Спасенная Веномом

Лопез Лолита

— Навестим.

Поднявшись на ноги, Диззи наблюдала, как Веном пожал руку ее папе. Она не думала, что Веном так легко покорил его, но в конечном итоге справился бы. В конце концов, ее сердце он завоевал, не так ли?

В лифте они ехали вдвоем, и Диззи прислонилась к сильному телу Венома, ища поддержку. Она не припоминала, когда в последний раз так уставала. Он обнял ее и прижал к себе.

— Мы почти дома, — Веном поцеловал ее в висок.

Когда они наконец-то вошли в свою квартиру, Диззи начала раздеваться прямо

по пути к спальне. Он не упрекал ее за устроенный беспорядок и, следуя за ней, подбирал вещи, сброшенные ею. Обернувшись, Диззи ожидала увидеть угрюмость на его красивом лице. Более того, Веном был совершенно счастлив убрать за ней беспорядок.

Откинув одеяло, она забралась в постель, гадая, чувствовал ли он такое же облегчение. Они выжили. Они были вместе. Любили. Вот так легко и просто.

Повернувшись набок, Диззи наблюдала, как Веном снимал форму и ботинки. Она позволила себе с благоговением пробежаться взглядом по каждому сантиметру его сильного рельефного тела. Диззи задержала взгляд на его левой половине без татуировок, где Веном вскоре написал бы ее имя.

Что он сказал бы на ее идею поместить вечную отметку на своей принадлежности на шею вместо ошейника? Был бы Веном в том же восторге, что и она при мысли о том, чтобы увидеть на нем свое имя?

Встав возле кровати голым и с членом, твердым как никогда прежде, он осмотрел голые изгибы Диззи опаляющим взглядом. Наклонившись, Веном поднял свой ремень. При виде него с полоской кожи в руках она замерла. Он никогда не вредил ей, и острое желание с потребностью на лице говорили, что не собирался начинать сейчас.

Опершись коленом на кровать, Веном провел рукой по животу Диззи.

— Ты нужна мне, Диззи, — от хрипотцы в его голосе у нее зачастило сердце. — Если ты не слишком устала…

— Для тебя у меня всегда найдутся силы.

Тепло его тела и очевидное желание поддерживали ее. Вероятно, она бы отключилась сразу же после занятия любовью, но собиралась наслаждаться каждой секундой, пока истощение не возьмет свое.

Веном подполз к Диззи и, придавив ее к матрасу, поставил колени по обеим сторонам от нее. Одной рукой ухватив ее запястья, он поднял их у нее над головой.

— Надеюсь, ты не возражаешь против ремня.

— Не возражаю, — у нее мучительно затрепетал живот.

— Конечно, не возражаешь, — Веном улыбнулся, уловив в ее голосе дрожь.

С легкостью и умением мастера бондажа, он приковал ее руки к изголовью кровати. Ремень немного впивался в кожу, но Диззи наслаждалась небольшим неудобством. Легкий дискомфорт лишь усилил приятное ощущение рук Венома, скользивших по ее голой груди.

Склонившись, он облизал розовый сосок, прежде чем пососать его. От того, как Веном прикусывал соски и унимал небольшую боль языком, Диззи приподнимала бедра. Когда он закончил свои чувственные пытки, у нее ныла и отяжелела грудь.

Веном спускался ниже и ниже,

облизывая и покусывая ее живот и бедра, прежде чем широко раздвинул их. К тому моменту, как он провел языком по клитору, Диззи была уже очень мокрой для него. Наслаждаясь ею, как вкуснейшим десертом, Веном никогда не спешил у нее между ног.

Он водил языком по розовой плоти, пока Диззи не потеряла способность мыслить здраво. Веном удерживал ее на самом краю, отказываясь добавить необходимую стимуляцию и нажим, чтобы она пришла к разрядке. Изворачиваясь и прижимаясь киской к его рту, Диззи просила дать ей желаемое.

— Пожалуйста, Веном. Пожалуйста.

— Терпение, — прошептал он, осыпая поцелуями внутреннюю сторону ее бедер и живот. Веном поцеловал Диззи, дразня ее собственным эротичным и мускусным вкусом смазки, прежде чем устроился на ней.

Одним быстрым жестким толчком он вогнал в нее огромный член. Ахнув у его рта, она напрягла плечи, чтобы встречать сильные глубокие толчки. Веном вбивался в ее скользкий вход почти со зверской дикостью. Натягивая путы на изголовье кровати, Диззи поощряла Венома, обвив ногами его талию. Ремень впивался в ее кожу, несомненно, оставляя синяки, но ей было плевать.

Теперь в их единении не было ни легкости, ни нежности. Веном брал ее со скрытой страстью мужчины, чуть не потерявшего жену в лапах сумасшедших террористов. Казалось, он преисполнился решимости напомнить Диззи, что они оба выжили, поэтому могли насладиться плотскими удовольствиями.

Одной рукой обхватив ее лицо, Веном извернулся и пальцами второй руки постучал по пульсировавшему клитору. Он погладил его кругами, глядя Диззи в глаза. Внутри она уже содрогалась от первых взрывов экстатического восторга.

— Кто я, Диззи? — Веном соприкоснулся с ней языками. — Скажи, кто я тебе.

Внезапно весь остальной мир рухнул, и больше ничего не существовало, кроме Венома — ее мужа и мужчины. Мыслями, телом и душой, он раскрыл все тайны Диззи и заработал право зваться ее господином.

— Кто я, Диззи? — повторил Веном голосом, натянутым от переизбытка эмоций.

— Мой господин, — с рыданием выдохнула она. — Ты мой господин.

Он поцеловал ее с нежностью, от которой перехватывало дыхание. Когда Веном поднял взгляд, его глаза сияли от любви.

— Знаешь, кто ты для меня?

Диззи покачала головой, хоть и имела прекрасное представление о том, как много значила для него. Она хотела услышать слова.

— Скажи мне.

— Ты мое сердце. Моя жизнь, — Веном ускорил толчки и движение своих пальцев. — Ты — мое будущее и моя любовь.

Запрокинув голову, Диззи достигла кульминации, и у нее в уме много раз подряд повторялась неистовая клятва Венома. Он уткнулся лицом ей в шею и задыхался, захваченный дикими спазмами своего собственного оргазма. Закрыв глаза, она смаковала их общий миг экстаза.