Совсем другая тень
Шрифт:
Версия была липовой без всякого сомнения. Помедлив, Рахманов спросил:
— Как же вы пересели на этот трейлер?
— Ну, мы долго за ним ехали. Смоленск проехали. Потом повернули направо. Трейлер встал на стоянку. Мы подождали. Снова поехали за ним. Потом догнали. Стали махать из окна — мол, колеса горят. Он встал. Мужик нам говорит: подождите, ребята, я сейчас. Поставил «Жигуленок» перед трейлером. И пошел разбираться с водителем. Мы видели, как они ушли смотреть задние колеса. Потом этот мужик вернулся. Все, говорит, можете садиться.
— А водитель?
— Не знаю. Как они с этим мужиком ушли, мы больше водителя не видели.
— Но вы с Шитиковым хоть поинтересовались, где водитель?
— Спросили. Мужик сказал: с водителем я договорился. И вообще, вас это не касается. Держите пятихатку и гоните трейлер в Сухуми. Встанете на таком-то месте. К вам подойдет человек, назовется Ашотом. Этот, который только что здесь был. Он скажет, куда подогнать трейлер. Как только товар разгрузят, получите по штуке.
— Вы так и сделали?
— Так и сделали. Этот мужик дал нам два паспорта, чужих. И накладные. Ну мы и погнали в Сухуми. Ехали около полутора суток. Подошел этот… Ашот. Выгрузил товар. Дал нам по штуке. И еще два билета на поезд до Москвы. На ночь устроил в гостинице. Мы переночевали. И утром уехали.
— А трейлер?
— Мужик сказал: как только товар сгрузят, трейлер нужно разобрать. И оставить на свалке. Мы так и сделали.
— Сами?
— Ну, нам там помогли. Шабашники приезжие.
— Что вы везли в трейлере? Какой товар?
— В накладных было написано — импортные лезвия. А что там было на самом деле, нас это не касалось.
— То есть в кузов вы не заглядывали?
— Нет. А зачем? Товар не наш. Зачем нам лишние хлопоты? Мы сделали, что просили. Отогнали трейлер в Сухуми. И все.
Сказав это, Клюев с безмятежным видом посмотрел на Рахманова. Без сомнения, только что изложенная версия детально согласована с Шитиковым. И разработана до мелочей. Себе Клюев и Шитиков отвели в этой версии безобидную роль — перевозчиков. Вина же за остальное, в том числе и за убийство Дегтярева, теперь как бы сама собой перекладывается на водителя светло-серых «Жигулей». Но как бы ни преуспели Клюев и Шитиков в согласовании подробностей, абсолютно все детали выдуманного события предусмотреть невозможно. И если версия липовая, в показаниях Клюева и Шитикова неизбежно окажется множество расхождений.
Подумав об этом, Рахманов сказал:
— По вашей версии, человека, который предложил вам перегнать трейлер в Сухуми, вы раньше не знали?
— Точно, не знали.
— Может, хоть что-то о нем слышали? От кого-то?
— Ничего мы о нем не слышали. Увидели в тот день в первый раз.
— В таком случае ваша версия не проходит.
— Почему это не проходит? Очень даже проходит.
— Не проходит. Посудите сами: в трейлере, который вы привели в Сухуми, находилось товара больше чем на миллион рублей. Ясно: двум незнакомым людям перевозку таких ценностей никто не доверит. Разве что сумасшедший. Может, он и был сумасшедшим?
— Скажете тоже, сумасшедший… Он не сумасшедший.
— Я тоже так думаю. Человек, о котором вы рассказали, на сумасшедшего не похож.
— Так, гражданин следователь, поэтому он и взял именно нас.
— Что же заставило его взять именно вас?
— То, о чем вы только что сказали. Не хотел рисковать. Мы его не знаем — не сможем и заложить. А трейлер… Он нам сказал: вот вам, ребята, маршрут в Сухуми. Езжайте строго по нему. Не сворачивая. И без шуток. Свернете куда или, не дай бог, трейлер попробуете увести, пеняйте на себя. После таких слов, ясное дело, мы с Колей гнали строго по маршруту. Жизнь дороже.
Клюев по-прежнему смотрел на Рахманова твердо и невозмутимо. Кажется, он, Рахманов, недооценил способностей Клюева и Шитикова. Клюев улыбнулся:
— Так что, гражданин следователь, проходит моя версия. Да и не версия это. Сами видите — это чистая правда. Во всем.
А ведь точно, подумал Рахманов, версия до удивительного похожа на истинную… Может, она в самом деле истинная? Нет. Конечно же нет. Но тогда остается одно; твердо придерживаться намеченного плана — постараться выжать как можно больше деталей сначала из Клюева, потом из Шитикова и, если в показаниях окажутся разночтения, уличить каждого во лжи.
Продолжив допрос, он постарался выяснить буквально все о поездке Клюева. Сначала вопросы касались только отрезка Москва — Смоленская область. Покончив с этим, взялся за дорогу от Смоленской области до Сухуми, призвав на помощь весь свой опыт и умение. Но нет, Клюев отвечал уверенно, без сбоев. Больше того, иногда добавлял подробности от себя, будто действительно хотел помочь следствию. Предложив Клюеву подписать каждую страницу протокола и просмотрев еще раз показания, Рахманов понял: опровергнуть изложенную версию будет очень и очень непросто. Особенно если они так и не найдут водителя светло-серых «Жигулей». Спросил:
— Клюев, вы знаете, что стало с водителем трейлера, который вы с Шитиковым перегнали в Сухуми?
Клюев довольно искусно изобразил недоумение:
— Да нет… Откуда мне знать… Я же говорил, что не знаю.
— Его убили.
— Что, серьезно?
— Серьезно.
— Надо же… Хотя мужик тот мог. Вполне мог.
— Не знаю, кто мог. Но сами понимаете: у нас есть серьезные основания подозревать в этом убийстве вас. И Шитикова.
Клюев пригнулся, всматриваясь в Рахманова:
— Нас? Но мы-то здесь при чем?
— При том, что убийство произошло там, где остановились «Жигули». У обочины шоссе Ольша — Велиж. Девятого июля.
— Так мало ли кто его убил… Я же сказал: мы сидели в машине. И никуда не выходили.
— Не знаю. Есть факт: в момент убийства вы находились рядом с убитым.
— Ну и что? — Следующую тираду Клюев произнес, довольно точно наиграв невиновность — протяжно, монотонно, жалобным голосом: — Может, тут целая мафия орудует? Что же, мы должны отвечать? На нас свалить легче легкого. Вы найдите этого мужика. И спрашивайте с него…