СССР-2061
Шрифт:
Картинка при этом повторяла съёмку би-би-си, когда автомобиль с корреспондентами мечется минут пять по охваченному анархией городу и нарывается на баррикаду с вооружёнными людьми - после чего идёт "белый шум". Присутствовавшие помолчали, раздумывая; каждый пришёл к выводу, что если запущен механизм - то скорее всего "горячая точка" будет охлаждена настолько быстро, насколько это воможно - примеров было предостаточно. А нарком Завоев мог выражать и надежду, и уверенность, потому что по-серьёзному конфликтовать с единственной настоящей межпланетной державой на Земле ни у кого желания не имелось. Все также невзначай
Но более всего грело не это - громоздить горы в общем и муравьи умеют - а то, что Союз существовал не просто для того, чтобы быть и надуваться от чувства собственного веса. Когда в Мире происходила какая-нибудь фигня - Союз был готов защищать справедливость, стараясь при этом не упускать и прямой выгоды - потому как элементарная логика подсказывает, что благотворительность требует положительного баланса этого самого блага. В отличие от государств, Союз работал для защиты Земли и эволюции Марса, а не для увеличения чисел потреблённого населением...
– Кстати, - сказал Кеша, и на лице опять проступила ухмылка, - На Мадагаскаре жара. К примеру ты, Валь, к морю не хочешь? Ну пляж там, всё такое...
Валентина чуть не выплюнула чай на стол, поперхнувшись.
– Не думаю, - пояснил Кембрик, - Там где она живёт, с одной стороны пруд охлаждения станции, с тёплой водой и пляжем, и с другой пруд охлаждения станции, с тёплой водой и пляжем.
– Вот именно, - подтвердила та, - Когда станцию достроят, ноги моей там больше не будет. А ты с какой целью интересуешься?
– Работа у него такая, - хмыкнула Ольга, наливая ещё чаю.
– Какая такая, туристический агент?
– ляпнула Валя.
– В некотором роде!
– засмеялся Иннокентий, - Про Олимпику, например, слыхала?
Про плавучий остров, возведённый в Чёрном море, она конечно слыхала; называли его так из-за геометрии - тысячи понтонных блоков составляли пять пересекающихся колец по десять километров в диаметре. Ещё один плавучий остров находился в Атлантике на тропических широтах и был интернациональный.
– Я по крайней мере слыхала, что капиталисты из-за этого продули Германию, - сказала Валентина.
– Советски верно. Хотя атлантический остров и считается международным, построен он на советские ресурсы, и как оказалось не зря. Когда было открыто бесплатное переселение в зону особо повышенного либерализьма, туда рванули миллионы потребителей, или как мы их называем - симов.
– А при чём тут Германия?
– усмехнулась Ольга.
– Там был наибольший лимит по сбросу симов, - пояснил Кеша, - Думаю, это наши специально устроили. Если бы лимит был распределён по всем странам, уменьшения количества симов никто бы не заметил. А так концентрация резко упала, и без этого балласта в стране остались практически одни социалисты. Дальше предугадать нетрудно... После этого все капстраны закрыли выезд для своих граждан на плавучие острова, воизбежание такого же сценария.
– А чего они все туда так рвутся-то?
– искренне не поняла Валя.
– Халява, просто говоря. Хотя конечно так не особо точно, - задумался мужик, - Скажем так, есть те кто хотят работать, а есть те, кто хотят зарабатывать, чуешь разницу?
– Это ты мне будешь рассказывать?
–
– Теоретически конечно надо, - согласился Иннокентий, - Но пока возможностей нет, и когда будет - неизвестно. Про Съезд 36го года слыхала? Тогда заключили мировое соглашение: никого заставлять не будем, кто хочет потреблять - пусть потребляет сколько влезет, производительность труда это позволяет. Мы им вечный курорт, а они нас в покое оставляют и дают возможность заниматься своими делами.
– То есть я так поняла, товарищ Сталин со своими чистками...
– По численным показателям - да, курит в стороне. Тогда таких возможностей не было, хотя вряд ли бы кто и подумал о таком варианте. Всё-таки за полтора века с первой революции много мозгами раскидывали. Как говорит наш дивизионный комиссар...
– Дивизионный комиссар у вас говорит вот так, - показала руками щёлкающий клюв Ольга.
– Это неважно. Как говорит, наши клиенты Родину продают, а мы у них её покупаем. Чтоб кому налево не продали, как они это раньше неоднократно делали. Хотят товарно-денежных отношений - пусть лопают. Причём, замечу, добровольно и с песней!
– Правда, песни дебильные, - добавила Канифоль.
– Послушайте, ну ладно взрослые дураки, а дети?
– дошло до Валентины.
– Ну а как ты думаешь?
– Я думаю, что дочь за мать не в ответе.
– Советски верно, - кивнул Иннокентий, - Забирать несовершеннолетних чисто до кучи - запрещается. Необходимо однозначное осмысленное согласие на самоссылку.
– Так это всё-таки ссылка?
– А то. Выехать-то раз плюнуть, а вот чтобы вернуться, это уже надо доказать, что ты не сим.
– А они не боятся, что когда их всех соберут в одном месте...
– усмехнулся Кембрик.
– Ещё как боятся! Но мыши плакали, кололись, и продолжали кусать кактус. Просто суть в том, что при нынешнем положении вещей это не в наших интересах, даже если брать чисто утилитарно. Пока есть куда сбагривать симов, в стране хорошо. А прикинь вдруг взять и из вредности Олимпику разбомбить? Да жесть что будет...
Иннокентия понесло: "охотник за симами" рассказывал про свою работу, чредуя смешное с не особо смешным. Как он заявил, ещё лет пять назад при командировке в любой город начиналась страда по полной программе, одни сутки - один забитый автобус; теперь залежи "материала" сошли на нет и оставалось вылавливать то, что наростало. При этом интенсивность превращения человека в сима находилась в квадратичной зависимости от концентрации самих симов, так что наростало немного.
Долго ржали над тем, что второй адцентр - адов центр, как переводили советские - на атлантическом искусственном острове был назван Выбегаллбург, а никто из клиентов не докумекивал, почему. Они собственно вообще не докумекивали ни до чего, от чего не было прихода в денежных знаках или социальных очках. Предрасположенные к симовости, попав в тепличную среду, очень быстро приобретали рациональность и теряли все остатки разума, так что средний гражданин США по сравнению с симом был мечтателем, бессеребренником и социалистом.