Старые долги
Шрифт:
— Сэр? — обратилась к нему Лирз, — У нас нет возможности удостовериться в безопасности переправки выживших на судно. Возможно, речь идет о вирусе или опасной бактерии, которую мои сканеры не смогут выявить. Мы…
— Я не говорил об отправке выживших на борт, — повернулся к ней лейтенант, — Только об организации карантина.
Медик мгновенно поняла к чему ведет Рингер.
Если возвращение сотрудников станций и колонистов с новых планет, может нести в себе угрозу заражения неизвестными заболеваниями, то… Они подлежат ликвидации. Это не официальный документ и не параграф экспедиционных
Между тем, отряд двигался в глубину станции. Чем дальше шли десантники, тем чаще им встречались следы творившегося тут хаоса. Заваренные створки дверей, баррикады из металлических контейнеров, разбитые светильники и засохшие лужи крови на полу и её же брызги на стенах.
— Ну и дерьмо тут творилось, — фыркнул Джей, — Лейтенант… Вам стоит изучить… это.
Повернувшись к Дингерсу, Рингер, не забывая смотреть по сторонам и бросать взгляды на дисплей сканера, выведенный на визор шлема, подошел к десантнику.
— Что у тебя?
— Смотрите… Или я чего-то не понимаю, или тут не вирус поработал. Обычные болезни такое дерьмо не могут создать, — хмыкнул десантник.
Уставившись на то, что показывал Джей, офицер на сразу сообразил что именно видит. Слишком иррациональной было то, что предстало перед его глазами.
Труп мужчины в форме техника. Окровавленной и разорванной на животе. Вот только никто посторонний не убивал его. Он сам это сделал — мышцы пресса были попросту разорваны, а кишки… Они были вывернуты из брюшной полости. Причем, часть кишечника оказалась во рту покойника. Её прижимала к лицу его правая рука.
Можно было бы предположить, что кто-то сотворил с бедолагой всё это, но… Вокруг тела имелась бурая корка высохшей крови. Ни каких следов от неё в стороны не расходилось. Теоретический убийца, кем бы он ни был, не мог исчезнуть, не оставив кровавых отпечатков своих ботинок.
Тело, понятно, как и его внутренности, уже подверглось разложению, из-за чего вся эта картина выглядела особенно омерзительно. Да и мутная жидкость вокруг него выглядела весьма странно.
Проверив показания внешних датчиков бронескафандра, Рингер нахмурился. В коридоре температура была выше, чем возле шлюзовой камеры и составляла двадцать градусов. В то же время, второй странный труп находился в том же состоянии, что и первый. Убитых с помощью плазменного оружия офицер осмотрел и понял — там всё в пределах нормы для подобной ситуации.
— Сэр… — обратился к нему Рейди, — Разрешите обратиться.
— Говори, — кивнул Рингер.
Лейтенанта откровенно нервировало всё происходящее на станции. Люди не сходят с ума сами по себе. У этого всегда есть причина. Наследственность, психологические травмы, наркотики, алкоголь, стрессовые ситуации… Но здесь имело место массовое помешательство, если верить этой Элен Роули.
— Сэр, свяжитесь
— Что? — опешил Рингер, резко развернувшись к капралу.
— Я проверил записи… Мы все слышали её голос, но аппаратура его не записала, — тихо произнёс десантник, — Вы разговаривали… с пустотой.
Вернувшись в рубку, капитан Локарс уселся в кресло и уставился на Норнинга. Командир БЧ-7 вел себя странно. Капитан-лейтенант попросту проигнорировал появления командира экипажа. Как и дежурные других боевых частей судна, сидящие возле своих терминалов.
— Господа офицеры? — обратился к ним Локарс.
Ответом ему была тишина. Находящиеся в рубке люди будто бы и не слышали его.
— Что происходит? — уже возмущенно спросил офицер.
Реакции вновь не последовало.
Покинув капитанское кресло, Локарс подошел к Норнингу, кое-то ненавидел всей душой, поскольку молодого офицера назначили «сверху», а не подобрали согласно требованиям капитана. Уже этот факт порождал в сердце мужчины не просто неприязнь — отвращение от самого факта нахождения в рубке искомого связиста.
— Капитан-лейтенант! — положив ладонь на рукоять офицерского бластера, крикнул Локарс.
В этот момент Норнинг ударил командира экипажа локтем в солнечное сплетение, после чего развернулся и схватил левой рукой за кадык. В глазах капитан-лейтенанта не было ничего человеческого. Они оказались совершенно черными, лишенными намека не белок и радужку. Мертвое, без каких-либо эмоций, лицо больше походило на маску чудовища.
Захрипев, капитан вцепился левой рукой в ладонь Норнинга, а правой смог достать бластер и выстрелить в живот своего противника. Однако, капитан-лейтенант не выпустил его. Вместо этого Локарса подняли на полом, лишив опоры.
— Ты… три… нал… — начал хрипеть капитан корабля.
В следующее мгновение он проснулся в собственной кровати, покрытый ледяным потом. Сердце бешено колотилось в груди. Рука сама выхватила из под подушки бластер, но врага рядом не оказалось.
— Какого? — выдохнул офицер, осматриваясь.
Каюта, на первый взгляд, была пуста. Однако, чутьё Локарса подсказывало — сон был не простым. Его команда что-то затевает против своего капитана. А потому следует быть готовым к неожиданностям.
Проверив записи, оставшиеся в памяти компьютера бронескафандра, Рингер впал в задумчивость. Как оказалось, он действительно вел монолог. Его собеседницы слышно не было.
— Все слышали эту… Элен Роули? — нахмурившись, спросил лейтенант, — Она выходила на общую частоту.
— Слышали все, — кивнул сержант, — Проблема в том, что ни у кого системы не записали её речь.
— Так… Начнем с простого, — подумав, произнёс Рингер, — Проверить работу бронескафандров. Герметичность и подачу воздуха. Надо удостовериться, что мы дышим баллонной дыхательной смесью, а не местном фильтрованной атмосферой. Дальше… Лирз — проведи сканирование этой жидкости, — добавил лейтенант, кивнув на труп, — Я хочу знать что это за дрянь. Кровь засохла гораздо раньше, чем эта дрянь, судя по следам на полу.