернулись чьи-то стальные руки. Я попыталась вырваться.