Спасатель
Шрифт:
– Аз разумем лекарку. Вакцинате се требам. Учините то едном. Где да одешь, лепа девойка.
Пока я приходил в себя и вспоминал когда то выученный болгарский, на новый организм набросился очередной любитель свежатинки.
– Спроси его: в бога он верует? – на повышенном тоне зазвучал у меня в ухе голос отца Онуфрия.
Я стал переводить на английский, но Джозеф меня перебил.
– Разумео сам, чта е поп рекао.
И четко наизусть прочитал на церковнославянском Символ веры. Я бы так не смог. Наизусть помню только первую фразу.
–
Джозеф перекрестился по православному.
Онуфрию строгую его физиономию как маслом полили.
– В честь кого крещен, сын мой?
– У част Ёсипа Оримофейсегога.
– Благословляю тебя раб божий Иосиф на труды праведные, - перекрестил его поп и протянул руку для поцелуя, к которой Джозеф немедленно приложился.
– Батюшка, потом будете вести благочестивые беседы. Времени у вас на это будет ещё много. А сейчас Йоску должен идти в медпункт. – Потеребил я попа за рукав сутаны.
Повернулся к врачихе.
– И баню ему обязательно протопите. Слышите, Василина?
Врачиха утвердительно мне кивнула.
– А… - протянул кузнец недоуменно.
– Потом грузовик разгрузим, потом, - постарался я чтобы в голосе моём было больше убедительности.
Когда врачиха с кузнецом ушли в ««бабье царство»», как стали у нас с некоторых пор называть санпропускник в котором женщины так и остались жить, я сказал Жмурову.
– Пока приюти кузнеца у себя в вагончике. Потом ему хозблок поставим, когда я его привезу.
Закрывая ангар наткнулся на укоряющий взгляд Колбаса.
– Что уставился? – буркнул я ему. – Не опоздаем мы к твоей деревне, потому пока тут время идет, там оно стоит. Неужели так сложно понять простую истину.
Джозеф-Иосиф-Ёсип-Йоску по фамилии Смит кузенку нашу при конюшнях забраковал.
– Пожароопасно тут и от воды далеко. Водопровода, как я понял, нет. И тесно. Отдайте лучше эту халупу ветеринару. Коней подковать и тут можно, это открытого огня не требует. А для серьезной кузнечной работы это место не годится.
– Тогда ищи сам где кузню ставить. Тебе работать, - вынес я вердикт и ушел к себе бумажки перебирать. Бухгалтерии поднакопилось, требовалось разобрать. Личной моей бухгалтерии по учету движения денежных средств в разных временах. Напоследок напомнил. – С инженером только согласуй новое место кузни. У него в руках генплан поселения. И учи русский язык. Язык межнационального общения здесь.
Место для кузни мистер Смит полуцыганской национальности нашел на следующий день. У водопада на противоположно берегу ручья, у самой подошвы горушки с которой этот водопад истекал.
– Мост придётся городить, - почесал в затылке Шишкин.
Пока мы пользовались бродом в низовьях ручья при проезде техники на поля. Но то было далековато. А тут еще и наши огороженные поля объезжать придётся.
– Мост – это хорошо, - поддакнул инженер, глядя через ручей на ««бабье царство»», - Но не тут
Угу-гу… - думаю.
– Вот уже мужская ревность к возможному сопернику проклюнулась. Скорее бы страда, убрать урожай да свадебки сыграть. Всем разом.
– Для бешеной собаки семь вёрст не крюк. А бабе, коли ей вожжа под хвост попадёт, то и вплавь сподобится. – Выдал Шишкин свои философские воззрения.
– Что и гиен не побояться вокруг полей бегать? – усмехнулся я.
– А то? Такой организм обещает хорошее потомство, - смеется Жмуров.
– Пусть пока через брод катается. Машина ему позволяет, ««проходимец»» - зверь, лучше моего ««патрика»», - сказал я. – Даже лучше ««доджа»» будет. Но мост, как ни крути, строить всё же нам придётся.
– Зимой времени много будет. – откликнулся Жмуров. – Заготовим заранее все детали конструкции моста и по весне, как сваи набьём, и соберём мостик, как конструктор ««Лего»». Дуба у нас много. Заодно кузнец нам скоб накуёт из обрезков арматуры.
Всё это время пока мы так мило беседовали Йоску с двумя помогальниками из числа подрастающей молодёжи таскался с теодолитом, рулеткой и рейками. Сам. Что Жмурову очень понравилось. А то все он да он на землеустройстве у нас.
– Что там у него сложного?- спросил я. – Ты же вчера весь вечер с ним бумагу изводил?
Жмуров не стал таить информацию.
– Ничего. Одноэтажное здание, простенькое, камень или кирпич, чтобы пожара не было. Только под механический молот требуется фундамент бетонный метр на метр и на метр. Ровно кубометр будет. Под пресс гидравлический и того не надо. Просто стяжку пустим. Там еще у него станочки имеются – прутки и арматуру гнуть фигурно на холодную – ворота да заборы художественные ваять. Ничего такого сверх особенного. Горн вот только строить придётся да меха. Дома-то он больше паяльной лампой пользовался. Большой такой, газовой. Ну а баллон он привез только один.
– На каком языке вы с ним общались? – интересуюсь.
– Да на смеси древнеславянского и английского, - усмехнулся инженер. – Паки, паки, иже херувимы, о,кей бэби. Больше на бумаги чертили. Чертёж – язык универсальный.
– Надо в первую очередь, чтобы он нам оси железные сковал для телег, - встрял Шишкин.
– Зачем? – удивился Жмуров. – Когда я служил в армии, то гоняли меня в командировку в Винницкую область на Украину. Бульдозеры получать с хранения. Так вот там склады... Всем складам склады. Там тачанок с ««максимами»» немерено. Сабли, сёдла, удила, стремена, упряжь разная горой. Фуры да патронные двуколки и прочие телеги штабелями в разобранном виде. Там этих колёс одних запасных да осей для твоих телег - жуть сколько. Всё на случай ядерной войны хранится. Там тебе эти оси прапорщики через забор за пузырь перекинут.