Сплоченные нитью
Шрифт:
Дыши, Дафна. Просто дыши. Ты сейчас взорвёшься.
Когда я наконец поднимаю глаза, в дом Беи один за другим заходят игроки команды, а за ними появляется Кэмерон. На его лице — широкая, необычная улыбка, словно он сверхновая звезда.
На шее у него фиолетовый шарф, который я связала для аукциона Феми. Не могу поверить, что он принёс его, даже не сказав мне. Сердце сжимается. Он держал это в секрете, даже когда я спрашивала про него в аркаде.
Мне не терпится рассказать ему новость. Но когда
Подхожу к нему.
— Эй, большой парень, этот сэйв... — Кэмерон притягивает меня к груди и целует так, что у меня подкашиваются ноги.
Комната взрывается улюлюканьем и свистом. Когда мы наконец разъединяемся, лёгкие отчаянно пытаются вдохнуть. Ого. Он и правда лишает меня дыхания — в прямом и переносном смысле.
Оглядываюсь, щёки горят, и понимаю, что все смотрят на нас с глупыми ухмылками.
— Привет, — шепчет он мне в губы, полностью игнорируя нашу развесёлившуюся публику.
— Привет. Ты был великолепен.
— Знать, что ты смотришь, придавало мне сил, — он подмигивает так, что у меня подкашиваются ноги, будто я масло на раскалённой сковороде. — Как прошёл твой день, сладкая?
— Отлично! Праздновала победу Львов и, эм... — Кого я обманываю, я никогда не умела хранить секреты. — Я хотела подождать с рассказом, потому что не хотела затмевать твою победу, но мне только что предложили крутую коллаборацию — разработать одежду для шоу и помочь с антибуллинговой инициативой, — стараюсь звучать небрежно. — Ерунда, в общем.
— Что? — его глаза загораются, большой палец проводит по моей щеке.
— Пустяки. Не хочу, чтобы сегодня было про меня.
— Да ладно, — Кэмерон говорит своим вкусным строгим тоном. — Я люблю праздновать твои победы не меньше, чем свои.
— Мне повезло с тобой, Гусь.
— Это мне повезло. Так, рассказывай.
Я колеблюсь.
— Это для «Острова Любви». — Всматриваюсь в его лицо. Челюсть напрягается, но он ждёт продолжения. — Джорджия Вудс, которая тоже вяжет, прочла мою статью в «Stone Times» и хочет сделать коллаб к следующему сезону.
— Это офигенно, Дафна, — он выглядит искренне радостным.
— Правда? Боялась тебе говорить, ты же не любишь это шоу.
— Ты же не бросаешь меня, чтобы поучаствовать в «Острове Любви», — он пожимает плечами, но на его лице мелькает странная, мимолётная эмоция — призрак тени, которую я не видела месяцами. Появилась и исчезла так быстро, что мне показалось. Наверное, он просто вымотан после игры.
— Я бы никогда не стала «бомбой».
— Потому что ты слишком хороша для любого тамошнего мужика, — он целует меня в макушку. — Надо отпраздновать.
Его рука сжимает мою талию, и я знаю: если бы мы были не в комнате, полной людей, он бы уже срывал с меня эту вязаную кофточку, и мы бы праздновали наши победы по-взрослому.
Провожу пальцем
— Может, оставим это на вечер? — смеюсь, голос лёгкий, игривый.
Вот текст без звездочек:
— Мне нравится, как ты мыслишь. — Он игриво шлепает меня по попе. — Но я думал о чем-то большем. О поездке.
— О поездке? — визжу я, едва сдерживая восторг.
— У меня есть свободные выходные через три недели, последние до мая. Как насчет небольшого путешествия, чтобы увидеть северное сияние?
Я чуть ли не подпрыгиваю на месте, ощущая, как внутри меня бурлит щемящий восторг.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. До Финляндии всего три часа полета, — говорит он буднично, словно спонтанная поездка за северным сиянием — самая естественная вещь на свете.
— Не может быть! — Мой ум лихорадочно перебирает детали. — О боже, в Хельсинки есть один магазин пряжи, который я обожаю. Я уже много раз заказывала у них шерсть. Было бы потрясающе побывать там! И я бы могла протестировать образцы для коллаборации с Джорджией. О, и я слышала, там есть ночной поезд — представляешь?!
Он тепло улыбается.
— Что захочешь, моя девочка.
Тут же на сцене появляются Свен и Омар, врываясь, как стая перевозбужденных золотистых ретриверов. Они хлопают Кэмерона по плечу, осыпая его поздравлениями за сегодняшнюю победу.
— Лучший игрок матча! — кричат они, поднимая бокалы.
— Без вас бы не справился, — отвечает он, притягивая меня к их объятиям и сияя той самой гордой улыбкой, от которой у меня подкашиваются ноги.
Наша уютная идиллическая сцена рушится, когда парни наконец отпускают нас. Но они не уходят, явно ошарашенные этой редкой, сентиментальной стороной Кэмерона, которую я так полюбила. Они смотрят на него, будто на интерактивную инсталляцию, ожидая следующего хода.
— Что за поездка? — подталкивает его Омар.
Я бросаю взгляд на Кэмерона, и он кивает.
— Кэмерон везет меня в Финляндию смотреть северное сияние.
Свен подхватывает:
— Вам обязательно надо остановиться в «Октоле».
— Не порти сюрприз, — ворчит Кэмерон, но с улыбкой.
Я понятия не имею, что такое «Октола», но, зная вкус этих ребят ко всему роскошному, это должно быть что-то невероятное.
Неужели этот день может стать еще лучше?
Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Подожди, ты уже забронировал? А что, если бы я сказала «нет»?
— Риск того стоил.
Я смеюсь.
— С каких пор ты стал азартным игроком?
— Я делаю ставки, только когда знаю, что шансы в мою пользу, — парирует он с игривым подмигиванием, проводя рукой по моей спине и останавливаясь у поясницы. — И поверь, когда дело касается тебя, я всегда выигрываю.
От его слов у меня по коже бегут мурашки.
— Да ну? — поднимаю бровь, на губах играет ухмылка. — А если бы у меня были другие планы?