Ссылка

Самсонов Геннадий Федорович

– Это она? – спросил Никита.

– Похоже, – ответила Клава, – только тогда она была в очень плохом состоянии.

В ридикюле оказалась справка, выданная Поляковой Анне Матвеевне в том, что ее отец промысловый охотник Поляков Савватий Дмитриевич погиб в лесу при невыясненных обстоятельствах. Дата, подпись и печать сельсовета.

Здесь же в другом отделении ридикюля конверт с письмом. Письмо адресовалось Поляковой Анне Матвеевне и начиналось так: «Аня, здравствуй. Письмо твое с известием о смерти отца твоего Савватия Дмитриевича

получила. Права была мать твоя, а моя сестра Варвара, царство ей небесное, что занятия охотой для твоего отца может когда-нибудь плохо кончиться. Еще я ему говорила два года назад, когда он с тобой уезжал куда-то на Север, чтобы бросал это занятие и тебя с собой не таскал. Не послушался меня и тебя теперь оставил совсем одну. Я совсем плоха, комната у меня крохотная, и тебе ничем помочь не в силах. Ты девушка взрослая и сможешь сама устроить себе судьбу. Не поминай лихом. Твоя тетка Манефа Кузьминична».

– В общем, от ворот поворот, – заметил Никита, вкладывая письмо в конверт.

– Да. – с грустью согласилась Клава, – и жизнь, видно, у нее была нелегкой.

– Что же нам теперь делать? – Никита уронил руки на колени. – Вправе ли мы воспользоваться этим?

– А почему нет? – Клава вскочила с лавочки и уперла руки в бока. – что мы корысти ради это делаем? Во имя спасения человека мы должны это сделать. Сам Бог дает нам шанс и мы должны ею использовать.

Клава разволновалась, слова ее звучали убедительно, но Никита был более прагматичен.

– Хорошо, – сказал он, – допустим, что мы воспользуемся этой метрикой, но ведь есть запись в журнале больницы и есть могилка девушки.

– Ну, – вернулась на лавочку Клава и хитровато опустила веки. – С журналом неувязка вышла. Я на страницу, где была сделана запись сегодня «нечаянно» чернила пролила. Никто не заметил, а разобрать там уже ничего нельзя, а на могилку сходим завтра, посмотрим.

Доводы сестры были серьезными, но Никита выразил еще одно опасение.

– А вдруг Анна не согласится?

– Должна согласиться. И в этом мы должны ее убедить. – Твердо заявила Клава. И просительно протянула. – Ну все, Никита, пошли домой, там все додумаем. Обедать пора.

– Подожди немного, – остановил ее Никита. – Тут у меня одна мысль была, можно сказать не очень серьезная, но с этой метрикой ее можно реализовать.

– Что еще за мысль? – подняла брови Клава.

– В общем, – тут Никита замялся и взглянул на сестру, – ты только не смейся. Это я как вариант.

– Да говори ты, ради Бога. – нетерпеливо воскликнула Клава.

– Значит так, – решился Никита. – мы с Анной едем в Покрово. Там нас Мишка Рябов расписывает в сельсовете. Она меняет фамилию на мою и тут уже у нее почти все законно. Потом она может уехать куда хочет. Якобы по семейным делам. А через некоторое время пришлет заявление на развод. Причину придумать несложно.

– Никитушка, – почти пропела Клава и бросилась на шею брату. – Это же здорово, тогда

все у нас получается. – Тут она внезапно откликнулась от Никиты и лукаво прищурилась. – Слушай, а ты хотел бы по настоящему женить на Анне?

– Не болтай глупостей, – возмутился Никита.

– Ну, Никита, скажи – не унималась Клава.

Никита ответил не сразу. Он расправил на коленях мятую кепку, расстегнул ворот на рубашке, смахнул ладонью капельки пота со лба и взглянул на Клаву:

– Конечно хочу – сказал он – Вот здесь она – Никита положил руку на грудь – У меня такого чувства никогда не было, я бы все отдал, чтобы она была со мной, но… – голос Никиты зазвучал тверже – Сейчас надо, чтобы Анна об этом даже не догадывалась. Она может это понять, что я воспользовался ее положением, ее безысходностью. А для меня важно, чтобы эти ее злоключения прекратились, чтобы она в конце концов стала жить полной жизнью. Ведь это мы, наша система ее травит – Никита принизил голос И отца нашего затравили. Таких, как он, как Анна, как ее отец тысячи. Вон сколько барж с ссыльными по нашим рекам каждый год плывет, а по железной дороге сколько зон с заключенными? – глаза у Никиты сузились, скулы сжались.

– Никита, тише – встревожено оглядывалась Клава – Не надо сейчас об этом.

– Ладно – махнул рукой Никита – Пойдем домой, Аня ждет.

– Никита – укоризненно взглянула на брата Клава – Надо зайти в магазин. Ты что Анну хочешь в телогрейке везти с собой. Да и самому уже пора пальто скинуть. И не надо возражать – она прикрыла ладошкой рот Никите – У меня немного денег поднакоплено и я хочу сделать тебе и Анне подарки.

Молодые люди заглянули в магазин, потом на базар и после этого нагруженные покупками, направились домой. В комнате было прибрано, пол вымыт. Анна была рада появлению Никиты с Клавой.

– Я ждала вас раньше – сказала она.

– Дела не отпускали – складывал Никита покупки на лавку. – Хозяйка, бабка Матрена не пытала тут тебя?

– Нет – ответила Анна – Она ушла куда-то, когда я спала.

– Так, Никита – распорядилась Клава – Мы с Аней готовим обед, а ты ступай, готовь баню.

Никита с Клавой еще раньше договорились, что о деле они с Анной будут говорить вечером после бани. Но примерить покупки Клаве не терпелось. Она попросила Анну встать посреди комнаты, достала из сумки легкий плащ, туфли, берет и подала Анне:

– Вот, меряй. По себе прикладывала. Должно все подойти.

– Это мне? – Анна растерянно перевела взгляд с Клавы на Никиту.

– Тебе, тебе – суетилась Клава вокруг Анны, то поправляя берет, то одергивая плащ – Вот туфли только как?

– Вроде хорошо – сдалась Анна натиску Клавы.

– Вот и замечательно – Клава развернула Анну к Никите и спросила – Ну и как?

Тот восхищенно смотрел на Анну, но ничего сказать не мог. Только смущенно закашлялся. Сестра уловив состояние брата, засмеялась и сказала: