Спецкор
Шрифт:
***
Желудок умеет замечательно стимулировать деятельность головного мозга на пути к самосовершенствованию. Приключение с черепашкой и несколько осуждающий взгляд Крохи отрезвили, заставляя думать головой, но не сменили направления мысли - мяса все равно хотелось и желательно свежего. Копченые в пленке куски кабанчика, оказались замечательными не портящимися консервами, и поэтому их стоило беречь, да и вкус у них был все же… консервный. Но вокруг-то шлялось множество бесхозного мяса, а мы тут из себя травоядных изображаем.
В принципе, у нас оставалась достаточно много патронов, чтобы повторить удачную охоту, а с другой
У нас же и вовсе не было ни роскошной гривы, ни громкого голоса, чтобы отстоять добычу, к которой на запах крови и халявы сбежится вся округа. Так что охота на что-то крупное явно отпадала. Но ведь помимо крупных форм в траве шмыгало и полно мелочи, да вот только свой размер она прекрасно компенсировала скоростью перемещения и умом. Оказалось, все вокруг прекрасно понимают, на какое расстояние к нам можно безопасно приближаться, и совсем не горят желанием нарушать эту дистанцию. Револьвер конечно мог бы решить эту проблему, но вот что останется от того же тушканчика после попадания пули, которая и из подсвинка вырвала кусок плоти килограмма на три… уши и кисточка на хвосте? Это - если в такую шуструю цель умудрится попасть – на свой сечет в этой части у меня были весьма обоснованные сомнения. Насчет кадавра сомнений наоборот не было, но он совсем не спешил тратить невосполнимые патроны и разнообразить наше меню.
От желудочной тоски возобновила даже упражнения с пращей. Кроха к моим упражнением отнесся благосклонно, и не отказывался поискать потом в траве пролетевшие мимо цели камни. Основной целью для упражнений для меня стали местные суслики – их совершенно неподвижно стоящие столбики, только крутящие головами, здорово напоминали настоящие мишени на стрелковом полигоне – так же появлялись в самом неожиданном месте на несколько секунд и так же стремительно пропадали. Жалко только, что исчезали они не от попадания, а просто услышав очередной просвистевший мимо камень.
Но я с упрямством, достойным лучшего применения, продолжала безуспешные попытки, как говорится: «не догоним, так согреемся», просто ради физкультуры, а заодно – чтобы развеять монотонность утомительных переходов. В итоге, когда мое желание было вознаграждено, и очередной суслик не исчез бесследно внутри скрытой в траве норке, а подпрыгнув, покатился сбитой кеглей, добыча чуть не оказалась упущенной. Выручил как всегда Кроха, пронзив пространство рыжей молнией, он, всего с четвертого промаха, умудрился поймать еще не пришедшего в себя после удара камнем суслика.
Тут уж я не оплошала и, подскочив, полоснула стропорезом горло удерживаемой Крохой добычи, едва не отхватив при этом пару пальцев кадавру, но на его укоризненный взгляд в пылу охоты никто внимания не обратил. Как и на то, что кровь из перерезанного горла ударила фонтаном во все стороны, в том числе и мне в лицо. Только облизнулась, по примеру довольного звереныша, почувствовав не тошноту, а вкус победы – у нас было мясо!
С тушкой Кроха разобрался в считанные секунды – отхватив голову одним движением,
Уже через полчаса тушка весела над разведенным костерком, истекая соком и распространяя по округе восхитительный аромат жарящегося мяса. Непередаваемый аромат «суслятины» и старого жира изголодавшийся по свежей белковой пище мозг умудрялся как-то игнорировать. А потом мы по-братски поделили добычу и глотали горячее, истекающее кровянистым соком мясо, обжигаясь и облизывая грязные пальцы.
И были счастливы.
После первой удачи камни все равно продолжали лететь мимо, но Кроха неожиданно смилостивился и показал способ охоты на сусликов. Тем более, что с водой в степи, по мере приближения к горам, пока все еще маячившим на горизонте, не приближаясь ни на йоту, становилось попроще.
Для этой охоты требовалось: ведро воды - одна шутка, лопата – одна штука, охотники – две штуки. То есть как раз то, что у нас было в наличии. Дальше надо найти сусличьи норки, которые, в виду угрозы, начали прятаться не хуже самих сусликов. Но при наличии внимательности, или специально обученного кадавра, и с этим тоже проблем не наблюдалось. Потом один из охотников льет воду в норку, а другой стоит в позе бейсболиста над вторым выходом из нее с лопаткой в руках вместо биты, ведь любая нора, оказывается, имеет минимум два выхода.
Никогда не считала бейсбол занятием, способным дать хоть какие-то полезные навыки, и была посрамлена. Оказывается это очень древнее и полезное занятие. Спасающийся от потопа грызун выскакивал прямо на баттера, и в одном случае из четырех следовал удар, а у нас, в зависимости от времени суток, появлялся ланч или ужин. В случае же страйка, приходилось топать пару километров за водой, потом обратно и искать новую нору. Это было утомительно, но благодаря такому развлечению, проблема с отсутствием мяса была решена раз и навсегда.
Хорошо запомнился один забавный случай – во время очередной «охоты с ведром» Кроха как обычно лил воду, а я готовилась нанести удар, и тут кадавр вдруг стремительно отлетел от норы, бросив наш замечательный кевларовый котелок, и затанцевал метрах в пяти. Я давненько не видела его таким возбужденным – глаза горят, шерсть дыбом, из пасти вырываются воинственные звуки в такт прыжкам, но ни нападать, ни убегать он не спешил. Любопытство заставило позабыть об осторожности, за что тут же была «вознаграждена» - нора оказалась занята другим постояльцем, и из нее выползала наружу змея толщиной с мою руку - грязная и очень злая на мерзавцев, устроивших ей внеплановое купание.