Старые долги
Шрифт:
— Айзек, — вздохнула Миина, каким-то образом оказавшись рядом со мной, — Есть новости.
— Снова плохие? — вздохнул я.
— Странные. МИД Федерации прислал пакет документов… Если коротко, то они желают войти в состав Пространства Дракона на правах нового субъекта.
— Что? — покосился я на финансистку.
Алари молча развела руками и фыркнула:
— Я тоже удивилась.
Несколько неожиданный поворот ситуации. Нет, подобного мы ждали, но… Не рановато ли? Ворги ещё не ликвидированы, алкар и эльдар продолжают оказывать сопротивление… Да и в обоих человеческих государствах имеется изрядное количество проблем, которые необходимо решить, чтобы лишь начать диалог о процессе объединения. Однако, вместо этого, Ланчер решил действовать именно сейчас. Почему?
— Сделай лицо проще, — фыркнула Миина, став справа
— Журналисты поднимут вой, — вздохнул я, — Как и владельцы частных каналов… Ты представляешь сколько из-за этого…
— Тебя это так сильно волнует? — фыркнула финансистка, поняв, что я имел в виду.
Мы осознанно позволили сохраниться некоторым неподконтрольным информационным ресурсам, отслеживая деятельность их постоянных подписчиков в социальных сетях и на видео ресурсах. К тому же, давая возможность людям высказать своё недовольство, подчиненные Талтиса могли контролировать ситуации более полно, выявляя случаи покрывательства планетарными подразделениями СБ беспредела на местах, устраиваемого чиновниками. Всё же, полностью доверять отчетам гражданских администраций — глупейшее дело. Разумные из плоти и крови всегда будут не безгрешными, из-за чего риск возникновения самых разных «ситуаций» превышает допустимые границы. А уже вероятность покрывательства со стороны ответственных силовых ведомств по причине сугубо материального интереса… Всё это старо как мир. Коррупция, казнокрадство, круговая порука… Всё это было, есть и будет. Нам же лишь остается создать систему, что способна своевременно выявлять и выкорчевывать из государственного аппарата подобные вещи и тех, кто пытается сделать их нормой в будущей Империи Дракона.
Естественно, надеяться на одну систему электронных приемных мы не собирались, из-за чего и позволили сохраниться неподконтрольным СМИ и каналам в социальных сетях и видео ресурсах. Именно через них удавалось отследить множество назревающих проблем. Причем, не только в государственном аппарате на местах, но и в самом обществе, экономике и даже в промышленности. Однако, подобные вещи имеют и другую, менее полезную и приятную сторону. Журналисты «свободной прессы» очень любят устраивать эфиры с так называемыми аналитика. И далеко не всегда поводом для многочасовых обсуждений становятся действительно важные вещи. Порой речь идет о мелочах, которые раздуваются журналистами до совершенно несуразных размеров.
Конкретно в данной ситуации я подозревал, что ближайшую неделю вся это свора «независимой прессы» будет с серьёзным выражением лица обсуждать вопрос близости меня и Миины, плавно переходя на срок наших отношений и возможные их итоги. Едва ли журналистам может прийти в голову, что алари в число моих даже вероятных любовниц попросту не входит.
Впрочем, это будет не первый случай, когда независимые СМИ портят мне нервы, вызывая острое желание прикрыть их «лавочку». До того они же активно обсуждали вопросы личной заинтересованности в увеличении оборонных заказов, пытаясь доказать моё участие в ВПК страны. Правда, сколько бы они не проводи свои «журналистские расследования» им так и не удалось найти ни прямой, ни косвенной связи между корпорациями, выполняющими военные заказы и фамилией Кларк.
— Это всё? — поинтересовался я у Миины, бросив взгляд на алари, выделяющуюся среди мужчины, стоящих на трибуне, не только гражданской одеждой, полом и совершенно миролюбивой внешностью, но и низким, присущим её расе, ростом.
— Нет. Но остальное позже.
— А почему новости из МИД решила сообщить ты, а не Вилье?
Лоран с недавних пор стал министром иностранных дел и, по совместительству, директором службы дипломатической разведки. Ничего принципиально нового для нашего давнего знакомого в этом не было, благодаря чему он весьма быстро освоился и приступил к работе. Правда, в виду наличия всего двух соседствующих с Пространством Дракона человеческих государств, назвать деятельного нашего МИД и его СДР тяжелой было сложно. С теми же расами Триумвиата никаких дипломатических отношений у нас попросту не было.
Впрочем, оставались независимые малые народы, однако, подавляющая их часть попросту не достигла достаточного уровня технического развития, позволяющего вести с ними полноценный диалог. Уподобляться же федералам, что предпочитали в прежние годы едва ли не истреблять такие расы, никто не собирался.
Те же малые расы, что уже развились до уровня, позволяющего вести с ними нормальный межгосударственный диалог, далеко не всегда горели желанием иметь дело с людьми. Чаще всего причиной служило отсутствие общих границ или амбиции самих этих народов. Мы же, ведя войну с Триумвиатом, а до того готовясь к ней, попросту не могли себе позволить начинать боевые действия даже с небольшими расами, что контролировали от одной, материнской, до нескольких систем.
— Он ещё не вернулся с переговоров с тэргами, — фыркнула Миина.
— Там, надеюсь, без неожиданностей?
— Они сами прислали посла с пакетом документов, — пожала плечами алари, — Лоран предпочел лично отправиться на нейтральную станцию для согласования принципиальных договоренностей. Конкретные документы подписываться пока не будут. Вилье осторожничает.
— Хорошо.
Тэрги были одной из тех рас, что попали под каток древней войны между человечеством и Триумвиатом. Несмотря не то, что они вышли в космос значительно раньше наших народов, их развитие шло куда медленнее просто в силу отсутствия многочисленных воин. Ещё на первых этапах становления расы, они сформировали единое государство. Данный факт привел к полнейшему отсутствию серьёзных вооруженных сил и крайне слабому ВПК. Каждая технологическая эпоха этой расы длилась не столетия, как у людей, а тысячи лет. Не стал исключением и процесс освоения космоса. Выйдя за пределы атмосферы материнской планеты, тэрги продолжили вести всё ту же политику неторопливого развития со всеми её плюсами и минусами. Лишь через девять тысяч лет после того, как ими была построена первая орбитальная станция, сия раса начала экспансию за пределы своей системы. Однако, и тут тэрги следовали своей давней политики и действовали неторопливо и размеренно.
В какой-то степени, подобный подход позволил им избежать участия в многочисленных сражениях, что уже начали устраивать эскадры людей, эльдар, алкар и урук-хай, а потом и дворфов. К тому же, планомерное исследование и развитие космических технологий, на первых порах, дало весомое преимущество тэргам в период первого контакта с «соседями по галактике». Там, где люди и их враги использовали толстую броню, древняя неторопливая раса уже давно делала ставку на защитные поля и легкие, но прочные сплавы, преимущество в скорости и маневренности и мощнейшие ККДО и кибератаки своих ИИ. Однако, деятельные расы, веками ведущие кровопролитную войну, достаточно быстро освоили трофейные технологии, полученных после захвата звездолетов тэргов. После этого миролюбивая раса во всей неприглядной красе узрела «прелести» войны на уничтожение. Из-за этого древнему народу пришлось учиться действовать быстро, создавать собственные ВКС, ПКО и планетарные армии, патрульные службы, дипломатический корпус и ВПК. К несчастью для тэргов, люди и их враги имели в этих вопросах серьёзную форму, из-за чего древняя неторопливая раса едва не оказалась уничтожена.
От гибели наших соседей по космосу спас исключительно приказ тогдашнего Императора, решившего остановить кровопролитие и подписать мирный договор. Увы, но тэрги ограничились пактом о перемирии, а затем ввели политику изоляционизма и принялись создавать собственные вооруженные силу уже с учетом опыта войны как с людьми, так и с Триумвиатом.
Неожиданное появление их посла с предложением о мирном договоре было достаточно странным делом. После семи тысячелетий самоизоляции этот факт мог означать что угодно. От желания тамошних властей отвоевать утраченные в былые века территории, до попытки мирного выхода из добровольной изоляции.
После завершения праздничных, хоть и щедро политых кровью военных и слезами вдов и сирот, мероприятий, мы собрались в моем рабочем кабинете в здании правительства. Однако, вместо обычного совещания, произошел сеанс связи с Лораном.
— Собственно, на этом всё, — закончил свой доклад Вилье.
— На первый взгляд, не так уж плохо, — произнесла Миина, — Для нас это весьма своевременно…
Тэрги предложили не просто мирный договор. Они хотят начала установления дипломатических отношений, соглашений о торговле, транзите гражданских звездолетов и совместном патрулировании границ. Весьма неожиданное предложение после семи тысяч лет изоляции.