Спенсер

Барнаби Дж. П.

Динь.

Аарон перевернулся на бок и достал из кармана телефон.

[Джордан] Как назвать блондинку, которая красит волосы в каштановый?

Вздохнув, Аарон нажал «ответить» и напечатал:

[Аарон] Искусственный интеллект.

Одна из нескольких шуток про блондинок, которые Аарон помнил с тех времён, когда был человеком,

так что ответ пришёл ему в голову моментально. Просто сейчас он был не в настроении играть. Сеанс с доктором Томасом был сложным. Аарон весь день снова и снова повторял, как мужчины раздели его догола. Боже, доктор Томас с таким же успехом мог полить его душу кислотой, обнажая до нутра. К вечеру Аарон мог проговаривать всё без приступов рвоты, но в голове всё парило близко к поверхности. Он чувствовал себя таким невероятно уязвимым.

[Джордан] Почему блондинка перешла дорогу?

[Аарон] Серьёзно, я не в настроении.

[Джордан] Всё в порядке?

[Аарон] Нет.

Аарона удивил телефон, зазвонивший через несколько минут. Спенсер никогда не звонил. Причин не было. Мама тоже не звонила, плюс, она отвезла Антони на какую-то вечеринку по пути к их бабушке. Аарон проверил экран и увидел, что звонок от Джордана. Понадобилась ещё одна попытка дозвониться, чтобы Аарон решил ответить.

— Алло?

— Привет, — из трубки раздался голос Джордана, мягкий, и в одном его слове было практически слишком много понимания.

— Привет, — Аарону хотелось сказать Джордану, что не стоило звонить, но он не мог. Его сердце болело от одиночества. Почти три года Спенсер постоянно присутствовал в его жизни. Что бы ни происходило, он мог отправить сообщение, и Спенсер приезжал. С тех пор, как Спенсер переехал в город, Аарона раздражало ему писать. Он ненавидел вести длительные разговоры, печатая на крохотной клавиатуре, без обвитых вокруг него рук Спенсера, без ровного биения сердца Спенсера под щекой.

— Хочешь пойти в кино? Мы можем сходить посмотреть что-нибудь, где всё взрывается. Это всегда весело.

— Я нехорошо чувствую себя рядом с людьми.

— С любыми людьми или конкретными?

— С большинством людей.

— Хорошо, значит кино отпадает. Может просто поговорим? — спросил Джордан, в то время как Аарон откинулся на подушки и закрыл глаза.

Он не мог поговорить со Спенсером по телефону, а ему действительно хотелось с кем-нибудь поговорить — не о суде, а просто чтобы заполнить пожирающую изнутри пустоту. Мамы днями не было дома, а отец вечерами готовил длинные контракты для клиента. Антони, если не торчал в своей комнате, уходил к другу, Чейзу. Аарон скучал по возможности прыгнуть в машину и вот так уехать к Спенсеру.

— О чём? — Аарон старался держать голос открытым, чтобы Джордан знал, что он хочет поговорить, но нужна тема.

— У тебя есть братья или сёстры?

— У меня два младших брата, Аллен и Антони. Аллен поступил на первый курс в Пурдю, а Антони пошёл в девятый класс. — Он скучал по Аллену больше, чем мог

сказать. С тех пор, как тот уехал в Пурдю, они обменялись парой сообщений и один раз созванивались в Скайпе. Аллен понимал его; всегда понимал. Боже, хотел бы Аарон сесть и поговорить о суде с Алленом. Но Аллен тоже его бросил.

— Мы с Диланом были одни, а теперь остался только я. Потом после стрельбы разошлись родители, и с тех пор мы с мамой одни. В смысле, иногда я вижусь с отцом, но, думаю, я напоминаю ему Дилана, и он не может с этим справиться. Чёрт, никто из нас не может с этим справиться… — Джордан затих.

— Джордан, что-то случилось?

— Нет, просто… Сегодня наш день рождения, а это всегда тяжело.

— О боже. Ну, поздравляю с… Боже, стоит ли вообще это говорить? — не зная, что сказать, Аарон замолчал. На свой день рождения ему было плевать, но чтобы это ассоциировалось с худшим, что с тобой когда-либо происходило… Господи.

— Да, именно, — опустошение в голосе Джордана поразило Аарона. Несколько недель их дружба была лёгкой и простой, они сошлись на почве шуток про блондинок и триггеров паники. Аарону невыносимо было это слышать, и следующие слова вылетели из его рта раньше, чем он успел их остановить.

— Может ты придёшь сюда, и мы посмотрим фильм?

— Правда? Твои предки не будут против? — Надежда. Нужда. Тоска.

— Нет, родители хотят, чтобы я заводил новых друзей. Плюс, сомневаюсь, что они вообще здесь.

— Я… я бы с радостью. Какой у тебя адрес?

Аарон назвал адрес Джордану, и тот сказал, что будет через пятнадцать минут.

— Только… Я должен тебе сказать. У меня есть… шрамы, — пробормотал в телефон Аарон, практически слишком тихо, чтобы услышал кто-то, кроме него самого.

— У нас у всех есть шрамы, Аарон.

Аарон несколько минут молчал, пытаясь решить, может ли позволить Джордану увидеть его шрамы. Он мог просто сказать своему новому другу остаться дома. Одному. На собственный день рождения.

— Можешь прийти через полчаса? Мне очень нужно в душ.

***

Спустя двадцать пять минут, Аарон один сидел один на диване в семейной комнате, вода с его волос капала на промокшую футболку. За предыдущие десять минут он посидел, постоял, поправил занавески, убедился в наличии газировки, оценил ситуацию с закусками и выглянул за занавески больше раз, чем мог сосчитать. Он понятия не имел, почему так нервничает. Может, это из-за перспективы встречи с незнакомцем, но Джордан не был незнакомцем. Джордан стал другом.

Услышав стук в дверь, Аарон подскочил с дивана и заставил себя сделать вдох, прежде чем выйти в коридор. Так как дома Аарон был один, больше открыть было некому. Дойдя до маленького квадрата паркета, парень увидел за матовым стеклом силуэт Джордана и замер. Боже, он был дома один. Какого чёрта он подумал, что открыть дверь незнакомцу будет хорошей идеей?

Джордан снова постучался, а затем на телефон Аарона пришло сообщение.

[Джордан] У меня нет топора, честно.