Splinter cell : operation Barracuda
Шрифт:
Армия, кажется, не похожа на новичков. Гражданские лица выглядят хорошо вооруженными и
беспощадными. Один из них несет знамя и тогда я понял, что происходит. Я узнаю в
китайских иероглифах на знамени знак "Удачливых Драконов". Джон Мин в конце-концов
послушался меня. Триады, наконец-то, пришли остановить генерала Тана. Я надеюсь, что
они не опоздали.
Путник застонал и пошевелился. Буду сострадательным сукиным сыном, коим я и являюсь, я
поднял с него опрору
– Эй!
– выкрикнул я.
– Ты в порядке?
Затем я вспоминаю, что нужно говорить на русском, что я и делаю. Путник открывает глаза, он смотрит мимо меня. Он дисориентирован. Наконец, он приходит в сознание и
действительно начинает рычать на меня.
С неожиданным приливом энергии, Путник жестко бьет коленом в мою сторону. Я задыхаюсь
от боли и падаю на горящее дерево и металл. Я обжигаю спину и откатываюсь в тревоге.
Путник поднимается на ноги, отряхивается от копоти и идет на меня. Крав-мага учит
бороться, как будто ваша жизнь зависит от победы. Если это означает, что вы должны
бороться грязно, значит, так тому и быть. В крав маге нет правил.
Поэтому я беру кусок горящего дерева рядом со мной и бросаю его в лицо Путнику. Оно
разлетается и он отступает, держась за глаза.
Не обращая внимания на боль в спине, я встаю и наношу сильный удар ему в живот. Русский
согнулся, до сих пор ослепленый огненными осколками в глазах. Его позиция позволяет мне
захватить его сзади и применить удушающий захват. Путник борется со мной, когда я за
голову поднимаю его над землей. Я ужесточаю хватку вокруг его горла и шепчу на русском:
– Это тебе за Катю, мразь.
Человек рвется и бьется, как дикий зверь, но я не ослабляю тиски. После всей боли, которую
я перенес за последнюю неделю, его неуклюжие попытки самообороны незначительны.
Наконец, после тридцати-сорока секунд, убийца слабеет. Его борьба стала медленной и
менее эффективной, пока в конце концов он падает в моих объятиях. Затем, для ровного
счета, я резко крутанул его голову. Звук ломающихся костей музыкой звучит для моих ушей.
Я отпустил его и труп падает на землю, как тряпичная кукла.
База лежит в руинах. Я не уверен, что "Триады" взорвали ее, но у них есть немного тяжелой
огневой мощи. По иронии судьбы, большинство из них пришли от "Магазина". Я выбираюсь
из-под обломков, понимая, что выгляжу неуместным зрелищем. Я босой, одетый в китайскуй
пижаму, весь в крови и в синяках.
Двое вооруженных мафиози появляются передо мной и выкрикивают приказы. Я слишком
потрясен, чтобы понять. Я пытаюсь сказать им на китайском, что я американский
военопленный. Они не понимают. Затем
загорелись. Они кивают с энтузиазмом и побуждают меня следовать за ними. Я едва могу
ходить поэтому один из них позволяет мне немного опереться на него. Мы движемся в
сторону пляжа, где горят доки для субмарин. Группа людей из "Триады" стоят снаружи
невредимого командного пункта и размахивают автоматами в воздухе. Они кричат что-то, что
напоминает победный клич. Часть людей расступается и я вижу Джона Минга, стоящего в
центре и направляющего пистолет в голову другому человеку, который стоит на коленях.
Пленник - Андрей Здрок.
Минг видит меня и улыбается. Когда я приблизился, парни из "Триады" разворачиваются и
смотрят на меня. Здрок смотрит на меня со страхом и ненавистью. Его дорогой костюм
покрыт копотью и грязью, один рукав почти оторван. Над бровью рана, а в остальном он не
так уж и плохо выглядит.
– Вы ужасно выглядите, мистер Фишер, - сказал Минг.
– И чувствую также, - ответил я.
– Спасибо, что пришли.
– Незачто. Смотрите кто у нас здесь. Как мне поступить с ним, мистер Фишер?
– спросил Минг.
– У него было оружие?
– Только это, - Минг вытащил кастет, который Здрок использовал, чтобы сделать фарш из
моего живота. Я беру его и надеваю на правую руку. Глаза Здрока расширились и он затряс
головой.
– Нет! Нет!
– кричит он.
Из-зо всей силы я бью Зрока, ломая нос и возжможно, дробя кость. Человек закричал и упал
на землю. "Триады" приветствовали возгласами.
– Он ваш, - говорю я Мингу, бросая кастет на землю.
Измученный и слабый, я попер в командный пункт, чтобы помотреть, что от него осталось.
Повсюду трупы, оборудование уничтожено. Тело Мейсона Хендрикса неуклюже лежит на
полу, изрешеченное пулями. Рядом с ним Оскар Херцог, также продырявленный в десятке
мест. Его тело лежит на разбитом пульте управления, который, возможно, отключал МРНПА.
Я нажимаю имплантант на горле и говорю:
– Полковник, если вы там мне нужно поговорить с вами.
Но в ответ тишина.
– Полковник Ламберт? Коэн? Кто-нибудь?
Я плюхнулся на стул, когда на меня нахлынула волна тошноты и головокружения. Я почти
потерял сознание, когда вошел Минг и сел на корточки рядом со мной.
– Мистер Фишер, - сказал он, - американцы здесь. Они ищут вас.
ГЛАВА 37
Я снова уснул через какое-то время. Мои сны беспокойны и лихорадочны. Часть времени я
считаю, что вернулся в Таусон, Мэриленд, занимаюсь в тренажерном зале или практикую