Сталки. Зима

Кузнецов Данил Сергеевич

— …Просьба Ксюни не может быть удовлетворена ни в коем случае. Для походов в лес одного желания мало. Подготовка здесь значит больше, чем какие угодно сверхспособности. Одного лишь подчинения мутов недостаточно; а выносливость, меткость, скорость на что? А если, не дай Первосталк, наши способности внезапно начнут пропадать? Что тогда? Нет, ни за что. Так будет безопаснее для всех. Да и потом: если все девушки начнут напрашиваться в подсталкры, то мы так можем лишиться половины населения! Нет; пусть каждый будет заниматься отведённым ему… или ей… делом. У меня всё.

— А

пример Зелмы для вас ничего не значит? — не сдавался Нурс. — Или и ей вы намерены запретить её вылазки за обломками? Ведь скоро планета станет территорией Федерации, а там уж мы будем обязаны следовать их законам…

— Вот именно — скоро. А пока мы ещё сохраняем этот… как его… суверенитет, и значит, какое-то время всё останется по-старому. А Зелма… ей же не пятнадцать лет, и у неё есть оружие, до которого нашему как до луны пешком. Нет, Нурс, это совсем другое.

Круз умолк, но дискуссию никто не продолжил.

— Все, кто хотел, высказались? — нарушил наступившее было молчание велк Райга, секретарь Совета. — Можем переходить к голосованию?

Ответом ему был утвердительный гул за столом для заседаний.

Ксюня затаила дыхание. Сейчас решится, будет ли она вместе с Ласом ходить в лес или нет.

— Итак, голосуют все, кроме Ксюни. Кто за то, чтобы разрешить сталочкам совершать походы в лес наравне с подсталкрами и сталкерами?

Лас и Плющ сразу вскинули правую руку вверх, подтверждая своё согласие. За столом велков сначала повисло напряжённое ожидание, а затем поднялась рука улыбающегося Нурса.

— Кто против?

Первым за это проголосовал Круз. Остальные члены Совета казались замороженными на своих местах; лишь спустя десяток секунд поднял руку велк Чмур, заведующий сельским хозяйством деревни.

И всё.

— Другие, я так понял, воздержались? — осведомился Райга, записывая результаты на кусок брешти, коры местного дерева под названием брезь: всё-таки прогресс в Сталочной шёл очень медленно. — А вы, Зелма, тоже?

— Да, — кивнула разведчица. — Участие в управлении делами Сталочной не входит в мои обязанности.

— Значит, предложение считается принятым с перевесом в один голос, но с правом дальнейшего пересмотра: всё же среди велков не было чёткого согласия, а больше как бы отказ…

Райга ещё что-то там бормотал, покрывая текстом кусок коры, но это было уже неважно.

— Они разрешили, — прошептала Ксюня, обнимая Ласа, в то время как они вдвоём самыми первыми выходили из дома Совета. — Они разрешили…

— Мы разрешили, — поправил её Лас. — Не забывай, что из них за нас был один лишь Нурс… Но, как бы то ни было, это свершилось. И ты с этого дня должна соответствовать своему новому положению. Ну-ка, вместе со мной — быстро на занятия!

…Вслед за ними наружу вышел Плющ — но следом не направился, сразу повернув в сторону. Ему сегодня предстояло ещё кое-что сделать.

А потом вышла Зелма. Сделала несколько шагов, остановилась, подняла голову, нашла на ясном в кои-то веки небе еле заметную днём луну и подумала: "Что же ты прячешь в себе, спутник Сталкерры?.."

* * *

…Омеля

Плющ нашёл быстро.

Подросток в тёплой шапке, меховой накидке и великоватых ему зимних сапогах сидел на берегу Сталки и время от времени кидал в воду камешки, рассыпанные природой вдоль реки. В связи с заседанием Совета велк Ыйим, ответственный за образование, на сегодня отменил занятия, так что у Омеля было полно свободного времени.

Плющ приблизился к пацану, ставшему свидетелем того, что он видеть был не должен. Постоял немного, собираясь с мыслями, а затем сказал:

— Э-э… Привет.

Омель обернулся, узнал Плюща, но не поднялся с земли, а продолжил и дальше смотреть на лес на противоположном берегу. Ответил:

— Здорово. Наверное, я знаю, зачем ты пришёл.

— Наверное, — не стал отрицать Плющ. — Тогда сразу к делу. Ты вчера видел то, что для твоих глаз не предназначалось. Об этом ты не должен будешь рассказывать никому. Ясно?

— Ещё бы, — усмехнулся Омель; Плющ понял это, даже не видя его лица — стоя позади него и также глядя на другой берег. — Да всё я понимаю. Она ведь твоя подруга, значит, и её тайны сразу становятся твоими. А я кто? Так, бывший товарищ по играм.

— Ну, в общем, ты понял, — поспешил закруглить разговор Плющ, немного сбитый с толку неожиданной репликой подростка. — Ладно, я пойду. Помни, что я сказал. Никому.

И, развернувшись, отправился домой — обедать.

"А потом — к Лине, — решил он, подходя к селению. — Надеюсь, она обрадуется".

* * *

…Нурс не испытал ни особого удивления, ни каких-либо других эмоций, услышав от Зелмы, поймавшей его на улице деревни после заседания, о загадке местной луны. Внимательно выслушал, а когда разведчица закончила рассказ, постоял молча, опираясь рукой на заднюю стену дома Совета и напряжённо размышляя над услышанным.

— Я вот почему тебе всё это говорю, — добавила Зелма, стоявшая около него и время от времени выглядывавшая из-за угла, проверяя, не идёт ли кто прямо к ним. — Тебя я знаю дольше, чем их всех: мы с тобой, как-никак, три года жили в лесу в одной хижине… Ты самый умный человек, которого я встречала: твой ай-кью превышает сто сорок баллов. Ты можешь помочь мне решить эту задачу — благодаря твоей редкой способности в нужные моменты выдавать полезные идеи. Мне нужна твоя помощь, "ракетный снаряд". Я должна установить, что же там такое происходит.

Нурс не улыбнулся на своё шутливое прозвище. Вообше не изменился в лице — очевидно, продолжал думать. Потом проговорил:

— Хорошо. Мне и самому интересно стало это узнать… Но вот так, с наскоку, толковую идею я вряд ли выдам.

— А ты попробуй.

— Ну, ладно… Что, если сотни — или десятки — лет назад в эту систему прибыл ещё один корабль, но те, кто на нём был, не стали высаживаться на планету, а решили обустроить свою базу там?

— А смысл? Почему именно на луне, а не на планете?