Становление

Соколова Стэлла

Лазар кивнул. Эйрин и в самом деле испытывал довольно сильную нелюбовь к чистокровным и, по мнению Лазара, именно это послужило причиной того, что ученик захотел убраться от столицы как можно дальше. Понять его несложно - на протяжении всего того времени, что мальчик провел в Черном Замке, он, в буквальном смысле, подвергался нападениям со стороны аристократов. При чем, ладно бы они его на дуэли вызывали, с этим еще можно было бы как-то смириться. Нет, молодого де Сэя преследовали невесты, их отцы, матери и братья.

Последней каплей стал случай, когда Эйрин, не умеющий слепо

доверять кому бы то ни было, наладил дружеские отношения с одним из сыновей Ааш'э'Сэй. Доверия Эйрина тот добивался достаточно долго, чтобы у де Сэя не возникло подозрений в чистоте помыслов нового друга. А оказалось совсем иначе - в один из вечеров, засидевшись допоздна с Дэмиеном, Эйрин направился в свои покои, где обнаружил младшую сестру приятеля. При чем, девушка была одета в весьма откровенный наряд и томно лежала на постели Эйрина. Как раз в этот момент в спальню ворвался брат девушки, застав "друга" и свою сестру в столь пикантной обстановке.

Естественно, молодой аристократ, из "дружеских" и "искренних" чувств, предложил Эйрину назавтра оповестить Императора о своей помолвке, в противном случае репутация рода де Сэй будет уничтожена. Если бы на месте Эйрина был кто-то другой, столь великолепный план был бы обречен на успех. Эйрин же, окинув полуобнаженную девицу холодным взглядом, посмотрел на ее брата и ответил:

– Женитьба на девице, которая может позволить себе подобное поведение, станет еще большим позором.

На следующий же день Лазар принимал разгневанных родителей "обесчещенной" девушки. Результатом этой встречи стало решение Императора о том, что девица, прежде чем претендовать на титул "принцессы де Сэй" должна будет пройти определенные процедуры, а молодой де Сэй подвергнется допросу, благодаря которому Император предполагал выявить весь "состав преступления". Естественно, родственники девушки отказались, потому что негоже такие подробности на всеобщий суд выносить и скандал "замяли".

Если бы это был первый подобный случай, возможно Лазар и поверил бы. Только вот, таких случаев было несколько - в первый раз Эйрин был вынужден выплатить солидную компенсацию, дабы у девицы был шанс выйти замуж, пусть даже и "обесчещенной". А в один из вечеров Лазар лично наблюдал как "будущая невеста" крадется ночью в сторону покоев Эйрина, кутаясь в полупрозрачные одежды и оглядываясь с опаской на каждый шорох. Правда, девица не ожидала встретить у самой двери Лазара и визгу тогда было столько, что весь Замок проснулся. Да еще и Лазар потом перед Рашной объяснялся - с какой стати он бродит по Замку в компании полуголой аристократки, а Эйрин, неблагодарный ученик, вторил Императрице. Слух о том, что молодой де Сэй выплачивает баснословные компенсации девицам, дал толчок к началу "ночной охоты" на несчастного мальчика. И все же, Лазар полагал, что каждая из девиц, идя на подобное, лелеяла в сердце надежду стать молодой леди де Сэй.

В общем, все время, пока Эйрин находился в Замке, он наблюдал в своем окружении аристократов, в глазах которых явно читалась алчность, на губах играли лицемерные улыбки, а самого Эйрина рассматривали как очень желанный трофей, не более. Один раз Лазар даже предложил Эйрину воспользоваться

случаем - раз уж платишь, так плати за что-то. Естественно, предложил он в шутку, дабы разрядить обстановку, а вот Эйрин тогда пришел в неописуемый гнев.

Таким образом, у мальчика не было основания испытывать хоть какую-то симпатию к аристократам своего племени, о чем и говорил де Мор.

Отогнав воспоминания, Лазар протянул:

– В своей жизни он перенес достаточно много и не потерял себя. Так что, я полагаю, участь Тифара его не постигнет.

Дэмиен покачал головой.

– Знаешь, не подумай, что я тебя пугаю по чем зря, но как бы он не утонул во всей этой грязи...

Император пожал плечами.

– Не думаю, что это вероятно. Так или иначе, за ним будут присматривать.
– Сказав это, Лазар поставил печать на прошении Эйрина, подтвердив тем самым приказ де Мора о том, что сын рода де Сэй направляется в Южную Заставу для несения службы там.

Когда за Дэмиеном закрылась дверь, Лазар устало сжал переносицу.

Если бы он не был уверен в том, что мальчик сможет выдержать любые испытания, вставшие перед ним, прошение он бы никогда не подписал. К тому же, в свете тех событий, которые произошли с учеником за это время, Лазар пришел к выводу, что Эйрин почти скатился к самому краю. Еще немного и гордыня захлестнет его огромной волной и, как раз в этом случае, жизнь Эйрина пойдет по тому же пути, что и жизнь Тифара. Потеряв веру в тех, кто его окружает, мальчик постепенно "уходил в себя", а тут недалеко до того, чтобы возомнить себя "самым-самым", избранным, единственным и неповторимым.

Даже тот факт, что все воины Ардейл проходили обучение в Священной Акадэмии, соответственно, все до единого должны были научиться усмирять свою гордыню, не давал сто процентной гарантии, что когда-нибудь кто-то из прошедших испытания, не споткнется или не свернет с выбранного им пути. Время, не смотря на свой, казалось бы, неспешный бег, стирает все, прошлое медленно, но верно забывается. По сути, само существование в мире живых является своего рода испытанием. И как раз для того, чтобы Эйрин не заблудился, Лазар решил отправить его на Юг. Да, риск того, что в южной части Империи может произойти что-то есть, но... Насколько Лазар помнил, подобные предупреждения Дэмиен делал еще тогда, когда Лазар только принял власть от своего отца. Если уж за столь долгий промежуток времени ничего не произошло, вряд ли стоит ожидать бури сейчас. К тому же, все внимание Дэмиена, на данный момент, сосредоточенно именно на том, что происходит на Юге, так что опасаться нечего.

Насколько Лазар помнил, с того времени, как Тифар покинул Южную Заставу, там произошли определенные изменения - гарнизон, почти полностью, состоял из людей. Именно на них и возлагал Лазар определенную надежду. В отличии от Ааш'э'Сэй люди все еще умели радоваться жизни, возможно потому, что для них она была коротка. К тому же, вряд ли среди воинов Заставы найдется хотя бы один, который захочет связать себя родственными узами с Ааш'э'Сэй, предрассудки укоренились настолько глубоко, что лишь Богам известно, когда они исчезнут и исчезнут ли вообще.