Совсем другая тень
Шрифт:
— Понятно. Только почему, дав этому опасному преступнику ключ, вы тут же не сообщили об этом факте в милицию?
— Боялся. Хотя, вообще-то, я о нем уже сообщил в прокуратуру.
— Кто этот преступник?
— Видите ли, по профессии я врач. Это мой бывший пациент, Сизов Вадим Павлович. Но боюсь, в нашу клинику он устроился по поддельным документам.
— Простите, ваша фамилия?
— Чирков Александр Александрович.
— Александр Александрович, когда вы отдали ключ от этой мастерской?
— Дней
— Где?
— На улице, в центре. Вадим Павлович мне позвонил и сказал, что негде переночевать. Я сделал второй ключ и отдал Вадиму Павловичу.
Да, подумал Жильцов, варианты отхода подготовлены Чирковым даже на этот случаи. И вполне возможно, эти варианты могли бы сработать, если бы не одно обстоятельство: труп Вадима Павловича, найденный у озера.
Очная ставка с другом
В повестке, которую я держал в руках, на этот раз вместо фамилии Рахманова значилась другая — Саенко. С этой повесткой я поднялся все на тот же второй этаж прокуратуры. Постучал в кабинет 204. Именно в этом кабинете допрашивали Сашку, когда мы вместе явились в прокуратуру.
Последние три дня Сашка куда-то исчез, дома у него никто не снимал трубку. На работе же мне ответили как-то странно: «Его пока не будет». Когда же, назвав себя, я поинтересовался, что с ним, может, он уехал в командировку или взял отпуск, мне посоветовали позвонить через несколько дней. Конечно, я мог набрать номер Сашкиных родителей, но это крайний случай. Так что решил подождать. С Сашкой такое бывает, позвонит сам, когда захочет.
За дверью раздалось: «Войдите!» Я вошел. Нет. Сашку допрашивал другой следователь. Впрочем, этого я тоже знал — он ездил в Шатуру за Аленой.
Следователь кивнул:
— Садитесь, Сергей Леонидович. Вы приглашены для участия в очной ставке. Вы готовы?
— Готов. А с кем очная ставка?
— Сейчас увидите. Подождите минутку, я позвоню. — Сообщив кому-то по телефону, что я у него, следователь сказал: — Пройдемте в другую комнату, Сергей Леонидович. Это рядом.
Мы прошли к кабинету Рахманова. У двери стоял милиционер, посторонившийся при нашем появлении.
Саенко постучал, приоткрыл дверь и отступил в сторону:
— Проходите, Сергей Леонидович. Без меня.
Я вошел. В кабинете сидели Сашка и Рахманов. Сашка кивнул, по своей привычке склонив голову набок.
Рахманов, предложив сесть, спросил, глядя на меня:
— Вы знакомы с этим человеком?
Опять эти вопросы, подумал я. Ведь Рахманов отлично знает: мы с Сашкой знакомы! Но поскольку вопрос был задан, я ответил:
— Знаком.
— Давно вы с ним знакомы?
— Давно. С детства.
— Пожалуйста, назовите его фамилию, имя, отчество.
— Чирков Александр
— Какие у вас отношения?
— Очень хорошие. Мы друзья.
Рахманов перевел взгляд на Сашку:
— А вы знаете этого человека?
— Знаю, — сказал Сашка.
— Давно вы его знаете?
— Так же, как и он меня. С детства.
— Назовите его фамилию, имя, отчество.
— Лотарев Сергей Леонидович.
— Какие у вас отношения?
— Ну… — Сашка помолчал. — Скажем так: считались друзьями. Вообще же, отношения нормальные.
Ничего себе, подумал я. «Считались друзьями…» Что это с ним?
Рахманов опять обратился ко мне:
— Сергей Леонидович, попрошу ответить на несколько вопросов. Возможно, на некоторые из них вы уже отвечали. Скажите, с восьмого по двенадцатое июля, когда вы ездили на Сенеж на этюды, где вы ночевали?
Я покосился на Сашку. Смотрит в окно. Непонятный вопрос… Где ночевал? Я ведь говорил Рахманову, что в те дни ночевал у Сашки на даче. То же самое сказал своему следователю Сашка. Как мы и договорились.
— В те дни я ночевал на даче. У Чиркова.
— А каким образом двенадцатого июля вы уехали в Москву?
— На машине Чиркова.
Сашка повернулся:
— Андрей Викторович, я беру свои показания назад. Относительно моей дачи и возвращения Лотарева в Москву.
Рахманов внимательно поглядел на Сашку:
— Берете назад?
— Да. В те дни Лотарев действительно ночевал у меня на даче. Как он говорит. В Москву я отвез его на своей машине. Все так. Только разрешите задать Лотареву один вопрос?
Некоторое время оба, Сашка и Рахманов, неотрывно смотрели друг на друга. Наконец Рахманов вздохнул:
— Хорошо. Задавайте.
Сашка уставился на меня в упор. Усмехнулся:
— Серега, зачем ты им сказал про мастерскую Глинского?
Вопрос мне не понравился. Не понравилось мне и то, как он был задан. Я тут же ответил:
— Ты что, сбрендил? Я никому не говорил про мастерскую Глинского.
Сашка пронзил меня взглядом. Прищурился:
— Никому?
— Никому. Вообще, что за дела? Может, объяснишь?
Сашка все еще что-то искал в моих глазах. Потом сказал:
— Д-да… Пожалуй, ты действительно никому про нее не говорил. Ладно. В таком случае, прости.
— Сань, может все же объяснишь, в чем дело?
Сашка скривился:
— Серега, видишь ли, всего не объяснишь…
— Все, — прервал Рахманов. — Очная ставка закончена.
— Запомни только одно… — продолжил Сашка. — Тебе, лично тебе, при любом повороте плохо не было бы.
— В смысле?
— Во всех смыслах. Учти это… особенно потом, когда тебе все объяснят. В любом случае тебе не было бы плохо. Понимаешь?