Сплоченные нитью
Шрифт:
Надеюсь, этого хватит, чтобы показать, что я готов меняться. Это может стать началом исправления.
— Спасибо, Дафна.
— Не за что. — Она снова ложится на траву, заплетая пальцы в сетку. Запах свежей травы напоминает мне дом. Она напоминает мне дом. — Ты, оказывается, большой сентиментальный романтик.
— Не уверен в этом.
— Ну, ты всё-таки привёл меня обратно к звёздам, — говорит она.
— Я покажу тебе ещё многое.
Месяцы с ней помогли мне заново открыть чувства, которые, казалось, были потеряны. Счастье.
Дафна Квинн раскрасила мой мир в яркие цвета, и я чёртовски постараюсь не дать ему снова потускнеть.
Глава 30
Кэмерон
Я нежно отодвигаю прядь волос с лица Дафны. Она лежит на подушках моей детской спальни, ровно дышит, устроившись ногами между моими и крепко сжимая моё предплечье. Пятнышко под её правым глазом привлекает моё внимание. Морщинки на лбу, ямочки на щеках, густые ресницы и эти пухлые губы…Идеальная.
Впервые за долгое время мне удалось заснуть без мучительных кошмаров, возвращающих меня к игре «Овертона». Спать рядом с кем-то — для меня это что-то новое. Это не те ночи, когда спешно сбрасываешь одежду и разбрасываешься пустыми обещаниями, чтобы уйти, как только получишь желаемое.
Я всегда был вратарём своих эмоций — отражал и блокировал, не пропуская ничего внутрь. Убеждал себя, что у меня нет времени и сил разбираться с чувствами других, но, возможно, это не так. Возможно, всё дело в том, что стоило мне однажды ослабить защиту — и меня предали.
— Кэмерон? — её тихий шёпот утопает в моей груди.
— Я здесь, милая, — прикасаюсь губами к её виску и притягиваю ближе. — Спи. — Вскоре её дыхание снова становится глубоким, и я откидываю голову на подушку.
Глава 31
Дафна
26 декабря
Подписчики Дафны Квинн дают отпор жестоким комментариям футбольных фанатов!
27 декабря
Вернётся ли Кэмерон Хастингс к первой игре нового года?
— Серьёзно? — вырывается у меня, а глаза буквально лезут на лоб от этой эверестоподобной груды посылок, преграждающей путь к двери моей
Кэмерон ставит сумки на пол.
— Я не привык таскать столько по лестнице, — говорит он, приподняв бровь.
— Точно! — качаю головой. — Это похоже на небольшой склад.
Мое удивление сложно скрыть. На всех коробках — адрес @wooly.duck. Неужели всё это от моих подписчиков?
— Мы уехали всего на неделю! — восклицаю я шёпотом.
Вместе с Кэмероном мы начинаем титаническую работу по расчистке двери.
Вдруг в коридоре, как суслик из норы, появляется голова.
— Привет?
Это Свен, закутанный в пушистый голубой халат, который его полностью поглотил.
— О, Дафна, ты вернулась! Думал, это Ибрагим после концерта «Labyrinth».
Кэмерон улыбается Свену, но момент становится неловким, как овца, пытающаяся связать себе свитер из собственной шерсти. Свен избегает его взгляда, а Кэмерон продолжает расчищать путь к моей квартире. Видимо, парни всё ещё в обиде после матча с «Овертоном». Надеюсь, вязальный кружок поможет им снова сблизиться.
— Привет, Свен, — шепчу через коридор, помня, что большинство соседей спит. — Как давно это всё здесь?
— Почтальон принёс два дня назад. — Он потирает глаза. — Твой почтовый ящик переполнился, так что мы затащили сюда.
— Это так мило! Спасибо!
— Не за что. Увидимся в среду?
— Увидимся.
— Спокойной ночи.
Он исчезает в своей квартире, закрывая дверь.
Как только мы попадаем внутрь, мой герой принимается сгребать коробки в угол гостиной. Я хватаю ярко-розовую посылку и разрываю её.
Глаза наполняются слезами, когда я читаю письмо от женщины из Стокгольма. Вязание моего свитера Juni стало для неё терапией, помогающей справляться с тревогой. Теперь она учит дочь вязать, превращая это в их общее дело.
Открываю ещё одно письмо. Мужчина из Новой Англии пишет, что вязание с женой спасло их брак. Они не просто связали шарфы и шапки — они сшили заново свои отношения.
А ещё тут крошечная вязаная уточка от студентки из Лондона, которая пишет, что я вдохновила её создать вязальный клуб в университете. Теперь это популярное антистресс-сообщество и место для общения, а основательница даже получила благодаря этому стажировку. Она даже хочет написать про меня эссе.
Несмотря на первоначальный страх возвращения домой, меня вдруг накрывает волна такой теплоты, что ей можно было бы посыпать пиццу. Легко забыть о том влиянии, которое ты оказываешь, когда целыми днями приклеен к экрану телефона.
Но вот ради этого я и хочу организовать этот ретрит — чтобы создавать настоящие связи и выходить за пределы пикселей и экранов.
Я передаю записки Кэмерону.
Он читает их одну за другой.
— Они тебя обожают.
Я почти лечу от счастья.