Сожженые дотла

Харт Калли

— Ох, бл*дь. Я сказал, что сперва пойду и попытаюсь найти тебя.

Я уверенно продолжаю стоять на своем месте, принимая боевую позицию, полностью готовый к тому, чтобы начать махать кулаками, если придется. После всего, что произошло, мне совершенно пох*й, что мы находимся в больнице. Я на самом деле мог бы воспользоваться шансом, чтобы сломать кому-то челюсть.

Парень, который находится впереди всех выглядит, как долбаный монстр, все его руки покрыты кровью и царапинами. Похоже, что он уже без меня затеял драку. Он смотрит на Кейда и четко произносит:

— Это он?

Кейд кивает.

— Да, это и есть Зет. — Он вновь поворачивается ко мне, с выражением тревоги на его

лице. — А это...

— Да, я знаю, кто это, — отвечаю я. — Ты Ребел.

Парень кивает. Он выглядит напряженным сильнее, чем самая чертовски туго натянутая тетива. Он сжимает кулаки по бокам, делает глубокий вздох и произносит:

— Спасибо тебе, мужик. Спасибо тебе за то, что спас мою жену.

Глава 14.

Слоан

Моя сестра замужняя женщина.

Множество мыслей проносятся в моей голове, когда я узнаю это. Самая первая и наиболее повторяющаяся из всех: ЧЕРТ. ПОБЕРИ. НЕТ.

Моя сестра была похищена. Похищена. И теперь спустя три года, оказывается, что она замужем? Довольно значительная часть моего разума склонна полагать, что этот брак был навязан ей. Остальная часть моего разума усиленно представляет пути жестокой и болезненной расправы над этим Ребелом таким образом, чтобы меня не посадили за убийство. Я врач. У меня есть доступ к различным веществам, использование которых в чрезмерных количествах может нанести необратимый ущерб человеческому телу. Или, по крайней мере, я могу использовать один конкретный предмет из сумки Зета, который может частично разрешить эту ситуацию. В то время как убийство Ребела с помощью Дезерт Игл не сможет исправить весь ущерб, который он уже причинил, но это определенно освободит Лекси от страданий в будущем. Он посчитал целесообразным покинуть больницу, в то время пока Лекси все еще спала, но вернулся пару часов спустя, когда мы ожидали разрешения, чтобы пойти и проведать ее.

Кейд, кажется, был в таком же напряженном состоянии, как и я. Я могу представить, какой причиной вызвано его волнение: он волнуется, потому что боится того, что может сказать мне Лекси, если у меня появится шанс поговорить с ней, прежде чем Ребел сможет запугать ее, сказав ей что-то, чтобы она не смогла поступить иначе. Как бы там ни было, его нервозность достигает пика, когда высокий парень с темными волосами и руками, полностью покрытыми татуировками, направляется по коридору в нашу сторону. Зет стоит, прислонившись к стене напротив меня, его руки скрещены на груди и взгляд сосредоточен на мне, пока я смотрю на приближающегося парня. Кейд потирает ладони о бедра, втягивая глубокий вдох.

— Он оставил остальных парней снаружи, куколка. Просто будь с ним полегче, хорошо? — говорит он мне.

— Быть с ним полегче? Да я оторву его долбаные яйца!

Уголки губ Зета приподнимаются в самой дьявольской усмешке, которую только можно вообразить.

Кейд же, в свою очередь, не выглядит таким веселым.

— Соф, придет в ярость, если ты сделаешь это.

— Мою сестру зовут Алексис. И этот ублюдок, вероятнее всего, промыл ей мозги, не так ли, у*бок?

Парень, остановившись передом мной, делает шаг назад, смотря на меня с выпученными глазами. Самая раздражающая вещь касательно него, за исключением того, что он на самом деле очень привлекательный в образе грубоватого плохого парня, то, что он имеет гребаную наглость выглядеть шокированным в ответ на мои обвинения. Он бросает в мою сторону взгляд полный раздражения.

— О чем вообще, черт бы тебя побрал, ты болтаешь, женщина?

— Я говорю о том, что ты заставил мою сестру делать... делать

бог знает что против ее желания. Ты вообще в курсе, что брак читается недействительным, если он не происходит в присутствии государственного служащего, так?

Ребел практически фыркает.

— Во-первых, ты не права. Карни получил свою лицензию онлайн. Он поженил нас в Нью-Мехико, и таким образом мы избежали бумажной волокиты. Данная регистрация, кстати, признается любым судом США. И, во- вторых, какого хрена ты имеешь в виду? Соф сказала, что ты нам дала свое благословение. Так же она сказала, что ты слишком занята, строя карьеру крутого доктора, чтобы приехать на свадьбу сестры.

Я качаю отчаянно головой, стискивая мои глаза на сказанное им.

— Ты *банный лжец.

Зет практически фыркает от смеха, его глаза вспыхивают чрезмерным весельем, и у меня возникает острое желание заехать ему по физиономии.

— Тебе кажется, это, мать твою, забавным?

Он пожимает плечами, отталкиваясь от стены.

— Не совсем. Я просто никогда не слышал, чтобы ты так много ругалась. Даже на меня.

Если он полагает, что я выражаюсь ужасно сейчас, то ему следует запереть меня в комнате с этим неадекватным придурком и посмотреть, как я тогда разойдусь, без лишних ушей, которые бы подслушали нас.

— Я не лгу. Я говорю чистую правду. Не то, чтобы у меня были какие-то причины оправдываться перед вами, доктор Ромера.

— Что ты имеешь в виду, говоря это?

— Что?

— «Доктор Ромера»? Говоришь так, будто проглотил что-то отвратительное.

— Ох, да ничего. Просто я не могу, бл*дь, понять, почему ты так долго не общалась со своей сестрой. Она нуждалась в тебе, знаешь? И где же была ты, м? Твоя гребаная работа была для тебя на первом месте. Твои пациенты были слишком важны для тебя, чтобы их оставить, даже на одни выходные? — Он злится все сильнее и сильнее. Но он не краснеет, как большинство людей в такой ситуации. Ребел же наоборот становится мертвенно-бледным, отчего его холодные голубые глаза кажутся еще более льдистыми.

Я задыхаюсь, стараясь восстановить дыхание. Не могу поверить его словам. Во все сумасшедшие, лживые вещи, в которых он обвиняет меня. Парень потерял свой гребаный рассудок.

— Вам определенно нужно лечиться, мистер. — Я тычу пальцем в его грудь, надеясь, что ему так же больно, как и моему пальцу. — Моя сестра была похищена из ее дома и любящей семьи, и ты, придурок, купил ее у долбаного сутенера! Словно она была гребаной едой на вынос! И пошли в задницу твои лекции по поводу того, насколько я должна была заботиться о моей сестре. Я искала ее каждый сраный день с того самого момента, как она пропала. — Тычка пальцем было явно недостаточно, поэтому я ударяю ладонями по его груди, толкая его так сильно, как только возможно. Даже не вижу, насколько далеко Ребел — что, бл*дь, это за имя еще такое Ребел? — отшатывается назад. Жесткое кольцо стальных мускул оборачивается вокруг моей талии, и мои ноги внезапно отрываются от устойчивой твердой поверхности, на которой стою, и я оказываются на высоте шести футов от пола. Голос Зета слышится в моих ушах, и он звучит мрачно, глубоко и гипнотически.

— Да, ладно тебе, злая девчонка. Полегче.

Я борюсь, чтобы вырваться из его хватки, но это практически невозможно. Руки этого мужчины словно сделаны из армированной стали.

— Хорошо. Хорошо. Ладно, я в порядке. Господи Иисусе! — Я должно быть очень зла. Даже несмотря на то, что больше не верю в силу церкви, у меня за плечами приличный багаж из отцовских лекций о богохульстве. Мне было двенадцать, когда я в последний раз упоминала Иисуса без того, чтобы вставлять его имя между словами: ради всего святого, Господи и Аминь.