Совсем другая тень
Шрифт:
— Ладно, Николай Иванович! — ответил Маркин.
Подождав, пока Голиков уйдет, Рахманов повернулся к стоящим рядом Пильгунову и Маркину:
— Братцы, теперь дело за вами. Михаил, вы ведь знаете озеро?
— Еще бы. Я ж тут вырос, детство провел. Что нужно-то?
— Нужны тихие места, где можно искупаться так, чтобы тебя никто не видел. Найдем такие?
— Найдем, если постараться. Будем там что-нибудь искать?
— Вы помните гильзу, которую нашли возле клумбы?
— Конечно.
— Нужно попытаться найти
Маркин изучающе посмотрел на Рахманова:
— Что, на всем берегу?
— Зачем на всем. По моим прикидкам, гильза может лежать в пределах километра. В обе стороны.
Маркин присвистнул, оглянулся:
— Андрей Викторович, вы знаете, сколько здесь в песке металлолома? Одних ружейных гильз, наверно, с тонну. Тут же охота идет по лицензиям. Да и другого барахла полно — проволоки, монет, гвоздей… Любой металлоискатель собьется.
— Михаил, ничего не поделаешь. Надо искать. Ваша задача показать Олегу места, пригодные для купания и скрытые от посторонних глаз. Пляжи, пляжики. Просто свободные места в камышах. Поможете?
— Ну, какой разговор. Помогу. Откуда начнем?
Пильгунов посмотрел на небо, предложил:
— Лучше начать издали. Допустим, справа. И проверять участки, постепенно приближаясь. Как, Андрей Викторович?
— Делай, как удобней.
— Тогда поехали.
Вслед за Маркиным и Пильгуновым Рахманов забрался в «рафик». Поехали вдоль воды. Берег был пустынным. За весь их путь вдоль волнуемой ветром серо-зеленой поверхности озера Рахманов увидел лишь двух удильщиков, сидящих на проложенных к воде досках. Над озером вилось множество птиц, чаек, нырков, уток, правда, больше всего здесь было ворон, с шумом перелетающих от берега к лесу и обратно.
Примерно через километр Маркин сказал водителю, с которым уже был на «ты»:
— Алексей, давай вон к тому кустарнику. Дальше не поедем.
Подъехав к кустарнику, водитель остановил машину.
Маркин обернулся:
— Андрей Викторович, тут пляжик есть. Я здесь сам люблю купаться, когда есть время. Начнем?
— Давайте.
Выйдя вместе с Маркиным, Рахманов осмотрел скрытый кустарником пятачок. Несколько кочек с пожухлой травой, песок. То, что он предполагал, вполне могло произойти здесь. Но могло и в любом другом месте берега… Если вообще произошло…
Только сейчас, оглядывая песчаную площадку, ограниченную с одной стороны кустами, а с другой камышами, Рахманов осознал всю шаткость затеянного предприятия. Пожалуй, мастерство Пильгунова единственное, на что можно рассчитывать. И все.
Вышли из кустарника. Пильгунов, сидя на подножке «рафика», собирал металлоискатель. Собрав и настроив аппарат, поправил наушники, встал, поднял щуп:
— Андрей Викторович, я начну?
— Давай. Удачи!
— Спасибо. Миш, проводи. И будь другом, если можно, постой в сторонке, пока я буду работать.
Пильгунов с Маркиным ушли в кустарник.
Примерно через полчаса Пильгунов вернулся, протянул полиэтиленовый пакет:
— Андрей Викторович, вот весь улов. Гильзы есть, но крупные. Большого калибра.
Рахманов изучил содержимое пакетика. Три ружейных гильзы, две пятикопеечные монеты, проржавевший рыболовный крючок с остатком лески, несколько согнутых гвоздей, куски проволоки. Посмотрел на Маркина:
— Как со следующим местом? Далеко?
— Да нет. Метров пятьдесят отсюда. Поедем?
— Конечно.
Следующее место, показанное Маркиным, было скрыто в камышах. Этот участок Пильгунов обрабатывал минут сорок, но результат был тем же. Латунной гильзы калибра 6,35 среди найденных металлических предметов не оказалось.
Бесплодными были поиски и на других участках. Последний скрытый пляж, у самой базы, Пильгунов проверил уже в сумерках. Поскольку предстояло проделать такую же работу с другой стороны базы, Рахманов предложил сделать перерыв и продолжить поиски после ужина.
Ужин, устроенный у гостеприимного Голикова, состоял из жареной картошки, бутербродов и чая. После него работа сразу же возобновилась, теперь уже при свете фар и карманных фонариков. Но нужной гильзы не оказалось и с другой стороны базы.
«Рафик» снова стоял у ворот. Рахманов сидел на подножке, чувствуя себя вымотанным до предела. Рядом, на земле, Пильгунов укладывал в футляр разобранный металлоискатель. Маркин светил ему фонариком.
Было время, Рахманову самому приходилось работать с металлоискателем. Он отлично знал, что это такое: провести почти весь день в наушниках. Поймав взгляд Пильгунова, спросил:
— Как уши? Болят?
— А-а… — Пильгунов махнул рукой. — Что уши… Обидно, не нашли ничего. Может, еще поищем?
Рахманов промолчал. Вообще-то, он был твердо убежден, что из пистолета калибра 6,35 стреляли не только на территории базы, но и на берегу. Скорее всего, во время купания. Причем вряд ли стрелявший подобрал гильзу. Человек опытный, он понимал, что на таком берегу найти ее будет практически невозможно. Если бы им удалось найти гильзу, это было бы огромной победой! Но Пильгунов сделал, что мог. Мало ли куда могла улететь гильза. В конце концов, она могла упасть в воду, уйти в ил.
Неожиданно Пильгунов махнул рукой:
— А, ч-черт! Была не была. Миш, давай еще поищем? А?
— Ну давай, — не очень уверенно сказал Маркин.
Пильгунов начал лихорадочно собирать металлоискатель.
— Там же есть проплешины в камышах. Давай, Миш? А? Сейчас я соберу пищалку, и пойдем. Хорошо? Ты уж потерпи. Давай поищем? Подожди, Мишань… Я сейчас… Там же делать нечего, с этими проплешинами. Мы их чикнем, и все.
Металлоискатель опять был собран. Пильгунов залез в «рафик».